Скоро ночь

В поддержании читательского интереса к Конкурсу Коротких Креативов решил выложить свой короткий рассказ, который, скажем прямо, не влезает в рамки конкурсной работы, по моему мнению.
ККК это всегда интересное чтиво от разных авторов!

Что касается моего рассказа. Критика принимается, прошу не пинать сильно.
Приятного чтения!


Люблю ночные трассы, кто бы что не говорил. Особенно если трасса малоиспользуемая. А если снег/дождь - идеально.
Катишь неторопясь, музыка приглушенная, сигарета, кофе. Вокруг стоят припорошенные снегом деревья, в свете фар искрится снег на дорожном полотне. И кажется, что весь мир только это салон твоего автомобиля и пространство, что он освещает фарами, а дальше ничего нет. Бесконечный космос или черная дыра, а в этом мирке ты один.

Первой заглохла магнитола, прервав плавный ход моих мыслей. Просто замолчала, экран продолжал высвечивать названия трека с флешки, но звука не было.
Я сбросил плавно скорость и покрутил ручку громкости. Безрезультатно.
Чуть раздражаясь, грубо выдернул флешку и снова ее вставил. Этот маневр не принес ничего, как и последующее выключение/включение магнитолы.
Настроение испортилось.
Полторы тысячи километров в тишине, один сам с собой, это трудно.
Я скатился на обочину и вышел из машины.
- Проветрится вышел? - Проникновенно поинтересовался голос из темноты.
Сказать, что я испугался - не сказать ничего. В туже секунду, когда пришло желание нырнуть в теплый салон, машина заглохла и, дважды моргнув поворотниками, встала на сигнализацию, заблокировав двери.
- Веришь ли ты, путник, в нашего бога, как мы? - С интонацией проповедника произнес тот же голос.
Выяснять, в какого бога нужно верить у меня не было времени и я, подняв камень, разбил стекло на своей машине.

Вторым отказал стартер. Машина упорно не желала заводиться. Клацало что-то под капотом, но двигатель молчал. Выскочить из машины и ударить чем-нибудь увесистым по корпусу стартера - мысль отличная, но реализовать ее мне не хватало духу.
Сжимая в руке охотничий нож, который всегда хранился в водительской двери, я полез за телефоном. "Нет сети" - "обрадовала" надпись на экране.
Я с тоской посмотрел вперед, и увидел, как в свете фар к машине шли тени, чуть спотыкаясь и волоча ноги. Они приближались.
- Свиньей идут, как немцы, - невесело усмехнулся я и толкнул дверцу, что бы выйти навстречу им.
Под ногами захрустел снег, лицо и руки обожгло морозным ветром.
- Веруешь ли ты, - начал опять тот же голос.
- Нет, - громко прервал я его. - Что есть ваш бог?!
- Наш бог, - заговорил самый первый идущий в мою сторону. - Кровь и плоть, наш бог это боль, страдание и избавление от них! Мы его дети!
Именно в этот момент мне стало действительно страшно. Голос идущего был тускл, как солнце сквозь зимние тучи, он был невыразителен, но полон злобы.
Я метнулся к багажнику и достал туристический топор.
Почти тут же они уже стояли полукольцом вокруг меня. Пять темных фигур, одетых в лохмотья. От них несло многодневно немытым телом и запахом звериных шкур, что покрывали плечи троих из них. К этим "ароматам" примешивался сладковатый запах трупной гнили.
- Поклонись нашему богу и ты умрешь быстро, как велит нам наш покровитель, - ближайший ко мне достал из-под шкуры медальон и протянул его к моему лицу.
Луна, похоже, то же заинтересовалась происходящим и выглянула из-за туч. В ее неверном свете я разглядел, что медальон представляет собой грубо вырезанную волчью голову.
- Поцелуй изображение и стань на колени! - Приказал держащий медальон.
Его лицо, обычное человеческое, было измазано чем-то темным, а может быть это были и татуировки, но выяснять, что это было точно, мне было неинтересно.
По глазам этого сумасшедшего я понял, что меня скоро убьют. Теперь мне можно было надеяться только на свои мышцы, реакцию и скорость.
Я сделал вид, что тянусь губами к медальону, отметив, как спутники проповедника чуть расслабились. Ложный выпад левой рукой с ножом и с оттяжкой топором справа в район виска проповеднику. Раздался тупой хруст и владелец медальона рухнул, орошая белый снег своей кровью.
Ножом в шею стоящему справа, на развороте топором, сверху вниз, в череп стоящему слева.
Я отпрыгнул назад и, отведя руку с топором вправо и назад, выставил перед собой нож.
- Ну, что, суки, не ожидали?
Я точно знал, что теперь перевес сил на моей стороне - они были растеряны и испуганны.

