Всё повторяется..., писано в веке восемнадцатом

Злободневно, актуально, очень сракастически, а каг жы иначе?

Бёрнс - малацца!

Бёрнс видать знал о чём пишет...

Arbuzych
XIII

рекомендую прочесть весь стих, не пожалеете ( он довольно длинный поэтому я не стал его тут весь постить)

abgalder
Ты полагаешь, что за двести лет люди чудесным образом изменились?)
Люблю Бернса. Впрочем, Маршак его мощно переводил

Ну, понятно, что человек по сути не изменился ни с восемнадцатого, ни с каменного века, просто палку-копалку сменил экскаватор. А переводную поэзию с вот такими фунтАми не люблю. Надо же, как Маршаку удалось убить музыкальность Бёрнса

Цитата (Прушкин @ 29.11.2008 - 21:38)

Ну, понятно, что человек по сути не изменился ни с восемнадцатого, ни с каменного века, просто палку-копалку сменил экскаватор. А переводную поэзию с вот такими фунтАми не люблю. Надо же, как Маршаку удалось убить музыкальность Бёрнса

ты его читаешь в оригинале?

abgalder Колька, брат! Я просто ОБОЖАЮ Бернса, НО, по-моему, лучше запостить в "Мои любимые строчки"!

Цитата

ты его читаешь в оригинале?

Было дело. Еще я французский начинал учить, чтобы некоторых товарищей почитать... Но топик не обо мне...

Цитата

НО, по-моему, лучше запоститьв "Мои любимые строчки"!

+кое-что

ДАВАЙТЕ НЕ ПОВТОРЯТЬ ТОГО ЧТО БЫЛО

наткнулся в интернете на такую вот страничку... (прошу прощения у Вас, что прозой осквернил сей топик)

СТИХИ ИЗ ДНЕВНИКА ЛЕОНИДА РАЗЛОГОВА

Леонид Разлогов с 1914 года служил прапорщиком в одной из российских пехотных частей. Он, как и многие на той войне, вёл дневник, сохранившийся лишь частично. В дневнике есть весьма любопытные страницы: это переводы стихов погибшего немецкого офицера.


В недавнем бою - не слишком удачном и для нас, и для пруссаков - я своими руками убил их офицера. Впервые я увидел лицо человека, погубленного мной.
У меня было несколько секунд, чтобы взглянуть в это лицо. Без свалившегося с головы дурацкого ошишаченного шлема он выглядел как завсегдатай светской гостиной. Я подумал, что году эдак в тринадцатом мы могли бы мило поболтать о литературе или о лошадях - где-нибудь в Ревеле (там я, кстати, и приучился читать из немецкого).
Из-под разорванного мундира выглядывала тетрадка, оплетенная синим сафьяном, - почти такая же, как моя. Я наклонился и взял её.
Потом, уже после боя, я прочитал содержимое. Оказалось - стихи. Немецкие, конечно. Кажется, неплохие.
Я подумал, что, может быть, моим долгом будет перевести их на язык страны, в полях которой принял смерть сочинитель, чьё имя мне неизвестно. Окопные затишья между стычками доставили мне какие-то досуги, и я попытался осуществить эту странную мысль.
Вот что получилось.

Это брань, где не видно исхода.
Это всходы нелепой вражды.
Дважды, трижды проиграна кода -
Но блестит лишь единожды штык,
Что нам задал последнюю тему -
Тему подвига? Тему усталости?
Это, может быть, только оттенок
Той невольной, простительной малости,
Что дает нам надежду вернуться,
Прежним стать, овладеть судьбой.
В пуле весу - не станет двух унций.
Это бой. И, возможно, с собой.

Под стихотворением стояла пометка - декабрь 1914-го.
А вот другие строки, не обозначенные датой, но, судя по всему, записанные позже.

Начинали под громогласье,
Провожали в поход нас трубы.
Мы едва изучили в классе
Пару строк из латыни - и грубым
Нам казался казарменный быт.
Нам казалось, что звон копыт
Приведёт нас во вражью столицу,
Что коням нашим - скоро напиться
Из далёкой холодной Невы.
Поморщинились наши лица -
Таково-то ходить на вы.

Мы рассчитывали из похода
Возвратиться под шелест знамён,
Свято верили - сложат оды
В нашу честь. Но Господь умён.

Он нам выдал возможность сечи,
Улыбнулся - и был таков.
Время лечит? Идём навстречу,
Тень отбрасывая от шишаков.

А следующее стихотворение я затрудняюсь применить к какому-либо дню или месяцу - страницы сафьяновой тетрадки сохранились не все, некоторые попорчены безнадёжно, иные прочитываются весьма трудно. Эта была надорвана, и мне кое-что пришлось домыслить.

Легче было скопом
Грязь топтать дорог.
Легче рудокопом
Быть - хоть выйдет прок.
Веселей ловитвой
Промышлять урок…
Нас позвал на битву
С детства знамый рог.
Дратвой нас удерживал
Родины порог.
Слава нам побрезжила -
Мы переступили,
Мы взвели курок.
Тратим, что копили,
Прячась по окопам.
Маринеру проще из-под перископа
Усмотреть торпеде верную мишень.
Люди мы - иль клоуны из папье-маше?

Действительно, очень странно переводить стихи врага - который, если вчитаться, врагом-то и не был.
Будет ещё затишье - переведу остальное…
©тырнэтное

Нехило прапора российской пехоты владели немецким. И стихосложением.