Терракотовый воин. Передел, исторически-фантастическое

первая часть тут

Наш Федя с детства связан был с землею,
Домой таскал и щебень и гранит.
Однажды он домой принес такое,
Что мама с папой плакали навзрыд.

Студентом Федя очень был настроен
Поднять археологию на щит,
Он в институт притаскивал такое,
Что мы кругом все плакали навзрыд.*
© Высоцкий


Группа молодых археологов в спецовках сидела у костра неподалеку от раскопа в Подмосковье, и дружно пела под гитару веселую студенческую песенку нестареющего Владимира Семеныча.
Серый, еще неделю назад бывший Сергеем Николаевичем Сычевым, подпевал на повторах.
Сидя у вечернего костра, с кружкой крепчайшего чая, он поймал себя на мысли, что, пожалуй, впервые, за последние семь дней, отчаяние немного отступило в сторону, освободив место такой заразительной бесшабашности студентов–археологов.

- - - - - - - -

Прошла всего неделя с того злополучного дня, когда втянутый в научные игры сумасшедшего профессора, бывший директор рекламного агентства, завсегдатай богемных тусовок, и просто успешный и довольный жизнью Сергей Сычев одним непродуманным действием перевернул ход истории человечества с ног на голову.

Вернувшись в Москву по окончании невероятного эксперимента, когда, случайно открывшему Дверь времен, Сергею удалось вытолкнуть профессора в прошлое, Сычев обнаружил, что мир коренным образом изменился.
Москва оставалась таким же шумным и бурлящим мегаполисом. Узнаваемые улицы, русские лица. Но, в тоже время, это был чужой мир.
Мир, в котором Россия была частью Азиатского Альянса – мощной коалиции азиатских государств. Мир, в котором не было войн за независимость страны. Не было войны с французами, не было Великой Отечественной войны. Не состоялась встреча деда и бабки Сергея, познакомившихся в той, прежней жизни, в убежище во время бомбардировки города немцами. Не родился отец Сергея, и самого Сергея тоже не было. В новой реальности места Сычеву не нашлось.

Толерантные азиаты, нужно отдать им честь, сумели сохранить самобытность и ментальность каждого народа, проживающего на территории Альянса. Они сумели избежать войн и национальных конфликтов. Используя сильные стороны каждого народа, азиаты превратили Россию в академ-регион - провинцию, славящуюся образовательными и научными центрами. Об этом Сычев узнал позднее, когда в одном из бесплатных информ-кафе залез в бескрайние просторы всемирной сети азианет.

Судорожно открывая новые странички сети, Сергей постепенно осознавал масштабы своей ошибки. В мире правили три ведущие коалиции – Азиатский Альянс, Американский Союз и Исламский блок. Йоркширским терьером в политике трех лидеров прыгала, от одной империи к другой, миниатюрная Европа. Коалиции мирно сосуществовали друг с другом, лишь иногда взбрыкивая в дележе Африканских земель – крупнейшего мирового полигона промышленных и военных отходов трех держав.

Москва и Невоград являлись ведущими культурными центрами Азиатского Альянса, и столицами русской провинции.
Крупные, красивые города, ни в одном из которых не нашлось ни одного человека, знающего Сергея Николаевича Сычева.

- - - - - - - -

Получаемый с новой информацией, страх осознания случившегося, не находя другого выхода, гасился дешевой рисовой водкой, подаваемой в многочисленных московских забегаловках. И, спустя три дня, сменился отупением, и полным безразличием к себе, к миру, ко всему, что окружало.
Сергей брел по улицам города, не замечая маршрутов. Вдалеке, замаячил зеленоватыми стеклышками окон, железнодорожный вокзал.

