Мой дебют - рассказ "Дом", не заставляю, но призываю

Всем добрый день или вечер. Вчера дописал свой дебютный рассказ - "Дом". Букоф много, но, по моим предположениям, они того стоят.
Свои отснятые и смонтированные клипы я выкладываю на рутюбе, а крео на яплакалъ Так что было бы неплохо, если бы вы прочитали сие творение и расставили оценки. Итак, начинаю.


Я не из разряда тех, кто нуждается в поучении. История, приключившаяся со мной, навсегда запала в мою память. Каждый день я восстанавливаю цепочку событий тех дней и невольно вздрагиваю.
Жарким июньским днем я ехал по трассе на своей машине. Последний день выходных, когда можно было насладиться природой и побыть наедине со своими мыслями. После тяжелой недели в голове пребывал полный беспорядок, который каждую секунду давал о себе знать. Солнце наивно пекло, воздух над дорогой колыхался и поговорка «у природы нет плохой погоды» полностью оправдывала себя в этот день. Внезапно машину содрогнуло и я почувствовал, что ее начало вести. Мне на секунду показалось, что она присвоила себе статус «пьяный водитель», но отнюдь, я был исключительно трезв. Меня выбросило на встречную полосу, к великому счастью никто в этот момент по ней не ехал. Резко вырулив вправо, я скороспешно начал приближаться к обочине, виляя корпусом машины, словно ползущая по земле змея. Вспомнив, что производители сего авто изобрели спасительный для меня механизм, я мгновенно нажал на педаль тормоза и вместо длительного и мучительного полета в кювет, я остановился. Через некоторое время я отошел от пережитого шока, вышел из машины и оглянулся. Мне показалось странным, что у моего автомобиля не хватает заднего колеса, но, прикинув возможные последствия, я смирился и принялся за непредвиденный ремонт. Силы небес покарали меня в этот день дважды – у меня не было запаски. Я оглянулся еще раз, в надежде увидеть спасение вокруг себя и я его увидел. В двухстах метрах от меня виднелась деревушка, а точнее что-то типа дачного кооператива. Закрыв машину, я поплелся в ту сторону.
Зайдя в деревню, я увидел толпу детей - кто-то помладше, кто-то постарше, кто-то повыше, кто-то пониже. Толпа двигалась вперед, скользя между дачными кооперативами. Я шел параллельно и наблюдал за ними. Но вскоре они зашли за забор и скрылись из моего поля зрения. Отвернув взгляд, я поплелся дальше. Очередной дачный участок поравнялся со мной, и я мельком увидел душевую кабинку, расположенную прямо рядом с дорогой, по которой я шел. Глупая мысль лезет в голову первой и я, недолго думая, юркнул в эту кабинку. Я не мог объяснить себе, почему я это делаю, видимо в тот момент моя наглость зашкаливала. Не медля, я начал подготавливаться к принятию душа. Сняв верхнюю часть одежды, я услышал неприятные уху поспешные шаги в свою сторону. Догадываться было не нужно – хозяева, решившие узнать, кто и что делает на их участке. Нормальное тело заволнуется в такой ответственный момент, что я собственно и сделал. Дверца открылась, и мне пришлось мило улыбнуться хозяйке заведения, в котором я пребывал. Честно говоря, ощущения не из приятных. Когда я понял, что моя наивная улыбка меня не спасет, я стал «ээкать» и «бээкать». В итоге из меня вывалилось:
- Добрый день, я могу вам помочь? – это была моя первая ошибка.
- Да, для начала я хотела бы узнать что это? – она указала на мой голый торс.
А что я? Я, отвернувши взгляд, оценил свой торс, после чего пришлось снова встретиться с ее вопросительными глазами. Выход из положения выруливал только в одну сторону - нужно было рассказать все начистоту, так я и поступил. Выслушав меня внимательно, хозяйка выразила свое сочувствие, и я понял, что она сочла мое присутствие здесь лишним.
- Неподалеку отсюда есть двухэтажный дом, где очень рады таким гостям как вы, – любезно сказала она.
- Очень мило с вашей стороны, – ответил я, не найдя другого ответа на ее предложение.
Показав пальцем, куда мне держать путь, хозяйка удалилась. Я накинул на себя рубашку и зашагал в только что указанную мне сторону. Пройдя метров пятьдесят, передо мной открылась недлинная, прямая дорога. На этом месте дачные кооперативы кончались. Я стоял, словно, между небом и землей. В конце дороги виднелся тот самый двухэтажный домишка. Пройдя несколько шагов, я удивился, насколько участок дороги был ровным, без единой ямки и трещины. Сложилось впечатление, что эта дорога вела к чему-то отгороженному от обычной жизни. Прокладка маршрута «конец дачных кооперативов» - «двухэтажный дом» обошлась мне минут в десять. Подходя к дому, я разглядывал его, в надежде найти что-нибудь необычное. Однако моя задумка была разрушена, ибо ничего таинственного и содержавшего приставку «сверх» мне найти не удалось. Единственное на что я обратил свое внимание, были окна здания, которые были слегка староватыми и сильно загрязненными. Так что, глядя на них, я вполне мог смотреть в чьи-то глаза. Я стоял один и посетителей, полагаю, у этого дома было немного. Да и наверняка меня уже успели разглядеть с головы до ног, когда я шел по дороге. Так что может из-за чуть не случившейся аварии или из-за того, что мне хотелось свято верить в таинственность этого дома, мои колени немного подогнулись. И все-таки решившись, словно на смелый поступок, я ступил на лестницу, ведущую внутрь, и вскоре оказался там. Первым делом я окинул взглядом опустевший холл, который собственно сразу бросился в глаза. Впереди, в метрах пяти от меня стоял стол, напоминающий стол охранника или консьержки. Справа была лестница, ведущая на второй этаж, откуда доносились чьи-то голоса вперемешку со смехом. Шагнув чуть глубже в это увядшее здание, я почувствовал резкий неприятный запах, который сначала вынудил меня отступить, но вспомнив цель своего визита, я поднялся по лестнице. На втором этаже комфорта было несколько больше, чем внизу. Справа налево тянулся длинный коридор, напичканный большим количеством комнат. Все это напоминало обыкновенное общежитие – подсказала мне архитектура помещения. Почти напротив меня располагалась комната с открытой дверью, и я заглянул внутрь, где кипела маленькая жизнь. В ней находились несколько человек разных возрастов, самой старшей девушке я бы дал лет двадцать пять. Люди разговаривали между собой, готовили еду на столе, что стоял посередине комнаты, смеялись. Едва я шагнул через порог, как настала тишина, и весь взор обратился на меня.
