Написано по жести. Но ни фига не жизненно! Я б такую не то что уволил, просто опустил бы до журнала "Мурилка", а потом бы это сало никогда бы даже не заикалось.
да вы че? такое может быть только в других измерениях! хня полная! такое впечатление, что писалось в акуенном шкураходе!!! больная фантазия!
…не передать, как здоровски, пройтись будним днём по проспекту. Улица купается в солнце, заставляя щуриться и улыбаться поневоле. Мартовский ветерок держит в тонусе. Рядом нервно движется перезагруженный транспортный поток. Вот же заебись, что оставил мотор у офиса! Шагать, обгоняя порой этих бедолаг в железных коробушках, придирчиво разглядывать деловито цокающих дамочек и стильных дурёх-студенток. Не торопиться и забить свой верный добрый хуй на ту бумажку, что дожидаются некие мудаки на том конце города. Вдохнуть полные лёгкие воздуха, не ощущая выхлопного смрада. И охуеть от кайфа. Лишь в это время года можно почувствовать нереальный простор, разлитый в бликах луж, в прозрачном небе, в далёких парящих в стратосфере облаках, в улыбках ошалевших от весны прохожих. Можно остановиться и с интересом наблюдать за суетой десятков людей и механизмов, возводящих очередную стеклянно-бетонную громадину. Можно стрельнуть сигаретку у смолящего на крыльце банка дюжего охранника и через минуту выбросить, с недоумением вспомнив, что не куришь уже с полгода как. Можно не думать о работе, о кредите, семье. А можно и думать. Ведь всё получается заебись. Годовой проект почти сдан. Обновить машину и гардероб жены. Летом вывезти семейство на курорт какой-нибудь маленькой тёплой страны. Достроить, наконец, коттедж. Пристроить старшего в хороший детсад по осени. Всё будет и всё сбудется. Не проспать момент.
Стало чуть светлее. Утро. Скоро через расщелину польются отбросы, сливаемые с ближайшей столовой. Прильнуть губами к заплесневелой стене и напиться из теплого канализационного ручейка. Попытаться в очередной раз вывернуться, расшатать тиски западни. Правая рука зажата намертво. Так же как и грудная клетка. Есть возможность дышать кое-как. Левой, слава Богу, можно подгребать ко рту пищу, сливаемую сюда, конечно, вопреки всем санитарным нормам, да отгонять крыс. Надо было лучше смотреть под ноги. Эх, блять, угораздило свалиться в эту траншею, вырытую во время планового ремонта теплотрасс. Скольжение. Сырая глина. Удар. И ужасное пробуждение под звуки компрессора и мат рабочих опускающих плиту где-то наверху. Кричать. Да, но разве можно назвать это криком? Сдавленный стон из прибитых давлением лёгких. И под ногами почти нет опоры, чтобы толкнуться, подпрыгнуть, освободиться. Только маленький упор под правую пятку.
Вижу маленький блик дневного света на стене, где поворачивает теплотрасса. Она здесь круто уходит вниз, а меня зажало между трубой и стенкой. Здесь тепло, иначе бы я не прожил и недели.Какая-то тень наверху. Сейчас польется еда! Что это? Вижу толстые ноги в чулках. Стянутые под колени трусы. Жопа, склоняющася над моей могилой. "Девушка! Женщина! - кричу. - Помогите, пожалуйста! Я застрял здесь!" Из жопы валится гавно. Тёплые вонючие катяхи. Кричу в бессильной ярости. Ноль эмоций. Пухлая ладошка ссо стянутыми тугими перстнями пальцами-сосисками мелькает на фоне ануса. Сверху, кружась планирует бумажка. Она падает мне на лоб. С одной стороны все испачкано калом. А на другом надпись. Это проездной за июль. Блядь! Я здесь пять месяцев! Сука! Ебаная! Сука! Блядь! Аааааа! Пиздец! Ыыы! Пиздец! Ёбаная хуйня!
Блядь, не передать, как это здоровски, пройтись по проспекту солнечным весенним днём… Подставить бледное лицо ослепительным лучам… Мартовский ветерок держит в тонусе… Рядом нервно гудя и бибикая, движется транспортный поток… Лишь в это время года можно вдохнуть полную грудь дикого воздуха, пропитанного необыкновенным простором…
хуйня какая то... лень разбирать по кусочкам, но хуйня... судя по времени написания "Март-Июль, 2008 год ", аффтар как раз и писал из теплотрассы... на это можно сделать скидку - психика подорвана не в песду, хуле...
Кондаркин поднёс вилку ко рту и заорал. Вскочил из-за стола, рассыпав по скатерти морской салат. Его жена с ужасом смотрела на отплёвывающегося и беспрестанно ругающегося мужа. ТАК при ней ещё никто не матерился.
- Коленька, что случилось? Как это понимать? – её голос дрожал. - Ебаное щупальцэ бля! Оно сука нахуй шевелилось! - Какое щупальце, Коля?! Что с тобой? - Блять пизда нахуй… я салат сука твой ебаный хотел попробовать пизда сука!.. – Кондаркину не хватало воздуха. – А там оно! Пизда! Сука щупальце! - Коля, Коленька, тебе нельзя волноваться, - жена налила полную рюмку водки. – Тебе показалось… всё хорошо… выпей вот, выпей…
Кондаркин опрокинул в себя спиртное, даже не почувствовав вкуса. Ебучее щупальце осьминога в салате шевелилось! Что ему подсунули в магазине?! Надо срочно подать в суд, вызвать санэпидстанцию!!! Блядь, шевелилось оно! Из-за ёбанной морской хуйни испорчен юбилей! Двадцать лет совместной жизни! Схватив блюдо с салатом, он побежал в туалет и выкинул всё нахуй в унитаз.