- - - - - - - - -

Сычев сел в первую попавшуюся электричку, прислонился к окну и задремал. Спасительную дрему нарушил жизнерадостный шум-гам стайки молодых ребят, заполнивших вагон на одной из станций.
Студенты-археологи, отправляющиеся на практику на раскопки в Подмосковье, сели напротив Сергея, и сразу же, откупорив свежее пиво и расчехлив гитару, принялись бренчать и болтать на свои темы.
Симпатичная курносая девчушка в спецовке, похожая на взъерошенного воробья, уселась рядом и сразу же попросила Сычева поменяться местами. – Здравствуйте. Ой, простите, а можно я сяду к окну? Меня Катей зовут, а Вас?
Сергей встрепенулся. В глазах девчонки был какой-то теплый забытый огонек, тот самый, из прошлой жизни. – А меня – Сергей.
- Тезка! – один из студентов пожал руку Сычеву. – Серый, значит. А куда путь держишь?
- Не знаю…
- А поехали тогда с нами? Нам хороших рук не хватает. У нас на раскопе, знаешь, как интересно? Килыч, наш руководитель экспедиции, нашел древние скрижали, согласно которым, Россия когда-то была независимым государством. Находка мирового значения, между прочим. – Студент сделал важное лицо, свойственное молодости, считающей себя зрелостью. – А Катерина будет дипломную по этой теме писать. – Студент ласково кивнул в сторону курносой Катюши.

- - - - - - - -

Подмосковье. Раскопки.

Килыч был королем Раскопок.
Кучерявый здоровый бородач с обветренным смуглым лицом, и белозубой улыбкой, он даже смеялся по-королевски – раскатисто, с добрым порыкиванием льва. Увидев черную тоску в глазах новоприбывшего на раскоп, Сычева, он не стал задавать лишних вопросов, а лишь, усмехнувшись в пушистые усы, выдал новичку лопату. – В работе себя покажешь.
Сычев старался. Срезая сантиметр за сантиметром, буквально вгрызаясь в раскоп, он чувствовал – с каждым волдырем на, не привыкших к физическому труду, руках, с каждым болезненным движением натруженных мышц, душевная боль отпускает.
Он освобождал свой мозг от мыслей. Прежний Сычев уходил вместе с пустой породой. Разрушался, словно тот злосчастный терракотовый воин эпохи Цинь. Рождая из скорлупок нового человека, пока еще не знакомого Сергею, но более сильного и уверенного, более закаленного.

Ровесники, Сергей и Килыч быстро сдружились. Сидя на закате, на берегу реки Десны, они болтали о судьбах человечества, об исторических коллизиях, да и просто обсуждали прелести подопечных студенток. И однажды, Сергей решился.


Подмосковные сумерки накрыли лагерь мягким одеялом. Костер догорал красными угольками ароматных смоляных сосновых веток. Студенты разбрелись по палаткам, оставив «стариков» за очередной философской беседой. Сергей докурил сигарету.
– Килыч, вот скажи, а ты мог бы допустить такой поворот событий? Килыч внимательно посмотрел на собеседника. В черных глазах Сычева отражались язычки пламени, придавая, и без того горящему взгляду, некую сумасшедшинку.

И Сергей заговорил. Мысли не успевали за словами. Впервые за столько дней, Сычев мог выговориться. Упуская детали, Сергей пытался донести суть истории, произошедшей с ним. Он был уверен - археолог должен, просто обязан поверить ему. Килыч слушал рассказ Сергея, не перебивая.

Когда Сычев замолчал, Килыч нарочито медленно забил трубку табаком. Вкусно затянулся.
– Дружище, допустим, я тебе верю. Но, послушай совет историка. Никогда и никому. Слышишь, никогда не рассказывай об этом. Поверь, твоя информация может быть использована не теми людьми. Все хорошо, мир живет по, созданным тысячелетиями, законам. Кому нужна твоя правда? Россия привыкла быть провинцией. Мы не идентифицируем себя суверенной нацией. Благодаря политике Альянса, держава избежала множества войн и превратилась в мощный противовес тому же Американскому союзу.
Азиаты не притесняют и не унижают славян. Все довольны и счастливы. Чего ты добьешься своей правдой? Незапланированного отпуска в психо-лечебнице? Взрыва межнациональных распрей? В общем, хочешь открыть людям глаза – напиши фантастический роман на эту тему. Хотя, и этого делать не советую – цензорная полиция может рассмотреть в твоих буковках заговор против Империи.

- Поэтому, - Килыч перетряхнул трубку, насыпав новую порцию табака, - забудь ты об этом, братка. На, вот, лучше, тяпни, - археолог наполнил Серегину жестяную кружку индийским ромом из своих загашников. Мужчины звонко стукнули кружками. – Дзээээнь.