- Извините, пожалуйста, что отвлекаю вас, – начал я, – но мне нужна помощь. Видите ли, у моей машины отвалилось колесо прямо во время езды, и я чуть было не угодил в аварию.
- Да, конечно, я понимаю вас, - прервав меня, сказал молодой паренек, лет двадцати – Позвольте мне помочь вам.
Подхватив меня за локоть, он вывел меня в коридор.
- Обойдемся без крайностей и перейдем на «ты». Не против? – быстро произнес он.
- Ну, учитывая, что мы не в светском обществе и достаточно молоды, отвечу положительно, - чуть улыбаясь, сказал я.
Он тоже улыбнулся, и я перешел собственно к самой проблеме. Рассказав ему «от» и «до» о своем положении, я начал ждать спасительной нотки в нашем разговоре.
- Нуу, запаски у нас, скорее всего, для тебя не найдется, а вот что касается душа и теплой мягкой постельки - это мы устроить можем, - снова улыбаясь, промолвил он.
Немного подумав о необходимости ночлега, я все же решил дать согласие на его гостеприимность. Пожав руки, мы обменялись своими именами, а спустя мгновение Лёха проинструктировал меня в плане душа и моей комнаты. Она была одноместная, с одной аккуратно заправленной кроватью и тумбочкой возле нее. На спинке кровати висело полотенце, которое я тут же схватил и направился в душ, что располагался в конце коридора. По пути я встретил пару ожесточенных и холодных лиц, неодобрительно смотрящих в мою сторону. По коже самопроизвольно пробежали мурашки и, честно говоря, меня несколько насторожила такая внезапная неприязнь. Сослав это на свое внезапное вторжение, я успокоился. Вода в душе была только холодной, поэтому вопрос «стоит ли» заставил меня промешкаться прежде чем я зашел и открыл краники. Помывшись, я пришел в свою комнату, закрыл плотно дверь и улегся на кровать. Дурные мысли снова посетили мою голову. Стоило только вспомнить лица этих людей, когда я зашел. И этот Лёха, тоже довольно странный. Будто он был единственным разговаривающим человеком из немой толпы. Я любил и люблю мистику, но у меня сложилось ощущение, что я попал в ее эпицентр. Разбегаясь от одной дурной мысли и прыгая к другой, я незаметно уснул. Проснулся я ночью, оттого, что Лёха легонько похлопал меня по плечу.
- Извини, что бужу, ты крепко спал. Хотел узнать все ли у тебя в порядке? – спросил он.
- Да, Лех, спасибо. Всё в порядке, – нехотя ответил я, но вспомнив, что нужная информация сама пришла ко мне, я откинул простыню и добавил, - Слушай, ты не мог бы развеять мои иллюзии и пояснить, где я нахожусь? Уж больно интерес гложет.
Леха сделал недоуменное лицо.
- Что-то не так? – спросил я, улыбаясь.
- У тебя есть ручка? – вздыхая, спросил он.
Я достал ручку из кармана своих джинсов. К счастью, она случайным образом попала туда на днях. Леха взял лист бумаги из тумбочки и начал писать. Его рука дрожала, а брови угрюмо сморщились. В течение двух минут он сидел и писал. Писал ответ на мой вопрос. А я не мог оторвать взгляда от его дрожащей руки. Наконец он дописал и развернул листок ко мне. Сквозь полумрак я начал вглядываться в неровно выведенные буквы, которые сложившись в предложения, заставили меня содрогнуться. На листке было написано:
«Мог бы и не проявлять свой столь бушующий интерес. Но раз так, я поведаю тебе. Это жалкое подобие психиатрического дома. Все люди находящиеся здесь – больны. Только умоляю - не подумай то же самое обо мне. Я на твоей стороне. Завтра утром тебе принесут таблетки. Под любым предлогом, не пей их».
Я перечитал текст посылки несколько раз и, наконец, поняв, в чем дело, недоверчиво взглянул на Леху.
- А почему ты… - начал, было, я, но он прервал меня, будто понял суть моего вопроса, и поднял голову, взглянув на потолок. Я, повинуясь, обратил свой взор туда же и увидел то, чего не хотел увидеть в тот момент. На высоком потолке в самом углу была установлена маленькая видеокамера. На мгновение я заставил себя поверить в то, что я все еще сплю. Но судьба, словно подготовив мне неприятный сюрприз, была категорически против. Я самопроизвольно заскулил, и в голове опять перемешались мысли. Если это психиатрическая больница, почему на вахте никого нет? Почему нет врачей, и почему больные ходят в одежде повседневного ношения? А Леха? Что с ним? Неужели он здоров? Тогда почему он здесь? Остается еще один вопрос, передергивающий с ног до головы.… С какой стати мне принесут таблетки, ведь я здоров? Я не знал к чему готовиться. Но вся информация, полученная мной от Лехи, была единственной. Я еще раз взглянул на него.
- Спасибо, дружище, теперь я в курсе дел. Завтра будет новый день, завтра разберемся, а сейчас давай спать, - сказал я, провожая его из комнаты.
Леха ушел, и я опять остался один наедине со своими пугающими мыслями. Решение было одно: как это странно ни звучало – отказаться от приема каких-то таблеток и пойти к заведующей больницей, чтобы потребовать объяснений. Посему решение было принято, и через пару мгновений я уснул.
Проснулся я днем, в двенадцатом часу, открыл глаза и сразу почувствовал боль в горле и горечь во рту. «Видать холодный душ не пошел мне на пользу» – подумал я. Все было по-прежнему, только на тумбочке стоял стакан с водой, а под ним лежала записка. Я быстро вскочил, схватил записку и прочитал ужасающие строки:
«Алексей будет наказан. Что касается тебя – надеюсь, хоть дневную порцию ты выпьешь сам».
