Вотку и прочие напитки в заведение разрешается приносить с собой
Вчерась свиную рульку готовил. Сфоткать не успел - сожрали-с. Есть голубцы, винегрет, салат с крабами, крыла куриные.
Это сообщение отредактировал resonoid - 15 фев 2015 в 13:35
Про "пуркуа". Когда был в детском возрасте, читал журнал "Крокодил". Там на предпоследней странице печатали карикатуры из зарубежных изданий. И именно из французского "Пуркуа па?" почему-то часто. И я не понимал, что это за название такое. А тут появился фильм про мушкетеров. И они там постоянно пели: "Пурклопа, пурклопа, почему бы и нет". И это тоже повергало мой незамутненный разум в ступор. И только когда мне стукнуло 20 лет, я осознал! Пуркуа бы и не па?
Был он волком. И тепло овина манило его только предчувствием плоти глупой скотины, готовой повалиться набок и подставить робкую шею под нож за охапку хозяйской соломы. И, зарезав простодушную ярку, уходил волк прочь, в снежный лес, ни на мгновенье не возжелав переждать до утра в теплой сце хлева. И про ласки девиц не солгал скоморох. Не дрочили его непорочные девицы. Любодействовал он с бражными блудищами. А муженеискусных девиц в горящих селищах брал силой. И никогда не глядел с вожделением в сторону зрительниц, глазевших на его скоморошьи позоры. Не любил он скушных, сонных посадских баб и девок. И на все их блудливые подмаргивания лишь усмехался. Тошно было и представить Истоме любы с глупыми бабамимужатицами где-нибудь в сарае. Но Феодосья, стащившая с креста распятого деревянного Господа, запала в волчью душу. Поразила она его, как небесный огонь поражает могучее дерево. И сейчас пылал Истома не только телесным, но отчасти и душевным огнем. Но, может ли волк быть добрым? Это был бы уже заяц… И доброта волка в том, чтобы зарезать теплую телушку быстро, не мучая понапрасну. И знал Истома наперед, что будет, будет его ретивое скокотать в нежных лядвиях Феодосии. Но впервые хотел скоморох, чтоб случилось это не силой, а с его нежным дроченьем, с его приветливыми ласками.
— В афедрон не давала ли?.. Задавши сей неожиданно вырвавшийся вопрос, отец Логгин смешался. И зачем он спросил про афедрон?! Но слово это так нравилось двадцатиоднолетнему отцу Логгину, так отличало его от темной паствы, знать не знающей, что для подперделки, подбзделки, срачницы, жопы и охода есть грамотное, благолепное и благообразное наречие — афедрон. В том мудрость Божья, что для каждого, даже самого грешного члена мужеского и женского, скотского и птицкого, сотворил Господь, изыскав время, божеское название в противовес — дьявольскому. Срака — от лукавого. От Бога — афедрон! Отец Логгин непременно, как можно скорее, хотел употребить древлеписаный «афедрон», лепотой своего звучания напоминавший ему виды греческой горы Афон. Он старательно зубрил загодя составленные выражения: «В афедрон не блудил ли?», «В афедрон был ли до греха?» — рассчитывая провести первую в своей жизни исповедь в соответствии с последними достижениями теологической мысли.
Сегодня перечитывал любимую поэзию, вот некоторое :
А.Лаэртский
Всё мальчики да мальчики, Девочки да девочки, Корм для попугайчиков И гранулы для кошечек.
Кого ебёт, что месячных Аж по ведру у девочек, А если мальчики насрут, То кучу хуй, блядь, обойдешь.
А попугаи глупые Роняют перья сраные, И ежели до хуя сожрут, Блюют песком желудочным,
И этот ёбаный песок Летит куда ни попадя, И камни мелкие порой Бывает, попадаются.
А кошки, падлы вшивые, Которые встречаются На глупых, блядь, календарях И бабы умиляются, Глядя на те календари С улыбками-дебилами, Пердят, линяют и орут, Когда ебаться хочется.
*********************
Сизокрылый голубок С клювом приоткрытым Коготками цок-цок-цок Посреди проспекта.
Собачонка в чепчике, Видно, пуделёк, Тихо вслед за голубком Лапками бом-бом.
Ну, а мы на самосвале С пьяным Геной проезжали, И всю эту лабуду Подавили, блядь, в пизду.
**************************
Тяжело терпеть обиду От озлобленных людей, Щас пойду, возьму оглоблю, Всем отвешу пиздюлей.
*********************
Хомячок Рома
Хомячок по кличке Рома Жил в малюсенькой клетчонке, Что стояла на окошке В сраном женском общежитии.
Рома был любимцем женщин, И они его кормили Кто орешком, кто морковкой, Кто печеньем, кто овсянкой.
Днем Роман дремал, свернувшись В шерстяной комочек белый, И тогда его стремились Не будить и не тревожить.