Жестяной звук заглушил, еле слышный шорох, вызванный, спрятавшимся в темноте леса, человеком. Человек аккуратно, медленно ступая по ковру сосновых иголок, отступил в темноту и выдохнул, – Нужно спешить…

- - - - - - - - - - - -

Катерина, одна из лучших студенток истфака, смешная, курносая, немного угловатая девчонка, имела твердую жизненную позицию – жить нужно правильно. Двоечники обижались, когда отличница Катька не давала списывать лекции, - Как вы не понимаете?! Вы же себе этим вредите. И меня заставляете совершать подлый поступок. Вам же нужны знания. А вы все – в обход, да в обход. Нет, и не просите.
В четкой и правильной схеме отличницы было лишь одно слабое звено – младший брат- оболтус. Лешка увлекался игрой в маджонг и играл неплохо. Он целыми днями пропадал на маджонговых тусовках, и даже пару раз, играя на деньги, получил неплохой барыш. Но, в одно из возвращений Кати из экспедиции, Лешка пришел после полуночи, бледный и хмурый. Парню попались шулера. Когда, глядя в такие родные и сочувствующие глаза сестренки, он, ненавидя себя, за содеянное, озвучил сумму, Катька поняла, - Это все. Оплата учебы, квартира, сбережения, доставшиеся от родителей, не покрывали даже десятую часть, проигранного непутевым братом.
А вечером Кате позвонил незнакомец. Он предложил оплатить долг за одно небольшое дельце.
Катька всю ночь просидела, завернувшись калачиком в плед, на подоконнике. Спящий на диване, Лешка трогательно посапывал и что-то бормотал во сне. Такой беззащитный и дурак. Катя вздохнула. – Нужно.

- - - - - - - - - - - - -

Девушка крутила педали велосипеда. Ночью дорога была похожа на черный ручей, в устье которого горела огоньками деревня – ближайший от экспедиции, пункт с телефонным узлом. – Кто такой этот Сычев? Да, он, возможно – хороший человек. Немножко сдвинутый, но все-таки, хороший. И чужой. А Лешка – свой, единственный из родных. Всего лишь одни звонок, и наши проблемы будут решены. Мы станем свободны. Я доучусь. Устрою Лешку на работу, что бы не маялся дурью со своим маджонгом. Один звонок незнакомцу. Один пересказ странного разговора двух «стариков» - чудаков. И свобода, в которой черной червоточиной всю жизнь будет жить подлость совершенного поступка. Катька не понимала игры, в которой участвовала. Лишь какой-то женской интуицией девушка чувствовала, что Сергея ждет что-то нехорошее от этого странного незнакомца.

- - - - - - - - - - - - - -

Дубаи. Особняк «The Palms»

Али, ты привез его? – Да, мой господин. – Две чашки кофе с перцем на веранде, приведи его, и ступай.
Представительный пожилой араб в белоснежных одеяниях восседал в уютном плетеном кресле, установленном на балконе роскошного особняка с видом на залив.
Последнее время он очень уставал от людей. Ему так хотелось покоя. – Сучья работа.
Он и особняк-то приобрел на знаменитой Джумейровской «Пальме» только потому, что доступ к нему был лишь с двух сторон – с неба и по воде.
Но сегодняшний гость интриговал Мухаммеда. Кто он – сумасшедший или новый мессия?
Исламский блок давно имел виды на лакомый кусочек Азиатского Альянса – Россию.
Но, мастера в шахматах – самой сложной и многоходовой игре, арабы, понимали, что напролом им влезть не удастся. Поэтому, слух об исторической независимости России пришелся очень кстати. Ищейки шейха буквально рыли носом землю в поисках зацепки, особенно присматриваясь к нашумевшим археологическим раскопкам в Подмосковье. И, наконец, ниточка была найдена.
Странный русский со своей идеей об Открытых Дверях. – Посмотрим, что из этого выйдет…
Мухаммед отодвинул в сторону кальян и надел на лицо одну из своих фирменных улыбок - «добродушный гостеприимный старикан», - Здравствуйте, почтенный...