Страшный кошмар не хотел проходить и в этот день. Я готов был рвать на себе волосы. Что за таблетки они впихнули в меня? С какой целью?! Что им вообще нужно от меня? Нервы сдали, и я полез в карман за телефоном, нужно было позвонить кому-нибудь, чтобы за мной приехали. Карман пустой. Все остальные тоже. Твари, они забрали мой телефон! Все рассчитано наперед. Судя по всему, я попал в какую-то ловушку, из которой выбираться нужно было только самостоятельно. Первым дело нужно было выйти из этой комнаты и вступить в неминуемую схватку с любым, кто встанет на моем пути. Развернувшись, я схватился за ручку двери и понял, что закрыт снаружи. Не желая мириться с таким раскладом дел, я начал стучать и пинать по двери, что было сил. Первым, кто бы ее открыл, получил, за потерю половины моих нервных клеток. Через минуту дверь начал кто-то открывать, я стоял, дрожа, в полной готовности к приему гостей. Через стекло в двери я увидел несколько человек и чуть не сдал свои позиции. Со мной творились безумные вещи, и я ни за что не хотел верить в происходящее. Дверь распахнулась, и мой искрометный удар был предотвращен. Более того мое тело согнулось под давлением большого веса и я упал...
Очнулся от тупой боли в руках, ногах, спине и груди. Возле меня стояли те самые сумасшедшие люди, я уже успел запомнить их слащавые лица. Я лежал на кровати, почти обессиленный. Эти дряни побили меня. Побили так, чтобы я не смог убежать отсюда. Я знал, что люди на такое способны, но я никогда не представлял себе, что это может произойти со мной. Прямо надо мной завис один из шакалов, и мне не составило труда догадаться о его полномочиях - это был вожак стаи с грубым лицом, выдающимся шрамом на щеке и чуть отвисшей нижней губой.
- Ну как твое состояние, малыш? - серьезно спросил он.
- Иди к черту... - через силу выдавил я.
- Ты знаешь о своем предназначении? - опять на полном серьезе спросил он.
Этот кретин вовсе не имел ни совести, ни людского благородия. Дикие инстинкты переплелись с помутненным разумом и воплотились в обличии человека.
- Какого хрена тебе от меня нужно? - прошептал я.
- В первую очередь, это нужно тебе, а не мне. Ты всегда мечтал быть одним из избранных. Я хочу подарить тебе эту возможность, тебе просто нужно выпить эти таблетки, - гнусаво сказал он.
- Убери от меня свои поганые руки, больной урод! - закричал я.
- Ты рискуешь не догнать уезжающий поезд.
После этих слов он дал знак своим товарищам, и они окружили меня. Дверь открылась, и через нее протиснулись две девушки, которые тоже подошли прямо ко мне. Одна из них склонилась надо мной.
- В какой руке? - игриво спросила она.
- Ты будешь гореть в аду, - ответил я.
- Я не разобрала: правая или левая? - повторилась она.
Я промолчал, отвернувшись. Парни, которые меня окружали, взяли меня за лицо и развели мне челюсти.
- Лично мне кажется, что в левой, - сказала девушка и разжала кулак. - Ой, мои любимые! Но так и быть, сегодня я поделюсь ими с тобой.
Инстинкт, зовущийся инстинктом самосохранения, дал о себе знать и я начал судорожно дергаться. Краем глаза я увидел стоящего за дверью Леху, с жалостью смотревшего на меня.
Таблетки попали в рот, потом в гортань, а затем в желудок. В глазах помутнело, и сознание покинуло меня.
Проделав немалый путь, путешествуя и ища приключений, я заканчиваю свою короткометражную жизнь в безобразном доме, кишащем сумасшедшими людьми. Что я сделал, что не сделал - думать еще рано. Или поздно. Жизнь - это вялотекущий процесс, который, в конечном счете, ставит печать в твой смертный приговор.
Думать в сторону... Мои легкие вновь наполняются жизненно-важным воздухом, и я прихожу в сознание. На дворе поздний вечер второго дня, прожитого в этой дыре. Никогда раньше, но слипшиеся сейчас, мои глаза увидели свет в конце тоннеля. Приподняв голову, я увидел себя в спасительном одиночестве. В эту же секунду мне непременно захотелось увидеть Леху и истязать его вопросами. Дверь, ведущая в мою комнату, была открыта. Выскользнув в коридор, я на носочках, ковыляя, отправился на поиски Лехиной комнаты. Мое здоровье и измятое тело пошатнулись одновременно. Я понял, что нахожусь под воздействием каких-то сильнодействующих препаратов. ''Раз уж на то пошло, было бы неплохо попросить у этой сумасшедшей еще одну таблетку, скажем красную'' - пронеслось у меня в голове. Испугавшись самого себя, я мигом откинул эту мысль подальше и постарался сосредоточиться на своей цели. Но опасная затея пришла в голову снова, уже со своей целью. Я остановился посреди коридора и обернулся. Ходьба на цыпочках быстро перешла в уверенный быстрый шаг и привела меня обратно в мою комнату, где я нервно начал проверять тумбочку на наличие выплюнутых мною таблеток. Все тело ужасно болело, руки беспорядочно тряслись, сосредоточиться было невозможно. Теперь мне стало ясно, почему руки Лехи дрожали, когда он писал мне записку. Найдя одну целую таблетку я, ни секунды не раздумывая, запил ее оставшейся водой. Что я делаю? Как легко я сошел со своей платформы недоступности и шагнул в пропасть. В этот самый момент истины я подумал о своих родителях, о своих друзьях, обо всем том, что было уже на миллионы километров от меня. Возможно, в этот момент мой телефон хотел доказать, что по мне скучают и ждут, но я мог об этом только догадываться. Не поверив в неминуемость своей гибели, я вновь взял курс на Лехину комнату, по пути заглянувши в зеркало. Ужас охватил меня. Мое лицо опухло, щеки обвисли, словно, у пожилого человека, под глазами образовались мешки. Сказать было нечего, а подумать было страшно. Не желая более видеть свое обличие, я пустился на поиски Лехи. Каждая дверь имела стеклянное окошко, через которое я мог видеть жителей комнат. К моему счастью, в коридоре никого не оказалось, видимо все уже спали. Вскоре я поравнялся с комнатой своего приятеля. Заглянув в окошко, я обомлел. Леха лежал на своей кровати и бился в судорогах, словно необузданный конь. А никто даже и не знал об этом! Или знал, но не проявил заботы. Не на шутку испугавшись за жизнь своего товарища, я заскочил в комнату и начал его удерживать.
