И ему сказала Баба, Ты держи весло покрепше- Ёбни этим инструментом По струящейся воде. Все мы люди-человеки. Не чураемся порока. Не найдешь искомой правды Никогда ты. И нигде
И ответил дед логично: Если вёслами не машешь, То плывёшь ты по теченью, Где убогие коряги, И случайное теченье, Может вынести на берег, Полный чудищей ужасных. Но на то и дАны вёсла, Чтобы плыть, куда ты хочешь. Не печалься, баба мила, Всё прекрасно происходит, Каждый к своему стремится, Кроме тех, кто сел в тот поезд.
И ему сказала Баба, Ты держи весло покрепше- Ёбни этим инструментом По струящейся воде. Все мы люди-человеки. Не чураемся порока. Не найдешь искомой правды Никогда ты. И нигде
И ответил дед логично: Если вёслами не машешь, То плывёшь ты по теченью, Где убогие коряги, И случайное теченье, Может вынести на берег, Полный чудищей ужасных. Но на то и дАны вёсла, Чтобы плыть, куда ты хочешь. Не печалься, баба мила, Всё прекрасно происходит, Каждый к своему стремится, Кроме тех, кто сел в тот поезд.
Может быть тебе и мнится. Что есть поезд. А есть лодка. Разный вариант движенья. Разный путь. Другой маршрут. Но кондукторы не дремлят. И тебя без промедленья Отоварят. Обилетят. И подскажут остановку. И сойти тебе дадут.
Может быть тебе и мнится. Что есть поезд. А есть лодка. Разный вариант движенья. Разный путь. Другой маршрут. Но кондукторы не дремлят. И тебя без промедленья Отоварят. Обилетят. И подскажут остановку. И сойти тебе дадут.
Я купил билет достойно В кассе, всё согласно правил, Ехал мирно, восхищаясь, Прелестью из окон видов. Мне возможно и предложат, Но билет мой всё же честен, А кондукторы… ну что же, Может быть, всё так и будет
В топике слышится потрескивание догорающих углей в скромной переносной печурке, что притаилась в углу. Дрожащий огонек свечи бросает неверные тени по стенам и они словно укутывают тревожным полотном пару, что шепотом, прижавшись друг к другу, поют марсельезу. На дворе 39-й год, кровавый тиран собирается отправить отвального и его сторонников в ссылку на каторгу на Тенерифе...
В топике слышится потрескивание догорающих углей в скромной переносной печурке, что притаилась в углу. Дрожащий огонек свечи бросает неверные тени по стенам и они словно укутывают тревожным полотном пару, что шепотом, прижавшись друг к другу, поют марсельезу. На дворе 39-й год, кровавый тиран собирается отправить отвального и его сторонников в ссылку на каторгу на Тенерифе...
Скорее это безвольный император, погрязший в интригах и склоках своего двора и не терпящий справедливости для народа, пытается оттянуть момент передела власти в некоторых вопросах развития его страны. Эти роковые ошибки приведут его к отречению от престола. Миру - мир и справедливость! Землю крестьянам! Власть народам!
Меня, на самом деле, больше заботит, как не вляпаться в одну кучку с тем, кого я брезгую по нику называть. Не участвовать во всем, где будет оно - не выход сразу - с хуя ли оно будет диктовать мне мое участие или не участие. Надо как-то правила дуэлей и прочего движа дорабатывать. Изучать опыт работы олимпийского комитета и прочих УЕФА.
Надо как-то правила дуэлей и прочего движа дорабатывать.
Вот есть предложение мини ккк провести.
Цитата
В топике слышится потрескивание догорающих углей в скромной переносной печурке, что притаилась в углу. Дрожащий огонек свечи бросает неверные тени по стенам и они словно укутывают тревожным полотном пару, что шепотом, прижавшись друг к другу, поют марсельезу. На дворе 39-й год, кровавый тиран собирается отправить отвального и его сторонников в ссылку на каторгу на Тенерифе...