--- - - - - - - - - - - - - - -

Сергей растерянно потирал переносицу, сидя перед пожилым арабом. Жутко болела голова.
Прошло не более суток с того момента, когда, выпив темного рома с добродушным Килычем, и удобно завернувшись в спальник, он смотрел в ночное звездное небо, просвечивающееся сквозь щели в палатке.
Уже засыпая, Сергей увидел темные силуэты теней на брезентовой крыше. Новоявленный археолог высунул голову, и сразу же, получив легкий удар, вырубился. Очнулся Сычев только в салоне маленького частного самолета. В соседнем кресле сидел черноволосый восточный незнакомец. – Не волнуйтесь, пожалуйста. Мы – не враги. Дело в том, что нам необходима некоторая информация, которой Вы владеете.…

Никогда прежде не сталкиваясь со службами внешней разведки, Сергей не подозревал, насколько оперативно и четко умеют действовать бойцы невидимого фронта. Тонкая, незаметная, но идеально сплетенная паутина моментально сработала, поймав в свои сети нужную «добычу». Несколько звонков, десятки электронных писем, переводы четырехзначных сумм из одних банков в другие. Механизм внешней разведки Исламского блока за десятилетия подготовки был отточен и выверен до совершенства.

- - - - - - - - - - - - - - - -

Сергей отхлебнул обжигающий кофе с перцем из миниатюрной фарфоровой чашки. Мухаммед говорил так же, как Сычев пил кофе, - выдавая информацию маленькими глоточками, смакуя ее на вкус.
- Уважаемый Сергей, Вы когда-нибудь читали Коран? Здесь Вы найдете ответы практически на любой вопрос, возникающий в умах и умишках человечества с момента его появления и по сей день.
…. Что есть твоя жизнь перед могуществом Всевышнего? Тонкая пленка на косточке сушеного финика…
Словно в доказательство, пожилой араб взял с тарелки сморщенный темный плод, и, разломив мякоть, положил на стол маленькую продолговатую косточку, покрытую полупрозрачной пленкой.
- Простите, уважаемый Мухаммед. Я не знаком с восточными традициями ведения бесед. Может быть, сразу перейдем к делу? Что Вам от меня нужно?
- Не нервничайте, Сергей. Я неспроста завел речь о тонкости. Вам, должно быть, известно, что могущество нашей страны держится на трех основных столпах – Исламе, Нефти и Дипломатии? Маленькая страна, благодаря грамотному правлению Династии Шейхов, месторождениям черного золота и четкой религиозной дисциплине, менее чем за сто лет, из нескольких, разбросанных по пустыне, бедуинских деревень, превратилась в одного из лидеров мировой арены.
Подобно умелому садовнику, ухаживающему за финиковым садом, мы, шаг за шагом, создавали фундамент нашего государства, лавируя между интересами политических гигантов – Запада и Азии.
И главным нашим инструментом была, разумеется, нефть.
Но, к сожалению, по данным наших ученых, нефтяные запасы Аравии заканчиваются. Мы ведем разработки в поисках новых месторождений, но времени остается все меньше. И высока вероятность, что спустя пару десятков лет, наша страна продаст свой последний галлон. Нам необходим козырь в этой игре. Российская провинция – богатейший ресурс месторождений нефти. Да и не только нефти. И Азиатский Альянс понимает это не хуже нас, поэтому так бережет свои территории.
Мы заинтересованы в независимой России.
В России, которая отблагодарит нас за помощь в обретении самобытности своими нефтяными запасами.
Мы давно вынашивали эту идею, изучали старинные рукописи и наблюдали за археологическими исследованиями на территории Российской провинции.
И, Вы, Сергей, со своими, кажущимися стороннему человеку, бредовыми идеями, и будете нашим ключиком. Ключиком, открывающим нам двери к России. Разумеется, мы не верим в эту Вашу историю с поворотом в истории цивилизаций. Но, в качестве базы для начала нашей программы по возвращению России «утерянной» независимости, Ваша идея – неплохой пиар – ход.
Вы поможете нам, мы поможем Вам. Вы получаете свою «независимую» Россию. Мы даем Вам хороший пост в новой стране и неограниченные финансовые возможности.
А это, - Мухаммед положил на стол папку, – первый презент и первое задание.

Развязав тесемки, Сергей обнаружил документы на имя Сергея Сычева, авиабилеты в Сиань и золотистую пластиковую карту.

- Вы отправляетесь в Сиань сегодня вечером. Навестите там своих старых знакомых – Терракотовую армию. А заодно, получите в свое пользование древние манускрипты и наших специалистов – китаеведов. Ваше дело – найти документы, прямо или косвенно, подтверждающие Вашу теорию. Остальное – наша задача.

Сергей улыбнулся своим мыслям. Старый араб внимательно изучал его улыбку. В этот раз прожженного лиса – дипломата подвела его безупречная проницательность. – Фанатик и молодой дурак, - подумал Мухаммед и доброжелательно улыбнулся в ответ русскому.