- Леха, слушай меня! Дыши глубже, вдыхай! Вдыхай, мать твою! – сжав зубы, кричал я ему в ухо.
Его глаза были плотно сжаты. Когда я попытался их открыть, он начал сопротивляться и дергаться еще сильнее. Тогда я стал шлепать его по щекам. Увидев, что это не помогает, я, сдерживая боль, подбежал к умывальнику, включил струю холодной воды, набрал в ладоши и вылил ему на лицо. Немного подождав, я повторил эти действия и через некоторое время судорога закончилась. Я присел около него и начал ждать. Его глаза открылись.
- Ну и напугал же ты меня, дружище, - выдохнул я.
Он слегка скривил губы, показав, что хочет улыбнуться.
- Спасибо... - едва прошептал он. Прошло около часа, пока он полностью не пришел в себя. Все это время я сидел рядом с ним и ждал его возвращения.
- Хреново выглядите, молодой человек, - сказал он свою первую фразу.
Не знаю почему, видимо из-за воздействия таблеток, но я улыбнулся и получил в ответ взаимную улыбку.
Когда два дня назад я впервые увидел Леху, я даже представить не мог, что застану его в своей постели, в таком виде.
- Приглашаю на тет-а-тет, - сказал я. - Вопросы накипели, ответов ждут.
- А у тебя случайно таблетки не найдется? - осторожно спросил он.
- Нет, я выпил последнюю, перед тем, как к тебе прийти. Кроме того, я чувствую свою зависимость от них. Почему ты сразу не сказал мне, чтобы я убрался отсюда?!
- Рано или поздно, они сделали бы это с тобой. Теперь придется ждать до утра.
- А еще можно поискать в комнатах у других, – предложил я.
- Нет.
- Почему? - недоуменно спросил я.
- У нас предстоит тет-а-тет, я тебе все объясню. Я знаю место, где нас не увидят и не услышат.
Леха медленно поднялся с кровати, и мы вышли в коридор. Оглянувшись по сторонам и не увидев ни души, мы пошли вдоль коридора, свернули на лестницу и спустились на первый этаж. Знакомый мерзкий запах вновь поприветствовал нас. Свет исходил только из дешевой, старой люстры, которая висела прямо над столом консьержки. Окинув взглядом весь холл, мой взор упал на входную дверь, которая была заперта на замок. Бежать было бесполезно. Леха издал шипящий звук и тем самым привлек мое внимание. Он стоял справа и подзывал меня к себе. Еле разглядев его в тени, я подошел поближе.
- Дверь заперта, - сказал я.
- Ее закрывают на ночь, - пояснил Леха.
- А если сбежать днем?
- Думаешь все так просто? У них есть оружие. Вот почему я не мог сказать тебе все сразу. Подстрелят, как щенка и тогда все будет намного хуже.
- А я думал, хуже быть не может. Кстати, откуда тебе это известно? - спросил удивленно я.
Леха вздохнул и начал рассказывать.
- Тот парень, Мигель, который сегодня разговаривал с тобой - его сын.
- Чей сын? - перебил я.
- Долбаного основателя заведения, в котором мы находимся. Его зовут Патрик. Если уж мы говорим начистоту, то знай, что он псих на всю голову, впрочем, как и его сын. Пару недель назад у нас случился инцидент - парень, который не выдержал издевательств, сломя голову бросился бежать и был убит от руки этого Патрика. Эти звери даже не захоронили его, тело до сих пор лежит в подвале.
«Так вот почему здесь так ужасно пахнет» - подумал я.
- Но почему за этим чертовым столом никто не дежурит? Почему здесь вообще нет врачей? - не выдержал я.
- Тише, - прошептал он, - не шуми. Я понимаю твое состояние, но раз уж ты решился расспросить меня, будь сдержаннее.
- Хорошо, извини, - досадно произнес я. Леха оглянулся и продолжил.
- Так вот. С какой целью этот Патрик содержит всех нас тут, можно только лишь догадываться, но мне рассказали, что дом этот был ветхим и заброшенным, а он, поселившись здесь, пытается довести его до ума. Два сапога - пара, поэтому его сын тоже здесь. Что же касается врачей - все это официально. В конце концов, никакой врач не будет насильно поить здоровых людей наркотиками.
- Наркотиками? Ты хочешь сказать, что я и ты пьем, под видом каких-то лекарств, наркотики? – вспомнив свою утреннюю боль в горле, возмущенно спросил я.
- Именно. Только не под видом, а напрямую. Поэтому они обошлись без врачей и делают все сами. А если ты не пьешь, то они помогут тебе. Что касается Патрика - он считает, что побег отсюда невозможен по двум причинам. Пристрастие к наркотику и убежденность этого психа в том, что вокруг дома есть некая сила или поле, которое не пустит никого за его пределы - видать долго он тут прожил. Да и если ты пришел сам в этом дом, значит ты избранный, и отпустить тебя он никак не может. Самое интересное, что все, живущие здесь свято верят в эту миссию. Ну, кроме нас с тобой. Ты ведь не веришь в это?
- Разумеется, нет, - нервно улыбнулся я, и понял, почему Мигель назвал меня избранным.
- Тем лучше. В скором времени унесет и нас, но мы должны дать им хоть какой-то отпор.
- Слушай, Лех, - поинтересовался я, - а что это за ''наркотик для избранных''?
- Это экстази. Думаю, ты все знаешь сам, без моих объяснений. Психотические эпизоды, судороги, размытость зрения, паранойя и куча других симптомов.
- Боже, - прошептал я, - неужели это все происходит со мной. Как бы наши танцы под экстази не сменились похоронной музыкой.
- Да, дружище. Предлагаю подождать до утра, принять таблеточки, а дальше - думать. Кстати завтра привезут еду.
- А кто ее привезет? - поинтересовался я. - Я очень оголодал.
- Я тоже. Раз в два-три дня приезжает жена Патрика и привозит продукты. Последний раз она приезжала как раз в день твоего приезда.
- Слушай, ты поясни мне насчет жены, - не поняв, спросил я.
- Ну, она у него нормальная, в здравом уме, живет в городе, а сюда приезжает навещать его и заодно привозит продукты для остальных. Живет молчком, потому что любит его, несмотря на его болезнь. Смирилась, в общем.