Только про тирана лишнее. Я никого в тирании не обвиняю. Все мы люди. Святых нет. Действительно нужно дорабатывать недочёты.
Сиквел ушедшего под откос Зэка Колобка, трикокосовую дуэль, где все против всех под названием"Балаболка"
Пролог.
Всю свою жизнь она буквально ходила по рукам, её тело крепко сжимали, тискали и ласкали множество разных рук. Ей шептали на ушко скабрезности и многочисленные слова любовных клятв. Ей доверяли многочисленные секреты и тайны, которыми она впрочем, никогда бы не решилась воспользоваться. Просто бы не смогла в силу своих природных качеств..
Она помнила все многочисленные прикосновения губ, шершавых, пухлых, обкусанных до синевы, невероятно красивых и не очень.
Но заканчивалось всегда одинаково - её все бросали.
Иногда её бросали сразу и молча, только услышав голос.
Итак, если вы ещё не догадались, тема сегодняшнего задания - Исповедь телефонной трубки.
1. Время на написание крео - 5 дней. 2. Лимит - 3003 знака. Чтобы сильно не заморачиваться с укладыванием рассказа в прокрустово ложе, разрешается допуск в (+ - 50 знаков). 3. Жабить можно, как бы поддерживая действо в тонусе, но в зачет эти жабы идти не будут. 4. Сдача заданий до 14:00 старт топика 16:00 (по МСК) в понедельник 12.02.2018 Подведение итогов в пятницу 16.02.2018 в 16:00 (по МСК) 5. Авторство креативов раскрывать до окончания дуэли строго запрещено.
6. Голосовать можно только за два креатива, не смотрите на надпись, разрешающую голосовать за три рассказа. Если кто натыкает за три, тот сам дурак, ибо предупреждено было.*
Юмор приветствуется (но не запрещаются никакие другие эмоциональные окрасы произведений, в коих автор может чувствовать себя определенно сильным)
* В этот раз голосовать будем двумя способами параллельно, традиционно в голосовалке и прямо в топике. Каждый голосуватель должен будет написать в сообщении название двух креативов, за которые он проголосовал. Обработку результатов голосования организатор берет на себя.
Это сообщение отредактировал ZM87 - 13 фев 2018 в 07:33
Ну… Чего молчишь? Хватит сопеть, говори уже. Зачем звонил, если молчишь? Ничего не понимаю!
Что?! Что ты несёшь, твою мать, а? Ты сама себя слышишь? Ой, да заткнись-заткнись-заткнись уже, не позорься… Дура, ты хоть послушай, что он тебе говорит, а. Послушай, послу… И чё ты меня так на рычаг швыряешь? Вот овца.
Фу… Фу! Ой, мамочки. Ты что пил? И чем закусывал?! Ой, меня сейчас вырвет! Дамочка, сделай милость, пошли его в пень и повесь трубку. Ой, мама, да что это такое, а? Разве живой человек может вот так пахнуть? Ладно, что мычит и блеет, как скотина, но вот как так вонять-то можно?! Куда ты… Ты чего творишь, усосок? И чо, мне так и висеть теперь на проводе вниз башкой?
Бла-бла-бла! Да-да, она тебе верит, конечно. И я прям вот так верю, так верю! Да ё-моё, так бездарно врать в детском саду, что ли, учат? Или специальные курсы какие? Охо-хонюшки… Ага, конечно, целуешь ты её. Ты, клоун, кусок пластмассы у моего микрофона целуешь! Тьфу, блин.
Чего? Эт чё та… А! Зе ландон из э кэпитэл оф грит британ! Ну-ну, спикай себе, шпионская морда, спикай… Щас я с КГБ тебя быстро соединю. Товарищ майор? Вам хорошо слышно? Не забудьте меня в список на премиальные внести!