- - - - - - - - - - - - -


Окрестности г. Сиань. Территория раскопок терракотовой армии.

- Господи, только не это! – в зале Музея Великой Китайской Терракотовой Армии стояли трое мужчин, выделявшиеся на фоне многочисленных китайских посетителей своим ростом и статью. В глазах русского сквозило отчаяние.
- Что случилось, Сергей? – один из сопровождающих Сычева, арабов, занервничал.
- Раскопок больше не существует. На их месте построили здание музея. – Сычев нервно крутил медальон на шее. Площадка – дверь в прошлое, на которую Сергей возлагал надежды, исчезла. На ее месте был построен огромный зал экспозиций из стекла и бетона.
- Нам и не нужны раскопки. Мы же ищем документы, не так ли, уважаемый? – этот странный русский своей эмоциональностью и рассеянностью немного раздражал спокойных собранных арабов. – Нас ждет библиотека.
Спутники мягко, за локоток, вывели расстроенного Сычева из зала экспозиции, и направились в сторону хранилища манускриптов.

В огромном библиотечном зале было прохладно и пахло стариной. Арабы заполняли формуляры. Сергей, в ожидании, прогуливался мимо бесконечных стеллажей. Взгляд русского упал на знакомый манускрипт. «Книга притчей Лао - Цзы». Сергей развернул книгу на первой странице. Пожелтевшие листы, испещренные иероглифами. Сергей не сразу заметил, что понимает текст, написанный на древнекитайском.

… Учитель из Восточного Предместья спросил Чжуан-Цзы:
- Где находится так называемый путь?
- Повсюду, — ответил Чжуан-Цзы.
Есть три слова: Чжоу, Бянь, Сянь. Звучат они различно, а сущность одна, они обозначают одно — «повсюду». Мы говорим о наполненном и пустом, об увядании и смерти. Для пути же наполненное не наполнено, пустое не пусто. Начало и конец для него не начало и конец; скопление и распад для него не скопление и не распад. Ты ищешь путь в дороге, в вещи, в человеке, в деянии? Ищи его в себе. Ты повсюду и твой путь – повсюду и во всем.

Сергей оторвал взгляд от манускрипта. В его глазах загорелся огонек. Сычев сосредоточился и закрыл глаза. Вспоминая одну картинку за другой, он перелистывал свою жизнь назад.
Приезд в Сиань, знакомство с Муххамедом, добряк – археолог Килыч, первые шаги в новой столице, путешествие в прошлое, профессор, встреча с Императором Цинь Шихуанди, дворец Императора, алтарь…
Пол библиотеки задрожал под ногами Сычева. Прохлада зала сменилась свежим легким ветром.

- - - - - - - - - - -- -

- Али, уточни у Сергея, как пишется его фамилия? – один из сопровождающих арабов направился в сторону стеллажа, за которым должен был стоять русский. Сычев пропал. На полу валялся старинный китайский манускрипт.

- - - - - - - - - - - - -

Дворец Императора Цинь Шихуанди.

- Зря смеешься, Миша – сан! Мой гадальщик известен на всю Империю своими предсказаниями. И раз он сказал, что сегодня на мою голову упадет шайтан, значит, нужно не терять время и сделать все необходимые приготовления. Объявить траур, выбрать наследника, отдать последние указания подданным…. – молодой Император Цинь Шихуанди злился и размахивал руками, пытаясь доказать старому профессору свою правду.

Две по семь лун назад, его друг Сергей скинул Циню сумасшедшего профессора из своего загадочного будущего, а сам исчез, оставив Императора с новым гостем. Пожилой профессор был интересным собеседником, развлекал Шихуанди сказочными историями про будущее, и даже дал пару дельных советов по государственному устройству.
Но, помимо положительных качеств, у профессора было две идеи – фикс. Он уговаривал Императора отправить армию на покорение северных земель, соблазняя бесчисленными богатствами территорий, и, в тоже время, регулярно предпринимал попытки вернуться в свое время.
Со стороны это выглядело забавно. Профессор каждый день ходил на строительство терракотовой армии, где прижимался к копии статуи Сергея и что-то бормотал на ухо глиняному воину.