- Кошмар, семья отморозков, губящая чужие судьбы, - возмутился я.
Леха утвердительно кивнул и на этом мой запас вопросов иссяк.
- Спасибо, Лех, - поблагодарил я его, не зная почему.
- Да брось, выкарабкаемся как-нибудь. Пойдем, давай, спать.
Поднявшись наверх, мы попрощались и разошлись по комнатам. Лежа на кровати и засыпая, я думал о невероятности, произошедшей со мной беды. Но одно я знал точно - нужно было бежать из этого плена.
На следующий день приехала жена Патрика и привезла еду. Состояние мое было крайне неудовлетворительным, голод сводил меня с ума. Приняв утреннюю порцию таблеток, я набросился на свой долгожданный завтрак. Еда была бесконечно вкусная, и я смаковал каждой крошкой. В этот же день я впервые увидел и самого Патрика, идя по коридору. Его невысокий рост, сильная сгорбленность и худоба странным образом поразила меня. Он напоминал зловещего героя из страшной сказки, но никакой сказки не было и в помине и он, ковыляющей походкой, проходил мимо меня. Резкая ненависть заполнила меня с головы до пят, и я готов был загрызть его словно голодный волк. Еще мгновение и я бы накинулся на него, но догнавший меня Мигель, похлопал по плечу.
- Сегодня будешь работать, я позже тебе... – начал, было, он.
- Отвали от меня, ублюдок, - прошипел я.
Мигель с силой сжал мое больное плечо, и меня скривило от невыносимой боли.
- Ты же не будешь противиться себе подобным. Иначе нам снова придется тебя усмирить, - прошептал он мне на ухо.
Я был бессилен и все, что я мог сделать в этот момент - это ненавидеть его ровно также, как и того, кто посопутствовал его рождению на этот свет. Он иронично улыбнулся и добавил:
- Позже я расскажу тебе подробности твоей работы.
Сказав это, он отпустил мое плечо и, нарочно наступив на мою ногу, пошел дальше. Жестоко продолжительная сказка носила меня, как своего главного героя, в себе. Моя личность была полностью растоптана и даже размазана.
- Эй! - почти оглохший услышал я. Силы начали покидать меня, ноги подкосились и я упал.
Призывающая к жизни реальность снова вернула меня в сознание и мои глаза медленно открылись. Я лежал на кровати в своей комнате. Рядом со мной сидел Леха, а ведь вчера я точно также сидел рядом с ним.
- Ты как? - спросил он.
Я, сморщив брови, отрицательно помотал головой.
- Что произошло? - почти без сил проговорил я.
Леха улыбнулся.
- Судя по всему, ты упал в обморок. Тебе повезло, что я шел за тобой и не дал тебе упасть на пол.
Мои глаза сами собой наполнились влагой, и по щеке сверкнула слеза.
- Я больше не могу это терпеть, - вытирая мокрую щеку, сказал я.
- Тебе нужно отдохнуть, - перебил он меня. - И, да, кстати, ты пропустил дневную порцию. Твою расхватали, поэтому я принес тебе свою, чтобы поделиться.
- Спасибо, - на этот раз искренне проскулил я.
Выпив подарочную порцию очередного наркотика, я положил голову обратно на подушку.
- Знаешь, - сказал Леха, - я ведь тоже, как и ты, впрочем, как и все здесь живущие, попал сюда случайно. Это случилось со мной зимой прошлого года. Мои родители погибли в автокатастрофе, и я жил на попечении у бабушки. Жили мы только на ее пенсию и однажды у нас закончились все средства. Немного пораздумав, она предложила мне съездить к ее сестре и попросить у нее взаймы рублей пятьсот. Я согласился, к тому же хотелось развеяться, сорваться куда-нибудь. Бабушка указала мне маршрут и пожелала удачи. Прибыл на место я ночью и сразу увидел небольшую деревушку возле дороги. Поиски дома бабушкиной сестры не заняли много времени. Вот только свет в доме не горел. Я долго и упорно стучался, но в ответ была полная тишина. Вспомнив, что следующий рейс автобуса только утром, я начал бродить по деревне, ища временный ночлег, и вскоре вышел на дорогу, которая покажется тебе знакомой.
- Это что-то невероятное, - прошептал я.
- Да. В окнах дома горел свет, и я направился к нему. Дальше все происходило также как и у тебя - я забрел, а на меня сети. Относились ко мне поначалу пренебрежительно, тоже били, чтобы убежать не вздумал. Потом свыкнулся и начал жить такой жизнью, вот только мне удалось обхитрить их в плане таблеток. Чтобы показаться послушным, я поначалу прилюдно самостоятельно их выпивал и вскоре заслужил доверие. Так что теперь я заставляю себя принимать дозу раз в неделю, чтобы уж совсем пробки не вылетели, а остальные складываю под кровать. Только благодаря этому я более, менее стою на ногах и мыслю здраво.
Я лежал с открытым ртом и, почти не дыша, замерев, слушал. Теперь все личные вопросы получили на себя ответы. Больше всего меня интересовало, как он попал в этот дом и почему до сих пор остается при себе.
- Вот только бабушку жалко, - сжав скулы, сказал Леха. - Она ведь совсем старенькая, ни в милицию не позвонит, ни на помощь не позовет. Сидит, наверное, и ждет меня. А я здесь, взаперти, за тридевять земель. Я даже не знаю, жива ли она...
Леха опустил голову, и я увидел в его глазах слезы. Мне стало горько и я, восприимчивый человек, не сдержав эмоций, тоже прослезился.
- Ничего, Лех, мы найдем выход из этой ловушки, - похлопав его по плечу, сказал я.
В эту же минуту в комнату залетел Мигель и посмотрел в мою сторону.
- Я, значит, хожу, ищу его, а он тут себе разлегся. Поднимайся, ты еще не поработал, рано отдыхать.
Я сжал кулаки, но Леха взял мою руку и дал мне знак, чтобы я не сопротивлялся.