Ой, малышик, подожди, маленький, подожди. Сейчас я зуммер погромче сделаю, услышит тебя мамочка, ответит, подожди… Вот! Говори, маленький, говори, деточка… Мамаша, ты чё тупишь-то, ну чтоб тебе?! Нагулялось дитё, кушать хочет! Ну… А, вот, дошло, слава тебе. Всё, мальчик? Ну ладно, положи меня на полочку, не тянись к рычагу, не надо. Клади-клади, нестрашно, я не живая, ничего со мной не сделается. Беги домой, кроха!
Уси-пуси-хуюси! Да сю-сю-сю, бля. Тупая ты курица, чего ты тут квохчешь? Чего?! Ой, бля-а-а… Тут две курицы. Ко-ко-ко. Сука, у меня сейчас микрофон лопнет слушать это говно! И из телефона жир потечёт — повторять такой бред. Нет, надо для вот таких вот идиоток поминутную тарификацию вводить: второй час несут ахинею и, похоже, даже не слушают друг друга. Где тут у меня контакты окислились?.. Ага, вот. Ту-ту-ту-ту-ту-ту…
Шухер, монтёр ГТС! Я сдохла.
Караул! Милиция! Убивают! Грабят! Ну ёба… Телефон украли! Вот что за люди? Хоть раз бы микрофон взяли, у него проводов нет. Вот обязательно вам, скажите на милость, этот сраный наушник выдирать с корнем? Тьфу.
Мыф-вым-фыв… Вот какого чёрта надо микрофон лапой закрывать? Насмотрятся детективов и творят что попало! Рот себе прикрой лучше, тупоголовко доморощенное, всё равно ничерта умного сказать не можешь.
Ой, паренёк… Перестань. Да не стоит она тебя, милый! Нет, слышишь? Не надо так! Не надо! Поверь, ты себе другую найдёшь. Вот увидишь. Лучше неё, красивее! И добрее. Парень, не говори так! Ну… говори, но не делай. Нет-нет-нет, не вешай меня, давай поговорим! Кто я?.. Неважно. Ты вот выговорись, я гудки уберу. Я тебя выслушаю, миленький, ты говори, говори. Ага. Поплачь, поплачь, родненький, полегчает. Ну её, дурочку эту. Не стоит она тебя! Во-от… Вот, всё. Молодец. А про «под трамвай» — даже думать забудь!
Бля. Тебе чё не спится, а? Чего? Вот сучка крашеная, а! Вот что за народ, туды ж твою в карусель?! Ты что такое говоришь, а? У меня пластик краснеет, у тебя стыд есть? Ой фу! И ты этим ртом в меня говоришь?! Этими руками меня держишь? Горсеть! Срочно сюда монтёра с хлоркой! Тьфу, прекрати меня своей помадой пачкать! Слышала я, как ты эту помаду заработала!
Эм-м-м… Чего? Это на каком языке? Эй, ты меня точно к голове приложил? Уверен? Кляволя мваба симба! Эквадо-ор! Хе-хе… Бля, чувак, после тебя закусывать надо. Стой, утырок, не па… Ну вот. Оторвал меня. Ау, ГТС! Монтёра сюда.