А как ночка наступала - Начиналася работа, Вместо мужика был Рома Добрым женщинам приезжим.
Залезал он им в пиписьки И вводил в оргазм их этим, И они его любили, Берегли и охраняли.
Кстати, этот стих как то подвиг меня на написание текста, где то на ЯПе валяется.
*******************************
Того, кто водку пьёт без меры И баб без устали ебёт, Кто за окурок из анашки Продаст страну и весь народ - За яйца надо бы подвесить К высоковольтным проводам! А коли нет яиц - за сиськи Иль просто врезать по мордам.
А баб, что ходят в джинсах всяких, Волнуясь жопами, как шторм, Послать бы надо к эфиопам, Иль к папуасам, блядь, на корм. Лишь морякам в тельняшках бравых Не стоит, люди, делать зла! А если уж кого и пиздить - Так то их боцмана, козла.
Ну и еще немного из творчества моего земляка и пару раз собутыльника -Вадима Степанцова (Бахыт Компот)
Изабель Изабель, Изабель, Изабель! Бьет серебряный колокол лунный, и всю ночь я хожу как безумный, и твержу без конца ритурнель: Изабель!
Изабель, Изабель, Изабель! В этот вечер декабрьский, морозный, в город северный, туберкулёзный вдруг тропический вторгся апрель. Изабель!
Изабель, Изабель, Изабель! Подо мною морские глубины, в небе звёзды как крупные льдины, воздух чёрен и густ, как кисель. Изабель!
Изабель, Изабель, Изабель! В этих дышащих зноем Карибах, в этих рифах, проходах, изгибах посадил я свой клипер на мель. Изабель!
Изабель, Изабель, Изабель! У акул здесь огромные зубы, не доплыть мне без лодки до Кубы лодку съели моллюски и прель. Изабель!
Изабель, Изабель, Изабель! Почему берега твои скрылись, почему с неба льды повалились, почему разыгралась метель? Изабель!
Изабель, Изабель, Изабель! Вёз я к синему острову Куба не закованных в цепи йоруба, не солдат, не французский бордель. Изабель!
Изабель, Изабель, Изабель! Вёз я сердце, разбитое сердце. Что же силы небесные сердятся и мозги мои, кровь и стихи мои превращают в бездарный коктейль? Изабель!
Есть ,кстати, годная песня. Не "Пьяная помятая пионервожатая", но все же.
А вот его стих о нашей малой Родине
Тула, родина моя Город пышный, город бедный, Тула, родина моя! Ты была портняжкой бледной, был хлыщом румяным я.
У меня в хозяйстве были граммофон и рысаки, на своем автомобиле ездил я на пикники.
У тебя же за душою лишь напёрсток да игла, робкой, тихой сиротою, белошвейкой ты была.
Все случилось как случилось, по бульвару я гулял и твою портняжью милость на прогулке повстречал.
Поздоровавшись учтиво, предложил я тет-а-тет. Ты потупилась стыдливо и шепнула тихо: "Нет",
Ущипнув тебя за щёчку, я в глаза твои взглянул и, назвавши ангелочком, сторублёвку протянул.
Я спросил: "Согласна, что ли ?" и, одёрнувши жакет, по своей и Божьей воле ты пошла за мною вслед.
В Оружейном переулке, где стоял мой особняк, ели мы икру и булки, пили пиво и коньяк.
Был он волком. И тепло овина манило его только предчувствием плоти глупой скотины, готовой повалиться набок и подставить робкую шею под нож за охапку хозяйской соломы. И, зарезав простодушную ярку, уходил волк прочь, в снежный лес, ни на мгновенье не возжелав переждать до утра в теплой сце хлева. И про ласки девиц не солгал скоморох. Не дрочили его непорочные девицы. Любодействовал он с бражными блудищами. А муженеискусных девиц в горящих селищах брал силой. И никогда не глядел с вожделением в сторону зрительниц, глазевших на его скоморошьи позоры. Не любил он скушных, сонных посадских баб и девок. И на все их блудливые подмаргивания лишь усмехался. Тошно было и представить Истоме любы с глупыми бабамимужатицами где-нибудь в сарае. Но Феодосья, стащившая с креста распятого деревянного Господа, запала в волчью душу. Поразила она его, как небесный огонь поражает могучее дерево. И сейчас пылал Истома не только телесным, но отчасти и душевным огнем. Но, может ли волк быть добрым? Это был бы уже заяц… И доброта волка в том, чтобы зарезать теплую телушку быстро, не мучая понапрасну. И знал Истома наперед, что будет, будет его ретивое скокотать в нежных лядвиях Феодосии. Но впервые хотел скоморох, чтоб случилось это не силой, а с его нежным дроченьем, с его приветливыми ласками.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
Это свабьдя была? 
yaplakal.com
resonoid15 фев 2015 в 13:29