Дни сменялись другими мучительно долго. Я постепенно сходил с ума. Каждую ночь мне снились кошмары, и я просыпался в поту, а каждое утро меня ждала очередная порция красных таблеток. Сначала эти таблетки давали мне сил, но потом отнимали их в трехкратном размере. Синяки на теле постепенно начали заживать, но на смену им пришли постоянная головная боль и потеря памяти. День ото дня я слонялся по коридору и мне мерещились уродливые существа из моих кошмаров. Порой мой вид даже отпугивал Леху, но он по-прежнему был близок мне, а я ему. Мы надеялись на спасение и ждали. Только иногда было непонятно - то ли мы ждали чьей-то помощи, то ли конца. Работа, которую заставлял меня выполнять Мигель, показалась бы несложной здоровому человеку, но я делал это из последних сил, и каждый раз мне казалось, что через секунду я умру. Поначалу я мыл пол в коридоре, а затем переместился на первый этаж и принялся за его восстановление. Леха помогал мне, и для меня это была лучшая поддержка в ту минуту. Днем входная дверь была открыта, и мы выходили дышать свежим воздухом под пристальным наблюдением видеокамер и Патрика. Однажды мы вышли на улицу, и я лег на асфальт. Леха лег рядом, и мы уткнулись глазами в небо. Я вовсе забыл его истинный цвет, и поэтому оно казалось мне чрезмерно голубым. В этот момент по небу пролетал самолет и я, посмотрев на него опечаленными глазами, вздохнул.
- Очень скоро мы так же будем лежать под землей. Это конец, Лех. Нас в упор никто не видит. Публика ликует! Она избавилась от нас!
Леха повернул голову и посмотрел на меня.
- Не сдавайся дружище, мы должны быть сильней, иначе он победит.
- Мы уже проиграли! - не выдержал я. - Разве ты не видишь? Или просто не хочешь видеть?! Взгляни на меня! Ты помнишь мое настоящее лицо? Даже я его не помню! Прошло два месяца и ничего не изменилось! Ах да, изменилось! Мои внутренности просятся наружу, а моя голова предупреждает меня о скором взрыве! Твоя самоуверенность и чрезмерное спокойствие сводят меня с ума больше, чем эти проклятые таблетки!
- Я прекрасно тебя понимаю, - не спеша сказал Леха, - только давай не будем ссориться, мы должны держаться вместе.
- Да плевать мне на это! Знаешь, порой мне кажется, что ты с ними заодно и, эксплуатируя нашей дружбой, мило удерживаешь меня здесь!
Это была точка кипения для него.
- Ты бесконечно нагл! - крикнул он мне в ответ. - И если ты хочешь знать, то меня достали твои постоянные выходки в мой адрес! Я тебе здесь не шут, чтобы справлять свою нужду на мне! Хочешь помощи? Помоги себе сам!
С этими словами он резко встал и, поднявшись на ступеньки, зашел внутрь.
Это была наша первая и самая продолжительная ссора. Мы не разговаривали с ним вообще и кидались в сторону друг от друга. Я чувствовал свою вину и был готов извиниться перед ним, но упорно отвергал эту мысль, так как постоянно забывал о нашей ссоре, а когда вспоминал - считал, что мы уже помирились. Порой мне доводилось испытывать ощущение, что я его не знаю, будто он для меня незнакомый человек. Однажды вечером, сидя на кровати, я достал листок бумаги из тумбочки и написал: ''Леха мой друг. Мы с ним в ссоре''. На тот момент я был готов поставить точку в нашей дружбе и своей жизни, но мою мысль оборвал зашедший в комнату Мигель.
- Ты меня разочаровываешь, - сказал он. - Больше времени у тебя уходит на отдых, нежели на работу.
Тут я словно очнулся от страшного кошмара и овладел собой.
- Слушай, Мигелюшка, а не мог бы ты поведать мне о миссии своего отца?
Мой тон будто показался ему неуместным и даже недружелюбным. Его физиономия изменилась, а сам он напрягся.
- Что это вдруг тебя заинтересовала жизнь моего отца? - подозрительно посмотрев на меня, спросил он.
- Меня не интересует его жизнь, - попытался надавить я, - меня интересует его миссия.
Это давление, судя по всему, было успешным, потому как Мигель рассредоточился и потерялся. Воспользовавшись этим, я медленно начал вгонять его в краску.
- Ты только не стесняйся меня и присаживайся - продолжил я, - я интересуюсь исключительно из благих побуждений, а раз уж мы здесь, да еще и вместе, давай говорить откровенно. Полагаю нам нечего скрывать друг от друга.
Словно доверившись на слово, Мигель утвердительно кивнул и присел рядом.
- Ну, я бы не стал на твоем месте использовать термин «миссия», - сказал он и по-дурацки улыбнулся. – У моего отца есть цель, которой он, ни смотря ни на что, добьется. И я, кстати говоря, но, строго, между нами, абсолютно в этом уверен.
Я изобразил доброжелательное лицо и мило улыбнулся ему.
- Так что это за цель? – с нетерпением спросил я.
Мигель еще раз вопросительно взглянул на меня, но, не увидев уничтожающей насмешки, продолжил.
- Отец всегда искренне верил и верит в могучую силу любви и правды, но жалкие людишки, топчущие нашу землю, постоянно досаждали ему и твердили, будто он сумасшедший. Есть выражение, что все отношения людей строятся на взаимном понимании и доверии, а моему отцу все встали поперек горла. Поэтому еще с давних времен он отрицает любые писаные законы и старается строить свою жизнь, вразрез другим. Абсолютная вера людей в христианство смущает его до невозможности и поэтому его целью является, если не подавить, то хотя бы восстать против него, а сделать это можно только создав армию вольнодумцев, которые будут скептически относиться к религии и господствующим силам. Тем самым, вскоре, набрав обороты, мы восстанем против существующего мирового господства.
Два больной кретина, совсем свихнулись – пронеслось в голове у меня.
- Ну а мы-то тут причем?
- Как это причем, - усмехнулся Мигель. – Поди, найди среди этой пустыни иллюзий людей, готовых к сотрудничеству. Поэтому отец считает, что всякий попавший сюда, является избранным, и происходит это не по воле случая, а по предписанию судьбы. Поя избранных специальными препаратами, мы вызываем у них зависимость и в скором времени они перегрызут горло любому, лишь бы принять очередную дозу. Так что, каждый избранный есть частичка нас и поэтому тоже должен принять свое непосредственное участие в достижении успеха нашей миссии.
Моя голова начала трещать от подобного спектакля, и я, поблагодарив Мигеля за исчерпывающую информацию, начал провожать его из своей комнаты.