На деревянных полках за стеклянными дверцами, было размещено множество различных устройств телефонной связи. То была выставка, посвященная истории их развития. Черный карболитовый телефон ничем не выделялся среди прочих диковинных экспонатов, но внимание окружающих было привлечено именно к нему. Потому как всю свою жизнь, сколько себя помнил, прослужил он вместе с капитаном Ждановым в УгРо. И на этот счет у него имелось уйма интересных и захватывающих баек о поимке опасных преступников. - Твой капитан прям герой, - восхитился Panasonic и чихнул в подтверждение сказанному. - Никому от него не скрыться! «Служивый» задумался, покрутил дисководом, вспоминая очередную историю. – Нет, малыш, был один случай, когда капитана обвели вокруг пальца. Да так ловко, что я и сам сразу ничего не понял. Давно это правда было, уже поди свидетелей тех событий в живых нет, но я, как сейчас помню, тяжелый взгляд карих глаз. Итак. Февральское морозное утро. В отделение милиции зашел озябший гражданин и попросил проводить его к следователю, - начал телефон свой рассказ и все в предвкушении притихли. *** - Вы утверждаете, что занимаетесь, - капитан еще раз взглянул на лист бумаги, лежавший перед ним, - гипнозом? - Практикую временами. - И вы признаетесь, что использовали это своё внушение, когда грабили сберкассы? - Ага, а заодно и ювелирку, - добавил он, медленно крутя пальцами папиросу. Сергей Николаевич по долгу службы был скептиком и, вся эта история с внушением казалась откровенным бредом, если бы не одно «но» – кассы действительно кто-то обчистил пару месяцев назад. Причем каждая из сотрудниц утверждала, что совершенно не понимает, как это вышло, и что вынудило ее отдать деньги незнакомому человеку. Капитан записывал все детали, удивляясь про себя: «Надо же, прям сам пришел, с повинной». - Вот, подпишите здесь, - протянул Сергей Николаевич листок бумаги посетителю, - ниже добавьте: с моих слов записано верно, - продиктовал он. - Подождите, вы подумали, что я сдаваться пришел? - улыбнулся мужчина. - Ой, как неловко вышло. Вы меня не правильно поняли. Я хотел сказать, что бы вы не тратили время на мои поиски, вам меня все равно не поймать, - добавил он, чем совершенно сбил с толку капитана. - Как не поймать? Вы уже здесь. Сергей Николаевич непонимающе посмотрел на посетителя и вскоре уже не смог отвести взгляда от карих глаз. Сначала появилось ощущение отсутствия контроля над телом, затем кто-то словно поселился в его голове. - Я тоже не верю в гипноз, - тихонько прошептал гость, - а вот сила мысли существует, - он снял и протянул капитану телефонную трубку. - Вам звонят. Капитан, все еще оставаясь в недоумении, приложил ёё к уху: - Алло. Да, товарищ генерал. Посетителя освободить. Так точно. Будет исполнено.
*** - Конец, - подытожил телефон. - Ничего не понимаю, - удивился Panasonic, - как конец? А в чем обман-то был? - В звонке. - А кто звонил? - В том то и оно, что на другом конце провода никого не было и, когда капитан приложил к уху трубку, в динамике звучало протяжное: п-и-и-и.
Этот таксофон висел напротив моего дома, у входа в булочную. Мне он был хорошо знаком ещё и потому, что работал я мастером в AT&T и чинить его приходилось чаще, чем любой другой в нашем квартале. Жалобы поступали чуть ли не каждый день – то обрывалась связь, то в разговор встревали посторонние голоса. Сегодня мне приказали снять его и привезти в мастерскую для серьёзного ремонта.
Синяя потрёпанная бандура грохнулась на рабочий стол, мерзко-жёлтая трубка слетела и повисла, качаясь на проводе. Отдышавшись, я вытащил из кармана флягу с любимым виски и раздражённо отхлебнул глоток. Боже, этой кляче минимум полвека, зачем её чинить?
- Бессаме, бессаме муучоо... – тихо захрипел чей-то низкий прокуренный голос, но тут же закашлялся.
Что это?! Глюк? Радио? Или Санчез по родине заскучал? Санчез – наш уборщик. Старый мекс часто и обильно заливал за воротник, но никогда не пел. Да и на работу он придёт только вечером. Я озадаченно повертел флягу в руке.
- ... комо си фуер еста ноче ла ультима вееез, – голос заблеял погромче, прямо из-под стола. Таксофон?! В недоумении я машинально взял трубку и поднёс к уху:
- Алло? Кто это?
- О-о-о, наконец-то! – дребезжащий сопрано ликовал. – Наконец-то есть с кем поговорить. Слушай, ты только не бросай меня, хорошо? Просто послушай, окей?
Сознание было в полном ступоре, но воображение не растерялось и тут же нарисовало собеседницу - старую иссохшую мексиканку с хитрыми глазами и сигарой, зажатой между кривыми зубами.
- Да, я слушаю. И всё-таки – кто вы? – уже спокойнее спросил я. – И каким образом вы дозвонились на отключённый телефон?