- Друг мой, ну ты же повелитель Поднебесной… - профессор ехидно ухмыльнулся, - тебе еще не надоело выставлять себя на посмешище, слушая бредни этого прохвоста, увлекающегося рисовой водкой? Вспомни, что он предсказал тебе в прошлый раз, когда твоя наложница Лин Ян мучилась животом. – Розовый лотос даст много плодов дому Императора, - профессор состроил гримасу, и сымитировал скрипучий голос гадальщика. И что - в итоге? Ты разослал по всей Поднебесной новости о том, что Династия Цинь ожидает появления нового наследника. А что оказалось? Твоя любимая переела варенья из лотосов, и метала его потом по всему дворцу. А эта история со ставками в бегах императорских колесниц? Сколько деревень ты тогда продул?


- Хватит! Ты забываешься, Миша – сан. Моя доброта к тебе не дает разрешения подтрунивать над Владыкой Поднебесной, - Шихуанди рассвирепел. Он подошел к старинной вазе, и со всей злости пнул ее ногой. Раздался чудовищный грохот. Осколки вазы разлетелись по мраморному полу зала дворца. За спинами спорщиков кто-то вскрикнул и грязно выматерился. Эти, такие краткие и емкие слова заставили профессора обернуться. Старый циник, столько видевший в своей жизни, никогда не слышал музыки, более приятной, чем эти, сказанные только что «…..твою туды-то, растуды-то, мать»………

- - - - - - - - - - -- -

- Сергей, ну что за дурацкая привычка – сваливаться на голову! – Император улыбался. Он немного скучал по своему другу, и не ожидал, что судьба подарит им возможность еще раз встретиться. – Кстати, мой гадальщик назвал тебя шайтаном. И ты знаешь, в чем-то, он был прав. – В глазах Сычева светилась та самая знакомая чертовщинка.
Старый Ицзынь разливал рисовую водку по глиняным чашкам, сидящих на циновках, мужчин. Привыкший ко всему, старый китаец удивлялся переменам в лице профессора. Софронова было не узнать. На лице пожилого русского замерла блаженная улыбка. Он с обожанием смотрел на Сергея, боясь оторвать взгляд. Неужели он все-таки вернется домой? – Не хочу злоупотреблять Вашей добротой, уважаемый Владыка, но мне нужно перекинуться парой слов с профессором наедине. – Сычев, поморщившись, отхлебнул глоток теплой водки.
– Разумеется, мой друг. Если ты обещаешь рассказать мне потом о своих приключениях. – Император легким движением пальцев, подозвал Ицзыня. - Отведи наших гостей в мои покои, и проследи, чтобы их никто не беспокоил.
Профессор волновался. Он понимал, что ему предстоит непростой разговор с Сергеем. Но, того, что ему предстояло услышать, он не мог себе представить даже в самых нереальных фантазиях.

- - - - - - - - - - - - - -

- ….и, благодаря, помощи Мухаммеда, я оказался здесь. Теперь Вы понимаете чудовищность Вашего эксперимента? – Сергей сделал паузу и посмотрел на профессора. Лоб Софронова покрыла испарина. – Я готов вернуть Вас назад, но при соблюдении двух условий.
Первое. Мы должны уничтожить любую возможность обнаружить Двери в прошлое. – Профессор согласно закивал.
- Разумеется, Сережа, разумеется. Я понимаю необходимость этого. И я полностью в Вашем распоряжении.
- И, второе…. – Сычев улыбнулся. Чертики в его глазах забегали, устроив свистопляску на нервах профессора.

- - - - - - - - - - - - - -

Москва. 2006 год. Июнь.

Из сообщения Китайского информационного агентства «Синьхуа»:
Знаменитой Терракотовой Армии Китая грозит гибель. Уникальную скульптурную композицию, входящую в список мирового наследия ЮНЕСКО, поразил неизвестный грибок. Пыльца, входящая в состав глиняных статуй, поражается грибком и разрушает статуи, превращая их в пыль под воздействием воздуха. Как сообщает South China Morning Post, спасением древнего войска от неминуемой гибели занимаются ведущие мировые ученые и историки. Уже сейчас гробницу оснащают специальными приборами для мониторинга состояния воздуха. Теперь, ценителям старины стоит поторопиться. Если ученые не совладают с силами природы, сфотографироваться с доисторическим воином скоро станет невозможно…