- Принимайся за работу немедленно, - сверкнув глазами, сказал он.
- Хорошо, - ответил я, - только дай до туалета сходить.
Мигель вышел, прошел по коридору и спустился вниз по лестнице. Я выглянул из комнаты – туалет, который был предлогом, располагался справа, рядом с душем, но в данный момент мне нужно было навестить Леху, наладить с ним отношения и поведать новую информацию, пока не произошел очередной провал в памяти. Свернув налево, я пошел вдоль коридора. Проходя мимо окон, я увидел несколько человек на улице, которые буксировали мою машину к дому. Все надежды были разрушены, отныне меня никто и никогда не найдет, все следы моей пропажи были тщательно заметены. Глядя на свою машину и думая о своем ничтожном существовании, я наткнулся на Леху.
- Ты чего под ноги свои не смотришь?
- Извини. Не возражаешь, если мы на пару слов вернемся в твою комнату? – досадно спросил я.
- Мне некогда, я занят, - отрезал он.
- Слушай, Лех, мне очень жаль, что так вышло. Я шел к тебе, чтобы признать свою вину и извиниться. Да, я был неправ, но учитывая наши с тобой ситуации, я понял, что нам действительно нужно держаться вместе. Кроме того я постоянно забываю, что со мной происходило за весь этот период времени и я не хочу, чтобы наша с тобой дружба была также легко позабыта мной.
Раздумывать не пришлось, я попал в самую жилу его сердца и он улыбнулся.
- За тобой хвостов нет? – спросил он.
- Нет, - улыбнулся в ответ я.
Зайдя в Лехину комнату, я тут же принялся рассказывать ему о только что поведанной мне истории. Леха слушал меня внимательно и постоянно улыбался, впрочем, я поступил бы также на его месте.
- Ну и вдогонку ужасная новость - теперь наши с тобой планы по спасению провалены полностью, - дополнил я и сразу же пояснил. – Только что видел свою машину – отныне надеяться не на кого и не на что. Ее буксировали какие-то люди, поближе к дому. Так что теперь попытки найти нас не увенчаются успехом. У меня складывается ощущение, Лех, что мы с тобой никогда не жили.
- Постой. Твоя машина стоит прямо около дома? - оживившись, спросил он.
- Ну, я видел, что ее буксировали… - начал, было, я, но был тут же прерван.
- Ты понимаешь, что это значит? Мы спасены! – закричал он.
- О чем ты? – недоумевая, спросил я.
- Ты и я – мы спасены! Садимся в машину – раз, заводим мотор – два, сваливаем поскорее отсюда – три! – завопил Леха.
- Значит так, во-первых, у машины нет колеса, собственно, по этой причине я и попал в этот проклятый дом. Во-вторых, ключей от машины у меня нет, - сказал я, ища их по карманам.
И тут, меня сразило наповал словно молнией – в рубашке, в верхнем левом кармане я нащупал ключи от машины. Эти твари забрали у меня средство связи, но забрать ключи они не додумались. Их оплошность им дорого обойдется. Мы с минуту смотрели на ключи и не могли поверить в то, что в моих руках лежало наше спасение. Наконец я не выдержал, мои руки задрожали и я, победно, закричал. Леха обнял меня и сказал.
- Слышишь меня? Мы победили! Смоемся отсюда, доложим обо всем этом кошмаре в милицию, и этих грязных собак осудят по всем статьям, по всем писаным законам назло этому Патрику!
После этой фразы меня словно пробило, и я разрыдался от переполняющих эмоций. Сжав кулаки, сквозь слезы, я сказал.
- Таков будет наш отпор этим бесчеловечным подонкам!
Следующий день казался невыносимо мучительным и бесконечно долгим. Я, сжимая скулы, выполнял свою последнюю работу на первом этаже этого смертоносного дома. Мои руки по-прежнему дрожали, но отвертка послушно повторяла их движения. Различные мысли бесконечно прокручивались в моей голове, и я никак не мог заставить себя думать о хорошем – музыка, играющая наверху, мешала мне сосредоточиться. В идеале наш побег должен был выглядеть следующим образом. Леха с ключами направляется к машине, чтобы, якобы, под видом интереса, разглядеть ее поближе. Я же в это время прикручиваю последнюю картину и, не спуская глаз с Лехи, жду его сигнала. Затем, что есть сил бегу к машине, чтобы Патрик не успел засечь меня и ни в коем случае не выстрелил мне в спину. Что следовало бы потом, можно догадаться без продолжения.
Патрик как всегда сидел у себя в кабинете, а все остальные рассосались по дому и занимались своими делами. Леха стоял у лестницы, в пяти метрах от меня, приклеивал плинтуса и постоянно смотрел в мою сторону, дожидаясь сигнала. Я никак не мог собраться и набраться смелости сделать это, некий страх овладел мной, и я будто остолбенел. Отвертка случайно выскользнула из руки и упала на пол. Я потянулся за ней и, посмотрев в Лехину сторону, увидел спускающегося по лестнице Мигеля с той самой девушкой, которая в самый первый раз впихивала мне в рот таблетки. По моему телу пробежали мурашки, и я дал знать Лехе, что наш план переносится. Леха обернулся и сразу же встретился с глазами Мигеля. Тот, словно увидев наши переглядки и обеспокоенные лица, злостно улыбнулся и сказал, обращаясь ко мне.
- А помнишь те самые слова, что ты сказал мне вчера при нашем разговоре?
Я нервно улыбнулся и, посмотрев на Леху, отрицательно помотал головой.
- Ты сказал… Мы…. Нет, кажется не так. Раз уж мы здесь, да еще и вместе, давай говорить откровенно, ведь нам нечего скрывать друг от друга. Я хорошо запомнил эти слова, а вот ты, я смотрю, не очень – коварно посмотрев на меня, сказал он. – Что вы тут задумываете? Уж не план ли какой? Может быть против меня?
И тут он повернулся к Лехе и, иронично улыбнувшись, шепнул.
- Небось удрать отсюда хотите?
Леха не мог позволить Мигелю раскусить нас. Его нервы сдали и он, издав панический крик, резко схватил Мигеля за шею и с силой скинул его с лестницы. Тот, упав, быстро начал подниматься, но Леха, тут же подбежал и изо всех сил ударил его ногой в спину. Девушка, сорвалась с места и побежала наверх. Я стоял, с широко открытыми глазами и с ужасом наблюдал за всем этим. Леха, словно придумав другой конец этой истории, дрожащим голосом крикнул мне.