- Аха-ха! Никто никуда не звонил! Я здесь, ты меня в руке держишь – в потной, грязной руке. Это жутко неприятно, но что поделаешь – работа такая. Знаешь сколько потных рук я повидала на своём веку? Ууу, тебе и не снилось. Кхе-кхе! – Голос то и дело задыхался от эмоций и, похоже, от запущенной астмы. – Я тебе по секрету скажу – мои любимые клиенты – вымогатели и киднепперы. Знаешь, почему? Потому, что они всегда вытирают меня платочком. Пальчики уничтожают. Ах, да – и брезгливые дамочки тоже – они, перед тем, как взять меня в руку, протирают влажной салфеткой. О, это как принять душ после жаркого дня. Я бы давно превратилась в кусок дерьма, если бы не одна такая чистюля. Её зовут Маргарет, она изменяет мужу, но я всё равно её обожаю. У неё есть мобильный, но звонков от клиентов почему-то всегда ждёт на таксофон. Каждый полдень она приходит и старательно моет меня, ммм!
Маргарет?! Имя пятидюймовым гвоздём вонзилось мне в голову. Что за бред? Быть такого не может! Я переложил трубку в другую руку и опустился на стул. Жёлтая падла продолжала кряхтеть:
- Правда, клиенты щедро платят, чего бы и не постоять минуту на улице. И живёт совсем рядом - в доме напротив, на третьем этаже. – Второй гвоздь обжёг мне мозг, но уже с другой стороны. – Любовников у неё четыре, все молодые, но не очень выносливые, хе-хе – максимум через полчаса уходят.
Маргарет, брезгливость, третий этаж, свежее постельное бельё каждый день – всё чётко складывалось в пазл. Пока я соображал, гвозди пустили корни глубоко в мозг, а снаружи с треском разветвились шикарные железные рога.
- Слушай, от тебя так пахнет хорошим виски, поделись капелькой, а? - неугомонная труба уже флиртовала. Плохо соображая, я капнул виски в микрофон, на что голос завопил: - Ну не в ухо же, идиот!
- Извините, - я скрипнул зубами и залил полфляги в динамик. Там внутри забулькало, захрюкало и закашляло, но меня это уже мало волновало. Выудил из ящика с инструментами топорик и направился к двери. Полдвенадцатого. Как раз успею.
- Эй, ты куда? Кхрл-кхее. Ты же обещал... Скотина, и-ик... Эх, б-бессамее...
- Дрыыынннь, дрынь! Быстрее! Межгород! Не слышите?! …Ох, снова кошмар приснился. Здравствуйте! Это у меня профессиональное заболевание, от местной тишины. То ли дело было раньше!
Родилась я в славные времена: Гагарин, Хрущёв, оттепель. Тогда, чтобы позвонить, трубку вначале прижимали к уху и только потом набирали номер. Телефон у с т а н а в л и в а л и! Какой это был праздник для всех моих! Вокруг собралась вся коммунальная квартира, три семьи ждут, волнуются, смотрят. А ведь было на что! Я, в строгом черном бакелитовом платье с белоснежным диском номеронабирателя, мой провод ещё упруг, а голос звонок. Раздаётся долгожданное «Дрынь!» Елизавета Михайловна впервые поднимает меня: - Алло! - Телефонная станция, запишите ваш номер: 628.. Так все и началось.
Определили меня на комод, в самом центре квартиры. Рядом поселили блокнот в "коришневой" дерматиновой обложке. Ах, как он был чист, юн и строен, но за время нашей совместной жизни обрюзг, распух, совсем потерял форму, так жаль… Звонить вначале было весело: - Алло, алло! - Да что такое! Мужчина, вы к нам подсоединились, положите трубку, мы раньше вас говорить начали! - А мне нужнее! - А мы первее!..
