Как вялят рыбу в Астрахани

Еще с советских времен вяленая рыба была основной закуской к пиву. Традиция употреблять ее с «жидким хлебом» широко распространена и сегодня. Однако большинство поклонников этого продукта не могут отличить вяленую рыбу от сушеной и не видят разницы между ними.

Для большинства людей вобла — это собирательное название любой вяленой рыбы. Однако такое мнение ошибочно. Вобла — это вид рыбы, так же как и лещ, плотва, окунь, сом, щука, чехонь и другие. Все они отличаются по жирности, поэтому у каждого вида свой посол и своя технология вяления, соблюдение которой является гарантом получения вкусного и качественного продукта.

Левон Аветисов, директор по производству фирмы «Жемчужина Волги» встречает нашу съемочную группу прямо на пороге и ведет в святая святых: под навес, где, обдуваемые ветром, неспешно вялятся тысячи рыб разных видов. В нос ударяет ароматный рыбный дух, а желудок радостно поет в предвкушении.

4 фото.

— Вот оно — счастье, сушеная рыбка!

— Прошу не путать, — поправляет меня Левон. — Не сушеная, а вяленая. Сушка — это изъятие влаги из тела рыбы, а вяление — это микробиологический процесс, на который нужно время — 5–6 дней, чтобы весь жир стек по телу рыбы, тогда она становится прозрачная, золотая.

— А не страшно, что она вялится на воздухе без сеток? Мухи не беспокоят?

— Муха опасна для несоленой рыбы. Если она села на несоленую, то оставит там яйца. А если рыба уже соленая, тогда муха обожжет себе попу и улетит ни с чем. Так что нашей рыбе муха не страшна и не опасна, поэтому, когда позволяет погода, мы вялим продукцию на улице.

— Судя по количеству солнечных дней в регионе, ваша рыба «проводит на свежем воздухе» большую часть времени?

— А вот и нет. Солнце — не всегда хорошо в нашем деле. Вроде бы летом экономичнее, но есть нюансы. Если температура 18–22 градуса или даже до 30, то мы вялим рыбу в естественных условиях на улице. Если температура выше или ниже необходимой, то процесс проходит в камере. Рыбу нельзя пересушивать, ей нужна постоянна ровная температура. Поэтому, если на улице слишком жарко или слишком холодно, мы создаем ей так называемые искусственные условия. На улице работаем в апреле-мае, сентябре и половине октября. Все остальное время в камере.

— А если привезли свежую рыбу, как ее обезопасить от мух?

— Свежую привозят только в путину, то есть в апреле-мае, в конце сентября и в октябре. Когда привозят охлажденную рыбу, мы ее сразу промываем, кладем в ящики и замораживаем при –30, –32, –40. За сутки замораживается около 30 тонн. После замерзания рыба раскладывается в мешки и помещается в хранилище при –18, где и находится какое-то время, поскольку нереально одномоментно перелопатить такой объем сырья, какой к нам поступает. Поэтому часть засаливаем сразу, а часть замораживаем. И это понятно: два раза в год надо закупить сырья столько, чтобы все остальные месяцы работать.

— А откуда сырье?

— У нас нет своей квоты на вылов, мы закупаем охлажденную или мороженую рыбу. У нас соответствующие договоры с колхозами, с рыбаками. Только на один склад помещается 200 тонн. Купим, например, в путину 500 тонн охлажденной рыбы и понимаем, что у нас есть еще ресурсы. Купим еще 200 тонн мороженой, потому что до апреля мы должны работать. У нас же цикл, работаем практически без остановки.

— Как выглядит полный цикл обработки?

— Если мы берем мороженую рыбу, то дефростируем ее, т.е. размораживаем, промываем, солим 7 дней в чане. Свежую размораживать не надо, сразу солим. Летом соли надо больше, чтобы от тех же мух обезопаситься. На 100 кг рыбы надо около 7 кг соли. При этом во время засолки рыбу обязательно кантуем, чтобы просолилась со всех сторон. Затем надеваем на шомполы, отмачиваем в пресной воде, чтобы выровнять засолку во всей рыбе, это занимает примерно сутки.

— Что значит «выровнять»?

— Где мягкое место, впитывается больше соли, где жесткое — меньше. Поэтому надо обязательно отмочить рыбу в воде, чтобы соль равномерно распределилась по тушке. При этом уменьшается процент соли, например с 7 до 3 процентов. Затем происходит собственно вяление.

Мы работаем в сегменте вобла-лещ-красноперка. Это то, что мы сегодня умеем продавать. Наши клиенты покупают именно эти виды. Конечно, можно распространяться и на другие, но тогда мы не добьемся качества. Другая рыба имеет другую жирность, что потребует других технологий: где-то надо больше солить, где-то больше передержать. Когда идет вал — одновременно 50–100 тонн, — мы не сможем распространяться на большой ассортимент. У нас просто не хватит ресурсов. А так три вида — три технологических цикла.