Третьими отказали фары и Луна.
После, пусть и приглушенного, света фар, мне показалось, что я очутился в полной темноте. Быстро поморгав и вглядевшись во тьму вокруг, я с ужасом заметил, что двое оставшихся в живых противников исчезли.
- Ты смел, воин, - громогласно, с долей уважения, произнес Голос. - Теперь твой путь там!
Упавший внезапно метеорит прочертил яркую линию в небе.
- Наш бог любит смелых. Иди за хвостом серебряного волка и ты обретешь спокойствие! - объявил Голос.
Выбора у меня теперь особо не было и я побрел сквозь жидкий лесок, куда указывал след метеорита.
Я уже брел через небольшое поле, когда вдруг увидел впереди свет небольшой деревни.
Несколько косых изб, полуразвалившиеся бани и заборы, предстали моему взору, когда я вошел в селение. Свет, что я видел издалека, оказался небольшим фонарем на столбе, что качаясь на ветру бросал отблески на некоторые еще уцелевшие окна домов.
Я остановился посреди небольшого пустыря, что вероятно заменял деревне площадь и огляделся. Гробовую тишину мертвой деревни внезапно прервал Голос.
- Узри, воин, силу нашего бога!
С разных сторон, из темноты, начали выходить люди, разного возраста и пола. Одинаково пахнущие и одетые, как мои противники на трассе.
С каждой минутой их становилось все больше и больше.
Из глазниц каждого полыхало зеленое пламя.
Теперь страха не было. Были злость и отчаяние.
Я сжал покрепче рукояти ножа и топора.
Издав устрашающий рык, я дернулся в сторону ближайшего ко мне мужика в лохмотьях.
Последним отказал фонарь на столбе.

Двигатель Мерседеса урчал, как сытый кот. Разбитое водительское окно и следы крови на снегу не добавляли ясности.
В "дежурке", стоящей поодаль от Мерседеса, спокойно беседовали двое.
- И что скажешь, Николаич? - Молодой опер курил в приоткрытое окно.
- Создается впечатление, что водитель дрался с животными, - эксперт старательно писал что-то, изредка поправляя очки, что норовили съехать с носа. - Кругом клоки шерсти, да и кровь, мне кажется не человеческая. А вот куда водитель ушел, это очень интересно.
Подкатил «УАЗ» патрульно-постовой службы, из которого выскочил молодой лейтенант и решительно направился к "дежурке".
- Нашли водителя, вернее то, что от него осталось, - полицейский сел на свободное сиденье и захлопнул дверь "Газели". - Тут хутор Ивановский недалеко. В аккурат около него и нашли. Местные говорят, ночью волки выли, ну никто и не выходил, от греха, так сказать, подальше. А утром скот пошли проверять, глядь, а там на площади скелет обглоданный лежит. А следы ног строго отсюда идут на хутор.
- Поехали глянем, Николаич? - Опер выкинул окурок и закрыл окно. - Лейтеха, останься на охранении места.
- Есть.

Микроавтобус с надписью "Дежурная часть" проехал по улице хутора. Несколько крепких срубов, еще дореволюционной постройки, невысокие крепкие заборы, чисто вымытые окна блестели на скудном зимнем солнце.
Толпа мужиков, одетых в полушубки и валенки, встретили полицейских около площади.
- Здрассти. Тама он лежит, - махнул меховой рукавицей старший мужик.
- Ночью это было? - Вместо приветствия спросил опер.
- Волк токма ночью и шурует, - сверкнул белозубой улыбкой мужичек и оглядел стоящих рядом. - Так говорю?
- Так, - подтвердил гул мужских голосов.
Опер внимательно оглядел селян, все они были с зелеными глазами, и пошел в сторону, где лежал скелетированный труп.
- Удивительно, - пробормотал эксперт, шагавший рядом с оперуполномоченным. - Никогда не видел таких ярко-зеленых глаз.
Солнце катилось к горизонту.
- Скоро ночь, - внимательно посмотрел староста на небо.
- Уже скоро, - поддакнул бесшумно подошедший лейтенант ППС...

(С) Cновид