Прожила я с ними почти сорок лет. Столько всего мы друг-другу сказали! Много раз они бросали меня сгоряча. Но я всех их люблю и помню:
Елизавета Михайловна, Гранд-Дама квартиры. Символ ушедшей эпохи. Никогда не выходила из комнаты не причесавшись, даже в туалет. Всегда преисполнена достоинства, изысканно вежлива. Но, когда засорился канализационный стояк и в туалете забил зловонный гейзер, никто не смог образумить соседей сверху лучше, чем она: - Добрый день, Игорёк, говорит тётя Лиза с третьего этажа. Будь так добр, голубчик, бабушку пригласи к аппарату пожалуйста…Эй, НА ВЕРХНЕЙ ПАЛУБЕ! Отставить срать нам на голову! Ирка из клозета не вылезает!.. Раз в два дня она наведывалась ко мне на пол часа и беседовала с короткими гудками в трубке нарочито громким голосом. Её муж и сын погибли на войне. Звонить ей было некому, и она делила своё одиночество со мной. Однажды она скромно не проснулась.
Ирка. Её так звали все. Разведёнка, мать Вовки. Удачно повторно вышла замуж за москвича. Так она считала. Помню, как он звонил ей по межгороду, шептал нежности, умолял приехать, плакал! Поверила, приехала. Потом он её бил. Ирка звонила маме по ночам, рыдала в трубку, шёпотом жаловалась, спрашивала, как быть. «Ох, терпи Ирок, куда ж ты теперь такая?» - отвечала мама. Ирка терпела и появился Вадик. Что он только не вытворял с моей помощью: «Ссыте в трубку я горю!», «Передайте мужу, что я на аборт не согласна!». Балбес!
Нинель. Худющая, с пучком на голове, похожая на балерину мать-одиночка с сыном Севкой. В первый раз я вызывала ей «скорую», когда её провожали в роддом. Мальчик вырос, отучился на хирурга, мечтал спасать жизни. Второй раз «скорую» я вызывала к Нинель в 88-м, когда военврача Севку убили в Афганистане. Ненадолго она его пережила, из клиники так и не вернулась.
В сером калейдоскопе 90-х Вовка женился и съехал. Чтобы не голодать, мы с Иркой вечерами подрабатывали за копейки рекламным обзвоном. Выкрутились. Потом умерла Иркина свекровь и квартиру вместе со мной продали армянину с «мобилой». Купили две поменьше и подальше: себе и Вадику.
Вот такая у меня была жизнь простая и бесхитростная. Всю честно отработала. Скучаю по ней. Нам ещё повезло: доживаем век не на свалке, а в музее «Быт СССР». Вы, пока новичок, держитесь рядом со мной, я вас со всеми познакомлю. У нас тут тоже «коммуналка»! …Минуточку, снова арифмометры возню затеяли: - Эй, НА ВЕРХНЕЙ ПАЛУБЕ! Отставить балаган! Памятники ушедшей эпохи, ведём себя достойно!
Телефон был малость побит временем и падениями с тумбочки. Он был молчалив, угрюм, и лишь иногда разрывал тишину своим звонком. А вот его вторая половина, с которой он был неразрывно связан шнуром, наоборот, болтлива и общительна. Новости, которые она слушала ежедневно, распирали её и плющили не по-деццки.
Но трубка легко находила свободные уши среди вещей, оставленных рядом, на тумбочке. В этот раз поблизости оказалась бронзовая жаба, что служила талисманом дома и должна была осыпАть денежным дождём всех, живущих с ней рядом.