Москва. Тверская. Офис рекламного агентства.
- Татьяна Леонидовна, Вам звонят из Дубаи. Мухаммед. – Услужливый симпатичный парень - секретарь, моральная компенсация шефине за Рыжего, соединил начальницу с клиентом из Эмиратов.
- Я отвечу, - в резко распахнувшуюся дверь уверенно вошел Сергей. Татьяна Леонидовна замерла с трубкой в руках.
Спустя несколько минут, Танечка вылетела из офиса Компании, рыдая в мобильник. – Прости, дорогуша, ничем не могу помочь. Но, ты звони, приезжай в гости. – Рыжий отключился.
Девушка в ярости швырнула телефон об асфальт, прислонилась к рекламному столбу и разревелась. Словно злая ирония судьбы, на щите красовалась яркая надпись какого-то турагенства «Туры Россия – Китай. Ощути разницу и стань счастливым!»
Сычеву предстояла серьезная работа. Для начала – понять, что за шутку сыграло с ним время на этот раз. Профессор вел речь о заговоре держав в расследовании гипотезы с «открытыми дверями»…
Сычев устал. Ему не хотелось быть суперменом, не хотелось спасать мир и вершить судьбы народов. Он был обычным человеком. И сейчас, больше всего на свете, Сергею хотелось две вещи – крепкого кофе и зарыться в волосы любимой женщины. О судьбах мира он подумает завтра.
- Простите, как Вас зовут? - Сергей уселся в кресле поудобнее, щелкнул зажигалкой и, подвинув пепельницу с изображением Дао поближе, взглянул на нового секретаря. – Соедините меня с Лондоном. Центр развития культурно-исторических связей. Попросите к телефону Элину. И, будьте добры - чашку кофе с перцем…

Северный Тибет. Буддийский Монастырь.

Бритоголовый монах в желтых одеяниях медитировал. На него должна была снизойти прана. Учитель обещал - соблюдая воздержание в еде и воде, а также, совершая еженощные молитвы, монах погрузится в прану, которая даст ответ на его вопрос. Вопрос был очень важным, и ответ на него мог полностью изменить судьбу бритоголового мужчины.
Прана не приходила.
Мешало сосредоточиться голодное урчание в животе монаха. – Учитель, – монах повернулся к сидящему рядом йогу, – простите, я бы хотел уточнить, сколько нужно ждать появления праны?
- Возможно, один миг, а возможно – вечность. Не думай об этом, мой друг. У тебя впереди – вся жизнь. Доступ в наш монастырь: один день - раз в сто лет. И тебе повезло попасть к нам. Ты не будешь отвлекаться на путешествия в пространстве. Но, возможно, научишься путешествовать во времени….
Протяжный гулкий звук гонга прервал речь Учителя. – Время дневной молитвы.
Учитель сел в позу лотоса, - оммммммм……..
Омммммм, - повторял за ним монах. Отчаяние стона Софронова отозвалось и усилилось эхом в вершинах Тибета. – Оммммммммм...

- - - - - - - - - - - --

Где-то, вдалеке, над облаками, звонким шмелем жужжал вертолет. Пилот высматривал в горах очертания монастыря. Согласно полученной информации, человек, которого он искал, должен быть там. Яркое полуденное солнце, пробиваясь сквозь затемненные стекла очков пилота, заигрывало с чертиками, живущими в его глазах.

© bellissima
- - - - - - -- - - - - -

* Песня Высоцкого полностью, продолжение.
Привез он как-то с практики
Два ржавых экспонактика
И утверждал, что это древний клад.
Потом однажды в эллипсе
Нашел вставные челюсти
Размером с самогонный аппарат.

Диплом писал про древние святыни,
О Скифах, о языческих богах,
При этом так ругался по-латыни,
Что Скифы эти корчились в гробах.

Он древние строения
Искал с остервенением
И часто диким голосом кричал,
Что есть еще тропа пока,
Где встретишь питекантропа,
И в грудь себя при этом ударял.

Он жизнь решил закончить холостую
И стал бороться за семейный быт.
Я, говорил, жену найду такую -
От зависти заплачете навзрыд.

Он все углы облазил -
В Европе был и в Азии, -
И вскоре раскопал свой идеал,
Но идеал связать не мог
В археологии двух строк, -
И Федя его снова закопал.
© Высоцкий

Это сообщение отредактировал bellissima - 22 окт 2007 в 18:52