Peredvan Солженицина не жалуют за то что он антисоветчик, добровольно сдал своего друга Витковского и стучал в лагере на других заключенных, т.е. он как человек го...о и ставить такому памятники неуместно. Ну и до кучи за то что его лагерные байки вместе с другими перестроечными байками до сих пор используют буржуи гневно обличая советскую власть,
Это сообщение отредактировал bazilanov - 21 окт 2026 в 13:17
Зачем ТС написал такой длинный текст, что хотел сказать - совершенно непонятно.
Был такой детский писатель, сказочник. Звали его Отфрид Пройслер. Довольно-таки известный во всём мире, кстати. После войны работал учителем, а потом директором в школе в небольшом немецком городке. После его смерти школе, где он работал, присвоили его имя. А потом от этого имени отказались. А он книжки детские писал. "Маленькая Баба-Яга", например. И "Крабат". Ты-то сам вряд ли их читал, а вот твои дети и внуки - наверняка. Завтра вот первая тема о "Крабате" будет.
Крабат читал, книга хорошая. А простыню то зачем написали? ТС хочет доказать что она плохая? Книга хорошая , а что делал ее автор в военные годы к ней отношения не имеет. Мне так неинтересно совсем.
Размещено через приложение ЯПлакалъ
А я вот если и читал про маленькую ведьму, маленького домового и маленькое привидение, то не помню этих книг. Значит они не оставили в моей душе никакого следа. А вот с отменой Пройслера как писателя не согласен. Прям как в анекдоте. "Но стоило один раз выебать козу...". Тут властям ФРГ надо было пойти по другому пути. Отредактировать, вымарав все упоминания о национал-социализме, да и издать. А хули? Можно подумать, в других странах подобных пионерлагерей не было.
Итак, продолжаем серию постов, посвящённых Отфриду Пройслеру. Вот мы и подошли к его главному произведению - повести "Крабат". Но повесть эта, несмотря на кажущуюся простоту и подростковую ориентированность, весьма многогранна и многослойна, и заслуживает нескольких постов. Начну же я с материала из ЖЖ Вадима Нестерова.
Будет многа букаф и картинкаф, просьба не ломать, сигнал об окончании - заклинание "Продолжение следует".
После этого немецкие и европейские СМИ солидарно и неоднократно объявили фильм Марко Кройцпайнтнера "анти-Гарри Поттером".
С одной стороны - это смешно.
Первое издание сказочной повести Пройслера "Крабат, или Легенды старой мельницы" вышло в 1971 году. Джоан Роулинг тогда было шесть лет, она жила с родителями и сестрой в Винтербурне (графство Глостершир) и посещала начальную школу Чепстоу.
При этом сама история древнее на пару веков - Пройслер не придумал эту сказку, а рассказал свой вариант старой легенды лужицких славян или сорбов, издревле живших на землях между Эльбой и Одером. Легенда про Крабата - ученика колдуна фиксируется в сорбском и немецком фольклоре как минимум с восемнадцатого века.
Эта немного жутковатая история стала источником вдохновения для множества авторов в двадцатом веке.
Одним из первых был лужицкий писатель Мерчин Новак-Нехорньский с романом на сорбском языке «Mišter Krabat» (1954). Еще одна адаптация этой легенды - книга "Черная мельница" (Čorny młyn) другого лужичанина - Юрия Брезана - была даже экранизирована в ГДР киностудией DEFA.
Это сообщение отредактировал Peredvan - 22 окт 2026 в 10:04
Но версия Пройслера оказалась самой удачной и самой талантливой. Её не случайно не забыли за прошедшие полвека - история обучения Крабата на Чёрной мельнице в изменившемся мире стала ещё актуальнее.
Если бы "Крабат" издали сегодня, любители фэнтези обязательно обозвали бы его "академкой" и приписали к популярному поджанру, рассказывающему об обучении магии в самых разнообразных учебных заведениях...
Но "Крабат" - не фэнтези, хотя обладает всеми атрибутами этого жанра.
Главный видовой признак фэнтези - книги этого жанра всегда рассказывают о другом, не нашем мире. Этот мир может находится за тридевять земель, в прошлом, в параллельной реальности - неважно. Даже если действие фэнтезийных романов происходит в нашем мире, как правило, в нем обнаруживается какой-то другой мир - спрятанный, тайный, недоступный обычному обывателю. Как в "Ночном дозоре" или "Тайном городе".
В "Крабате" же никакого другого мира нет. Этот тот же самый мир, в котором живут все люди вокруг - и поэтому он сказка в изначальном значении этого термина.
В русском языке, напомню "сказкой" назывался любой устный рассказ. Как правило - вполне правдивый, недаром "рассказ" и "показания" - однокоренные со "сказкой" слова. Достаточно вспомнить вполне официальные "сказки" наших землепроходцев — их "распросные речи" (то есть записанные со слов показания), подаваемые в Сибирский, Казанский или Посольский приказы.