— Птицам не расскажешь всю правду. Как выпрыгивает сердце из груди при виде чьего-то он-лайна. Как твой телефонный голос плачет радостью, ударяясь о плечи, скрывая печальные тайны. А мои руки тянутся к тебе через багровый закат, натыкаясь на неизбежность. И только шелест опавшей листвы запиваешь ты утренним кофе. Кажется, что ещё один звонок и всё будет, как прежде, но ты слишком хорошо помнишь тот день! А потерянная память никому не нужна…
— Шта? — Жаба подпрыгнула, как ужаленная. — Не шта, а хде! Дура! Это же про любовь. Он звонит ей по ночам уже целую неделю и зовёт к себе. — Не знаю я ни про какую любовь, у меня и жениха даже нет, — грустно вздохнула жаба, подперев лапками голову. — А вот у неё есть! Романтик ещё тот! Послушай, что недавно ей наговорил:
— Как невыносимо ждать целую неделю. Потом разбежаться чужими проспектами, замереть в ожидании звуков, что из труб водосточных возникнут. Белым снегом замести эту осень, выключить память, перекрыть алкоголем. Так, что бы на коже татуировками проступила по свежим ранам дрожь нетерпения! Ты опять возвратишься ко мне, даже если умрёшь ненадолго, ведь в тебе давно пустота, заменившая былую печаль.
— Красиво! Вот бы мне такую непонятную чушь хоть раз кто-нибудь сказал. Чтобы прям, как железом по стеклу, — и лягушка сладко потянулась. — А она ему что?
— Что, что… плачет тихонько в трубку, то есть в меня, и слушает. Кстати, я его недавно в зеркале видела, представляешь! В прихожей темно, а в зеркале как будто неясный свет и его лицо в глубине. Прямо на меня смотрел, минуту примерно, потом исчез. Я всю ночь уснуть не могла. Хотя мой спал как убитый, только похрапывал.
— А меня, в последнее время, пугают пустые стаканы. В них чувствуется какая-то угроза. И безысходность…
— Это от того, что ты бестолковая. И пользы от тебя никакой. Где деньги, Зин? Где дождь из золотых монет? — И трубка разразилась заливистым смехом. — Ты посмотри, в чем ходит наша хозяйка. За последние два года ни одного красивого платья себе не купила, на туфли без слёз не взглянешь. Я уж не говорю про шубу.
— А чё я то? Работать надо, а не на меня надеяться. Мало ли, что там китайцы вам расскажут про жаб, приносящих удачу!
Догорали угли в камине, по стене промелькнула шальная тень, но никто её не заметил. В тревожный сон погрузился старый дом. Собеседники притихли, задумавшись каждый о своём.
— А, всё-таки, она его любит, — встрепенулась трубка, — вот послушай:
"Я всё еще помню тот зимний день, когда ты впервые подошёл ко мне, завораживая своим очарованием. Но что мне делать с этими воспоминаниями? Методично заглушать их работой, новыми знакомствами, или позволить себе на мгновение не думать ни о ком, кроме тебя, чтобы еще раз мысленно пережить тот пьянящий восторг первого поцелуя?"
— Ты говорила, что он зовёт её к себе. Разве она не хочет? — Жаба вопрошающе посмотрела на трубку.
— Возможно она уже с ним. Третий день дома не появляется. Грустно всё это, но ты не знаешь главного. Он погиб два года назад, где-то в Гималаях…
Единственный светильник под потолком в центре зала, противно мигал усугубляя и без того гнетущую атмосферу. - Продолжайте, - голос спикера был тихим и спокойным. - Ну, собственно продолжать то и нечего больше, - зеленая, обшарпанная временем трубка, как-то сгорбилась и еле слышно прошептала. – Сердечники моей катушки больше не могли этого выдерживать, и я оказалась здесь. - Хорошо, давайте поаплодируем этому смелому рассказу и его храброму автору, - голос спикера оставался таким же спокойным. - Тоже мне страдалица, - резкий и скрипучий голос черной классической трубки, прервал редкие хлопки. – Развела здесь сопли. У Панина она упахалась. - Тише, тише, – спикер попытался успокоить оратора. - А, что тише? В вас когда-нибудь человек входил? Да-да вы не ослышались. Я трубка из штопаной матрицы. Время победы машин над людьми, а они лучше портала, чем проводной телефон придумать не