Таинственный камень

На саркофаг он даже не взглянул, а сразу бросился к каменной чаше, доверху наполненной драгоценностями. Его глаза сверкали, губы дрожали, бормоча быстро и невнятно:
- Еще один... такой же... горный хрусталь... лазурит... это сюда...
Он откладывал золото и серебро в сторону, а камни придирчиво осматривал, поднося к глазам, на которые был надвинут наголовник с увеличительными стеклами и фонариком.
Его напарник, молодой аспирант Виктор Лотов, спрятал брезгливую усмешку и отвернулся к стене, сплошь покрытой иероглифами. Квадрат за квадратом нужно было сфотографировать надписи на фоне мерной рейки, взять образцы камней, составить опись артефактов. Его раздражала и отвлекала суета старого профессора над сокровищницей. Тот словно забыл все, чему сам же учил студентов. Краем глаза Лотов заметил, что один камень профессор рассматривал особенно долго, а потом быстро сунул в сумку, после чего остальные драгоценности осматривал рассеянно или не глядя складывал на каменных ступеньках усыпальницы, покрытых тончайшим слоем многовековой пыли. Он их даже ронял!
Виктор подошел и поднял упавшее ожерелье.
- Вы переволновались, Михаэль Симонович. Отдохните. Я один всё сделаю.
- Да-да, конечно-конечно, - пробормотал старик и, словно очнувшись, обвел помещение подслеповатыми глазами, затем сник и виновато ссутулившись направился к выходу.
- Старый хрыч! - Виктор с силой ткнул кулаком в стену. - И он туда-же! А таким честным притворялся, "наука прежде всего", "наш долг перед наукой", тьфу!
- Впрочем, - мелькнула мысль, - может профессор увидел подделку и решил проверить более тщательно?
Отвлекшись от дурных мыслей, Лотов с упоением методично обследовал все помещение, фотографируя каждую деталь и записывая на диктофон подробное описание.
Когда через два дня каталог был закончен, он вспомнил о камне и первое брезгливое чувство вернулось.
Несколько раз Лотов подходил с каталогом и спрашивал, не упустил ли чего. Профессор либо напрочь забыл о том камне, или не хотел сознаться в краже. В любом случае его авторитет в глазах аспиранта упал и тот решился во что бы то ни стало приобщить злосчастный камень к остальным находкам, применив, в случае надобности, угрозы и силу.
Но что если он не сможет ничего доказать? Что если он не сумеет заставить старого ученого сознаться? Недоказанное публичное обвинение поставит крест на карьере и того и другого, работами займутся другие, а их все будут избегать. Ну уж нет!
Виктор улучив момент обыскал палатку профессора. Камня не было. Или он его где-то зарыл, или таскает с собой. Лотов начал украдкой наблюдать и вскоре заметил, что единственными предметами, с которыми профессор не расставался, были очки, футляр от очков, пухлый блокнот, карандаш, матерчатая сумка с тремя кармашками и трость с изогнутой рукояткой.
В футляре камня не было, профессор постоянно доставал из них очки и укладывал обратно. Сумку удалось осторожно прощупать, поднимаясь по ступеням позади профессора после очередного посещения усыпальницы. В блокноте камень было не спрятать. Оставалась трость, но обследовать ее не было никакой возможности, профессор не выпускал ее из рук, а на ночь клал под надувную подушку вместе с блокнотом. Это обстоятельство укрепило уверенность, что камень спрятан именно в трости, и Лотов стал к ней присматриваться при каждом удобном случае. Черное дерево, удобная рукоятка, отходящая от бронзового набалдашника в форме шара с полумесяцем вверху, сужающийся шафт с равномерно расположенными кольцами и круговыми проточками.
Ломов попытался вспомнить размеры камня в ладонях профессора и решил, что спрятать его можно было бы только в шар-набалдашник.
Случай не заставил себя долго ждать - профессор подцепил лихорадку. Виктор вызвал вертолет и, взяв на себя командование над экспедицией, отправил профессора в госпиталь без его любимого блокнота и так необходимой тому трости. Профессор что-то вскрикивал в бреду, но на это никто уже не обращал внимания.
Лотов отпустил рабочих, заварил решетку на входе усыпальницы и передал находки для отправки в столицу прибывшему с отрядом охраны чиновнику. Только достать камень и добавить его к остальным не удалось. Набалдашник никак не разбирался.
Профессора отправили срочным рейсом в Москву, туда же Лотов отправил ящики с оборудованием, а сам отправился в Каир участвовать в передаче находок и оформлять завершение экспедиции.
В гостинице его арестовали.
Прибывший консул посоветовал во всем сознаться - Лотов не понимал в чем, пока не узнал, что ящик с оборудованием экспедиции взорвался при погрузке, разрушив самолет и убив сто сорок семь человек.
Через два года его отпустили, так и не доказав вины в теракте, но найдя нарушения законов в самом факте работы экспедиции без дополнительных разрешений.
Ему вернули документы, деньги и личные вещи, проверять которые он не стал, чем вызвал одобрительный взгляд полицейского. Тот куда-то позвонил и вскоре Виктору принесли потрепанный чемодан профессора обмотанный скотчем. Из чемодана торчала трость.
- Это все, что мы можем отдать от взорвавшегося груза - личные вещи вашего руководителя. Распишитесь здесь. Проверять будете?
Лотов отрицательно мотнул головой, полицейский радостно улыбнулся.
Везти подозрительно выглядевший чемодан в аэропорт было бы глупо. В гостинице Лотов выбросил из него тряпье, блокнот положил в свой карман, а трость... трость теперь была ему нужна. Воспалившийся сустав вынуждал хромать.
В аэропорту была заминка при посадке, куда-то звонили, о чём-то с кем-то договаривались - Виктору было все равно, на недвусмысленные намеки он отвечал: "Ай хэв ноу мани эт ол".
Наконец все закончилось, самолет взлетел и Виктор облегченно вздохнул.
Он достал блокнот и бегло пролистал. Ничего особенного - записи расходов, расписания рейсов, телефоны, путевые заметки, наброски. Вставленные между листов фотографии: Иероглифы, рисунки, иероглифы, рисунки. Стоп! Древнеегипетский бог держит в руках свой посох, до мельчайших деталей похожий на трость профессора. Из полумесяца бьет огненный луч, насквозь пронзающий...самолет!
Сосед покосился на взволнованного Виктора, но он не обращал внимания. Он вскочил и побежал к двери. Рукоятка уже жгла ему руку. Времени оставалось совсем мало.

© неБайрон
Это сообщение отредактировал неБайрон - 17 июл 2016 в 20:07