Поэтому сказка "Крабат" рассказывает о вполне реальном мире.
Мире, где каждый мальчишка знал, что ворон - не простая птица, где все мельники - колдуны, редкий кузнец не якшается с нечистой силой, а бабка-ведьма есть практически в каждой деревне, все ее знают, но не трогают, поскольку существо оно не бесполезное и может пригодиться.
В этом мире идет Северная война и 14-летний мальчишка-лужичанин бродяжничает по немецким землям, пытаясь выжить. Мальчишку зовут Крабат - от искаженного слова «Krawatt», то есть «хорват».
Однажды во сне Крабат слышит голос, который зовет его на мельницу, и объясняет, как ее найти. Наутро он без тени сомнения бросает своих спутников и уходит на зов - похоже, ему повезло, а на всех пряников не хватит.
На мельнице его действительно берут в подмастерье, и поначалу он просто счастлив - здесь кормят и дают крышу над головой. К тому же одноглазый Мастер-мельник, как и 11 других подмастерьев, относятся к нему довольно неплохо...
Потом... Потом приходит понимание, что не все так просто - и Крабат, дав согласие, становится учеником колдуна и начинает осваивать темные заклинания.
И вот здесь действительно начинается "анти-Гарри Поттер", который супротив "Крабата", конечно же - детский сад и шортики.
Автор "Крабата" ведет свой рассказ спокойно и даже невозмутимо, вот только от обыденности этой волосы шевелятся.
И ты понимаешь, что если бы обучение колдовству действительно существовало - оно проходило бы не в чистеньких спальнях Хогвартса с тыквенным соком и сливочным пивом. Колдовству учили бы так, как учат на Черной мельнице - с пожизненной клятвой, невозможностью побега, работой на износ за кров и еду.
С рисованием пентаграмм на лбу на Пасху, и ежегодным визитом жуткого Хозяина в шляпе с петушиным пером, приезжающего, чтобы смолоть свой страшный груз и взять плату с Мастера. За Мастера, впрочем, всегда рассчитывается один из подмастерьев, предварительно собственноручно выкопав себе могилу.
К Рождеству подмастерьев станет одиннадцать, но ненадолго - одноглазый Мастер позаботится о замене, и вскоре очередной малолетний бродяжка во сне услышит Голос с прельстивыми речами...
Самое страшное в этой книге - вовсе не жуткая цена, выплачиваемая за постижение магических искусств, не две смерти и один несостоявшийся суицид, о которых нам расскажут в подробностях.
Самое страшное - эта та покорность, а то и понимание, с которой подмастерья воспринимают свою судьбу. А что тут такого? Можно подумать, кого-то где-то только пряниками кормят и по голове гладят. Жизнь - она штука такая... Угловатая.
Это бывшим бродяжкам первым делом объяснили, задолго до мельницы. А здесь, по крайней мере, поят, кормят и действительно полезным вещам учат. А что до платы Хозяину за продление жизни Мастеру...
Я тебя умоляю! Один к двенадцати, да раз в год - это очень даже приличный расклад. Там, на дорогах истощенной войной страны тебя вообще могут ни за понюх табака прирезать. И имени не спросят, и вместо могилы в канаву определят. А здесь... Здесь жить можно, если умеючи.
И жизнь идет - колдовские умения растут, одна весна сменяет другую, части в книге так незамысловато и именуются - "Год первый", "Год второй", "Год третий"... Мерно, не останавливаясь, скрипят жернова Черной мельницы - все перемелется, мука будет.
И дни летят - серой пеленой, Жизнь пуста - без нее одной, Жизнь гниет, как в глухом плену, Тень чужая крадется по сну...
И перемололась бы жизнь в муку с тем же равнодушным безразличием судьбы-злодейки, если бы однажды в сердце Крабата не проснулась любовь.
"Крабат" написан для подростков, но это по-взрослому безжалостная вещь. Иначе не поверят - возраст такой. Отсюда - и ощущение подлинности во всем, от вещих снов Крабата до характера других подмастерьев. От старшего и уже взрослого Тонды до стукача Лышко и слабоумного дурачка Юро - каждый из них выписан автором индивидуально, пусть и с разной степенью детализации.
Каждый из них заперт в этой юдоли скорби и греха, из которой нет выхода, каждый из них ищет свой выход - но натыкается лишь на одноглазого Мастера. Вырваться они смогут только все вместе. Но выйдут не все - цена за свободу низкой не бывает.
Я уже рассказывал о том, что Пройслер пообещал себе никогда не рассказывать детям про войну. Впрямую он этот зарок не нарушил, но "Крабат" - его лучшая вещь еще и потому, что в эту сказку он все-таки переплавил собственную нацистскую молодость.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com