Ефрейтор Мингэ нашёл в снегу бочку с солёной свининой. «День и ночь ищем такие клады», - радовался он жене. Куры кончились, картошка - тоже. «Все русские - враги. Будь им 10 или 80 лет. Их надо истребить». Голод превращал людей в волков, а ненависть - в оправдание.
Ефрейтор Цимах нажрался свиной головы, бросил ухо белорусскому мужику. Ротная овчарка «Нептун» перехватила добычу. «Уморительное зрелище», - написал он возлюбленной. Смех был нервный, как треск льда под ногами.
Зима, что ломает позвоночник Январь 1942-го. Ефрейтор из 269-й пехотной дивизии сидел в лесу, без крыши над головой. «Шесть недель русские сидят у нас на шее, - писал он домой. - Холод отчаянный, обморожения. Радистов осталось двое. В Рождество - окружение, удрали на танках». Вши, грязь, нет белья. «Русские не капитулируют. Партизаны на обозах. Эта война в кустарнике - когда конец?»
Артиллерист из Бреста вспоминал первый день: «Едва пошли в атаку - один застрелился. Винтовку между колен, ствол в рот».
От «метлы» к отчаянию Май 1942-го. Солдат в окопе у Днепра: «Пишу, снаряды свистят. Друг погиб. Если война не кончится - покажем русским немецкую метлу. Там, где проходит немецкий солдат, даже трава не растёт». Но трава росла. И русские тоже.
Фандер, без пальцев на правой руке, писал 6 июля: «Не ходи добровольцем. Я испортил жизнь».
А письмо Вальтера было коротким: «Я ещё живу». Одна строка. Окопный юмор? Или крик души? Мы никогда не узнаем.
Эти письма - как осколки зеркала, в котором отразилась вся война. Сначала - бравада, грабежи, насилия. «Мы герои». Потом - голод, мороз, партизаны, бесконечные бои. Кадровые солдаты были смелы с беззащи
Китай вернул деньги семье, которая во время войны в 1947 году одолжила армии 850 кг зерна. Тогда житель деревни в центральном Китае Дин принял решение передать военным почти весь запас его семьи. Взамен он получил расписку с указанием даты, веса и ответственных должностных лиц. В военное время такие расписки называли сертификатами зернового займа.
Сертификат десятилетиями лежал спрятанным. В 1990-х годах, когда семья Дина сносила старый дом, родственники обнаружили пожелтевший бумажный пакет, застрявший между кирпичами. Внутри находился хорошо сохранившийся документ.
Внук Дина Гуанъи рассказал местным СМИ, что сертификат стал заветной семейной реликвией, хотя ни его дед, ни отец не говорили об этом долге и не требовали возврата средств, даже в трудные времена. Как пишет South China Morning Post, правительство погашало такие военные долги еще долго после образования Китайской Народной Республики в 1949 году. В некоторых случаях сумма погашения превышала первоначально выданный заем более чем в 10 раз.
В прошлом году Дин Гуанъи узнал, что местные власти собирают исторические артефакты и передал эту ценную семейную реликвию в дар, не требуя взамен никакой компенсации.
yaplakal.com