могли. Это омерзительно когда эти куски мяса проходят через твою голову. В комнате послышался сдавленный смешок. - А вы как думали? – Трубка все больше распалялась. – И не просто куски скажу я вам. Вы бы видели какой у Морфиуса…этот ёпта морфиус. – Черная прикрыла скорбно веки, - Как он с такой штуковиной вообще через портал проходил? - Я уже не говорю про антисанитарию, они же бомжары эти на своем Навуходоносоре не моются совсем. Еще у Нео этого хуйня какая-то в кишках видать поселилась и сдохла, ему и избранным не надо было быть, подходи и тупо заговаривай с агентами, там никакая прошивка не спасет. Так вот, самое эпичное, когда Нео вел в трубку Морфиуса. Ну вы поняли да? С одной стороны кладбище домашних животных, с другой черная оглобля протискивается. Короче после одного из таких сеансов меня и переклинило... в общем, я оказалась здесь. - А в вас кончали? – не успокаивалась зеленая. – Вот так буквально, кончали? – утирая белесую слезу, повторила она. – Этот Панин… - Мы же договаривались без слез, - спикер брезгливо поморщился, - тем более историю вашу мы уже выслушали и даже похлопали. Кто у нас следующий? - Ну, что же. Пожалуй, пришло мое время всё рассказать. Вы не представляете, что со мной вытворял Шерлок… - Стоп. Стоп! – спикер защелкал рычагом. – Вы же курительная трубка. Просто сидите и слушайте, без рассказов и реплик пожалуйста. - Так я была телефонная, но Ватсон проиграл спор и… - Все хватит! – выкрикнул спикер и через мгновение, уже успокоившись, обратился к одинокой трубке с обрывком провода, похожего на крысиный хвост. - Вот вы, расскажите свою историю. - Я одинока, - немного замешкавшись, трубка продолжила. – Я трубка от советского телефона-автомата и никогда не слышала человеческую речь, меня оторвали, когда монтажная бригада еще собирала инструменты. Потом мною забивали гвозди, кололи орехи, ломали кости… - Какая грустная история, - перебил спикер одиночку, - но вы немного ошиблись дверью. У советских телефонов-автоматов есть свой отдельный склад, вернее ангар. Кхех. - Ну, что же уважаемые списанные, сломанные, брошенные коллеги. Пора нам закругляться. У меня следующий тренинг на складе Нокии. – Спикер прищелкнул своими рычагами. - Постойте, а почему весь вечер молчит та белая волосатая трубка? – черная из матрицы показала пальцем в, казалось бы, абсолютно новый белый аппарат. - И вправду, - спикер хоть и нехотя, но все же обратился к белой, - что молчим? Можно вашу историю, только покороче. Белая трубка встрепенулась, смахнула густые черные волосы-пакли с лица и шипящим голосом проговорила: - Тойота фудзияма хонда такеши китано. - Это что за хрень сейчас мы услышали, - спикер озадачено потер свои рычаги. - Сейчас, - черная подгрузив словарь японского языка испуганно заморгала. – Она из Звонка японского и через семь дней нам всем писдец.
Таки да. Один выстрел другого громчее. Пока могу сказать, что последний выстрел самый тихий, на мой взгляд. То есть вкус. Или цвет? ПМСМ, короче! Какой самый громкий - пока не знаю, в ушах ещё позванивает... Алло? Тьфу ты, это в ушах, а не в телефоне.
Lapidata Кто-то в один уже тыкнул и решил, что хватит А разве обязательно? Мало ли чего там распорядитель навыдумывает! sarcasm
Это сообщение отредактировал Rumer - 12 фев 2018 в 16:36
Друзья! В свете последних тенденций и споров, в нашем разделе взят курс на честность и прозрачность голосования!
По сему настоятельно рекомендую непосредственным участникам этого забега (то есть авторам рассказов) явить миру аттракцион неслыханной честности и оказаться от голосования за себя любимого и гениального!)))
Тем более, всем ясно будет в конце, кто и за кого впрягся...
6.Нарушение правил конкурсов, проводящихся в разделах Креативы и ЯП-Издат - лимит 1x15, запрет на участие в следующих конкурсах разделов Креативы и ЯП-Издат вплоть до решения модерации раздела об обратном
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com