— А чем эти три вида отличаются?

— Лещ жирнее воблы, красноперка тоже жирная. Все определяется сырьем. При получении сырья технолог его дефростирует, смотрит и принимает решение, сколько ее солить. Та же красноперка может быть нежирная, а может быть очень жирная. Вот, например, зимой рыба жирная, а весенняя менее жирная. И все это имеет значение. Многое зависит от того, крупная рыба или мелкая. Они солятся отдельно: мелкая быстро, крупная — подольше.

— И сколько рыбы вы можете обработать за день?

— Стандартно за день — 5 тонн засолить, 2–2,2 снять из ранее засоленного и провяленного. При этом 99 % всей работы выполняется вручную. У нас в мокром цехе работают 14 человек — те, кто засаливают, промывают, раскладывают на дефростацию, вывешивают и снимают. 4 человека на разделке, то есть уже вяленую рыбу они разделывают на тушку, голову и хвост. 3 человека на упаковке, 3 человека на складе.

Если разложить объем работ по цехам, например, за сегодня, получится такая картина: вывоз свежемороженной рыбы — 5 тонн, раскладка на дефростацию — 5 тонн, съем с чана соленой рыбы — 5 тонн. Нанизывание на шомполы — 5 тонн, загрузка на выравнивание — 5 тонн, промывка и вывеска во дворе — 5 тонн. Вечером приходит мастер, и мы пишем, что сделали фактически: где-то чуть меньше, где-то побольше. За месяц в среднем засаливаем 100 тонн, снимаем 50 тонн готовой продукции. Из этого объема 80% уходит в Москву. Остальное в Воронеж, в Ставрополь — мы обеспечиваем рыбой практически весь юг.

— Понятно, что работа трудоемкая. Насколько она оплачиваемая?

— Каждый труд оплачивается. У нас здесь система, а не колхоз. Что-то стоит 30 копеек за килограмм работы, что-то — 15 копеек, а что-то считается по часам. Например, сдача готовой продукции на склад — полчаса работы, которая стоит 72 рубля за час. Помыть 2 чана после посола — это такие забетонированные ямы, в которых солится рыба, — тоже 72 рубля за час. Два часа — соответственно 144 рубля.

Зарплату мы платим 3 раза в месяц по декадам — 1, 11 и 21 числа. Те, кто работал 8–9 дней, получили 8121 рубль. Если умножить на 3, получим около 24 000 рублей в месяц. Кто-то вышел в выходной и заработал больше, 27 тысяч, например. А средняя зарплата — 20 000 рублей. Для Астрахани это хороший заработок. Но мы за это и спрашиваем с сотрудников, халтурить не даем. Ведь работа спустя рукава может обернуться браком, а мы отслеживаем всю продукцию.

Летом главная угроза в цеху — мухи и другие насекомые, которые оставляют личинки, поэтому везде висят мухобойки, и постоянно моется помещение. Если один червяк попадется, всю партию вернут назад. На эту борьбу за чистоту уходит куча сил. Зато получаем рыбу отменного качества.

— Кстати, как при покупке выбрать качественную рыбу?

— Если спинка твердая, значит рыба вяленая. Кроме того, вяленая рыба на свет должна быть прозрачная, золотая, янтарная. Это значит, что она не сушеная, а просолилась положенное ей время. Чтобы проверить, не порченная ли рыба, надо проткнуть ее ножом от анального отверстия до головы, через все внутренности, и понюхать нож. Но на рынке вам вряд ли разрешат это сделать, так что просто понюхайте под жабрами, под головным плавником — не должно вонять. Ведь рыба тухнет с головы.

— А как хранить уже купленную рыбу?

— Если вам надо сохранить ее надолго, то лучше положить в морозилку. Если месяца на два, то можно и так, ничего с ней не будет, только станет немножко суше. Имейте в виду, что при покупке частиковой рыбы, документы на нее оформлять не надо. Так что можете спокойно закупать килограммами, и в самолет. Кстати, наша вяленая рыба лучший подарок для наших людей, живущих за границей. Эмигранты с большой нежностью относятся к вобле и лещу. У них такой еды просто нет, и не ценится.

Как-то я был на Мальте и подарил питерскую корюшку англичанину. На пакете было написано по-русски «Марина», а он прочитал как «maphia». Так он с испугу ее даже есть поначалу отказывался. А когда попробовал, не понял вкуса. Все дело в пищевой традиции. Я работал 1 год в Грузии, возил туда рыбу из Астрахани. Но там живут одни мясоеды. В России разница между летом и зимой по продаже вяленой рыбы — 30 %. А в Грузии с сентября до февраля — просто 0 %, вообще не покупают. Так же в Турции и других странах.



Источник