Вера с грустью и непониманием наблюдала за действиями любимого мужа. Что же случилось? Её Коленька, похоже, ёбнулся. Но его можно понять, он так устаёт на работе, в своём тресте. Может записать его к доктору? К психиатру? В ушах всё ещё звучали ужасные грязные слова, произнесённые её пупсиком минуту назад.
Кондаркин вернулся в кухню, в голове все кружилось и пульсировало, перед глазами стояла багряная пелена. Он начал хлестать водку прямо из горла. Жена в шоке промолчала на такую чудовищную выходку. Выжрав половину, Кондаркин поперхнулся, раскашлялся, начал плеваться соплями на стол. Жена засуетилась вокруг, застучала по спине.
- Отъебись, сука! – крикнул Кондаркин, грубо отпихнув её.
Потом Вера долго плакала и уехала к маме на три дня. Кондаркин устроил большой скандал в магазине, приезжала комиссия, но никаких нарушений по гигиене и по качеству продуктов выявлено не было. Вернувшись домой, Вера застала ужасающий кавардак и хаос. Их всегда содержащееся в идеальной чистоте и порядке гнёздышко было завалено мусором, банками из под пива, бутылками, пахло блевотиной, куревом, и почему-то пиздой. Коленька храпел на диване в гостиной.
- Коля! Коленька! У нас что, были гости? - Ммм… ыыыыы… йобона… да блядь… - громко пёрнув, Кондаркин завалился на другой бок. Жена, скривившись от омерзения, подняла с ковра использованный презерватив. Наверное, к Коленьке приходили друзья со своими подругами… Муж спал до вечера, пока жена приводила в порядок квартиру.
- Где пиво, нахуй?! – заорал, проснувшись, Кондаркин. - В унитаз вылила! – гордо ответила жена. – И водку! Нече. - Вылила, сука??? - Коля! Прекрати ругаться! – Вера почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. - Нам нужно серьёзно поговорить! Я нашла хорошего специалиста, доктора… - Ну, давай поговорим, в комнате… - Кондаркин нехорошо ухмыльнулся.
В спальне он обхватил её и начал яростно мацать, похотливо рыча и дыша перегаром. - Коля! Сегодня ведь вторник! – возмутилась жена. Уже много лет они занимались этим только по пятницам. - Да мне пахую! – захохотал Кондаркин, потом быстро нагнул супругу, сорвал трусняк с огромной жопы и жестко выебал в очко. Жена визжала и пыталась вырваться, но Кондаркин легонько бил её по репе и ещё глубже засаживал в девственную тугую дырку.
С тех пор для Веры началась новая жизнь. Мужа как подменили. Теперь он беспрестанно матерился, много пил, не приходил домой. На работе дела его пошли круто вверх. Со своим новым жестоким характером он держал в страхе всю контору. Но отношения с заказчиками, нужно сказать, улучшались после того, как на встречу с ними выезжал Кондаркин. Дома Кондаркин требовал от жены секса. Проснувшись, тут же присовывал Вере. В их жизнь прочно вошли такие недопустимые ранее вещи, как анал и минет, причем очень глубокий, и золотой дождь. Даже заезжая на обед, муж между делом поёбывал её на столе. За любую провинность Кондаркин тут же наказывал жену суровой еблей в сраку.
Однажды, мощно просравшись после пятницы, Кондаркин не смог смыть свое вонючее дерьмище. Унитаз отказывался работать. Вода не шла, что-то булькало. На вызов явился нетрезвый сантехник, кинул взгляд на засранное очко и отправился в подвал, прочищать каналью. Час спустя гавно так и воняло в унитазе. Кондаркина разобрала дикая злость. Схватив кувалду, он отправился в подвал. Дверь вниз была открыта. Света не было. Он посветил зажигалкой. Где этот ёбаный мудак? Пол залит лениво колышущейся чёрной водой. Лезть в эту парашу не хотелось.
- Э! Ты где, чертила?! – крикнул Кондаркин. – Когда унитаз починишь, сука?
Никто не ответил. Наверное, пьяное мурло съебалось куда-то! Он со злостью захлопнул ногой дверь в подвал и, ругаясь, поднялся домой. Странно, унитаз весело журчал. Кондаркин коварно рассмеялся и смыл говна. А этот урод даже не зашёл за деньгами, да ещё и подвал не запер, сука!
Посмеиваясь, он вскрыл банку пива, которое притащила только что вернувшаяся жена, и уселся смотреть футбол. Вера, хорошо усвоившая новый порядок, опустилась на колени и старательно насасывала его шнягу, не забывая вылизывать потные волосатые шары. Кондаркин курил и наслаждался, лишь изредка шлёпая супругу по ушам, если чувствовал прикосновение зубов. Всё-таки жизнь, даже хуёвая, может быть очень пиздатая! – подумал Кондаркин. Всосав ещё литра три пива, он уснул. Унитаз тихонько булькал, но Николай уже не обращал на это внимания. Рядом храпела довольная жена.
А потом что-то холодное коснулось ноги. Кондаркин вздрогнул, проснувшись. Оно тянуло за ногу. Он хотел закричать, но в это время омерзительное скользкое щупальце обвилось вокруг шеи. Кондаркин захрипел, забился. Всё новые серые щупальца спутывали его тело, превращая в беспомощный мычащий комок мяса. Его потащило по полу в сторону сортира, где он так и не выключил свет. Этот свет последнее, что видел Кондаркин перед тем, как щупальца вместе с добычей скрылись в унитазе.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com