- Догони эту тварь и убей ее! Убей их всех!
После этих слов он сел на Мигеля, схватил его за подбородок и с сильным хрустом развернул голову на 180 градусов. Смертельный хруст в шее Мигеля будто дал мне знак и я, вытащив из кармана последнюю таблетку, закинул ее в рот. После этого я мигом подобрал свою отвертку и бросился, сломя голову, в погоню. Залетев на второй этаж, я посмотрел направо и увидел свою жертву, которая отчаянно бежала вдоль коридора к кабинету Патрика. Неистовая сила и зашкаливающая жестокость наполнила меня изнутри, и я сорвался с места. Отвертка зашла сначала один раз, потом второй, а затем третий. Я протыкал ее спину с необычайной радостью и слушал ее протяжные стоны. «Вот здесь очень больно, не нужно больше» - кричала она, но было поздно.
- Ты меня породила, но убью тебя я! – кричал я ей в ухо.
Наконец бездыханное тело повалилось, и я взглянул на нее, свысока. Действовать нужно было быстро и безотказно. Сжав отвертку в кулаке, я побежал в комнату, которая обычно кишила сумасшедшими. Я подбежал к двери и из комнаты мне навстречу вышел парень, который услышал странные звуки. Схватив его за голову, я размахнулся и с силой воткнул отвертку в его щеку, а затем в висок. По моим подсчетам оставалось еще человек шесть. Увидев, что все, находящиеся в комнате, с ужасом смотрят на меня, я, воспользовавшись этим, подбежал сначала к одному, потом к другой. Один за другим мертвые тела падали, ударяясь об стол. Несколько девушек успели выбежать из комнаты. Испугавшись, что они могут потревожить покой Патрика я помчался за ними и настиг их прямо у его дверей. Они бегали как куры, не крича и не носясь от паники – это были беспомощные, сумасшедшие люди. Все как один бежали к его дверям, потому что знали, что он, в такой критической ситуации, их единственное спасение. Но это было их заблуждением. Изуродовав их молодые тела уже и без того кровавым инструментом, я оглянулся. Мертвая тишина оглушала меня и одновременно успокаивала - никакого смеха, никакой болтовни, только музыка, доносящаяся из колонок. Три трупа лежало около кабинета Патрика, один около общей комнаты, еще четыре внутри нее и убитый Лехой Мигель. До ровного счета не хватало десятого, но, вспомнив, про оружие, которое имел при себе Патрик, я бросил отвертку и побежал к Лехе. Спускаясь по лестнице, я услышал истеричный крик и, выбежав, остановился. Леха сидел на груди мертвого Мигеля и бил его по лицу. Я подбежал к нему и схватил его за руку.
- Перестань! Довольно с него – он мертв! – крикнул ему я.
Лицо Лехи было сильно напряжено, а зубы плотно стиснуты.
- Надо сваливать отсюда, - добавил я.
Будто очнувшись ото сна, Леха, вскочил, и мы понеслись к машине, которая стояла метрах в двадцати от дома. Наш план был изменен до неузнаваемости. Нажав кнопку на брелке, мы заскочили внутрь. Теребя ключ дрожащими руками, я не мог вставить его отверстие.
- Ну заводи же ты ее! - заорал Леха.
Наконец у меня получилось, и машина завелась. В эту же секунду раздался оглушающий выстрел, и лобовое стекло пронзила пуля. Подняв глаза, я увидел Патрика, стоящего прямо напротив нас. Он стоял возле лестницы и из-за своей веры не мог шагнуть дальше. В руках он держал пистолет, нацеленный прямо в нашу сторону. Его глаза встретились с моими, и я замер.
- Мы умрем, мы умрем, - застонал Леха.
- Заткнись! На счет три резко пригибаемся вниз, - вдруг крикнул я.
- Раз. Два. Три!
Мы пригнулись, но выстрела не последовало, через пару секунд я поднял голову и увидел перезаряжающего пистолет Патрика.
- Дави его!!! – жутким голосом закричал Леха.
Я утопил педаль газа до упора, и машина рванула вперед. 15 метров – Патрик заряжает патрон в обойму. 10 метров – вставляет обойму в пистолет. 5 метров – выстрел, удар, еще удар.
Подняв окровавленную голову с руля, я посмотрел в зеркало заднего вида. Обездвиженное тело Патрика лежало на сухом асфальте, а пуля, не зацепив никого из нас, улетела на сотни метров. Сбив его, мы врезались в перила дома. После трех месяцев пребывания в плену мы…
- Живой! Он живой! – снова закричал, отошедший от шока, Леха.
Включив заднюю передачу, мы резко сдвинулись с места и, набирая скорость, помчались назад.
- АААА!!!! Сдохни тварь!!! – заорал я.
Машину подбросило и мы остановились. Немного послушав тишину, я изо всех сил ударил по рулю и, склонив голову, заревел.
- Тварь! Тварь!! Тварь!!! - неумолимо кричал я и продолжал судорожно стучать по рулю.
Пробыв три месяца в плену у самого дьявола, который сейчас лежал под колесами моей машины, я действительно понял, что хочу жить, ни смотря, ни на что. Патрик как-то сказал, что все попавшие в его дом – избранные и произошло это по предписанию судьбы. Так вот теперь я знаю точно, что он был неправ. Моя судьба заключается в том, чтобы я жил. И я буду жить, назло всем. Я побывал на грани самого себя и переступил через ад. Мне было плевать, куда я попаду после этого, в психиатрическую клинику или в тюрьму, главное я убил его. Я победил…
Я не из разряда тех, кто нуждается в поучении, но теперь я, кажется, начать понимать, что жизнь, будто решила проверить меня, преподнеся свой зловещий урок, который я буду помнить свой каждый новый день.

© RAMboo

Смею предупредить, что все написанное выше имеет место быть и в реальной жизни. Перечитав целиком всю историю еще раз, я понял, что такое может произойти, более того, это может произойти с любым из нас, ведь каждый знает, на что способны люди. Не настолько фантастичны события, сколько волнующие и пугающие. Может это послужит сценарием для когда-либо выполненной экранизации. Спасибо за внимание.