Впервые я стал рабом в четыре года. Советский тоталитарный режим в лице моего деда, ветерана войны, батрачившего в начале семидесятых на колхозной мельнице, заметил мою тягу к завязыванию шнурков ( я тогда только-только научился это делать и упражнялся в этом процессе, завязывая и развязывая всем моим детсадовским девочкам) и взял меня в рабство на целый день, принуждая меня, четырёхлетнего, завязывать верёвочками колхозные мешки с мукой.
Изнемогая над этим непосильным делом, истекая потом и соплями, проклиная СССР и лично товарища Сталина, я всё-таки получил в конце рабочего дня из рук сатрапа-деда подачку в размере десяти рублей мелочью, кои сразу же и употребил на разврат и антисоветскую пропаганду.
Следующий свой транш проклятая советская власть выделила, когда мне было двенадцать. Вместо обязательной летней практики на школьном огороде отец забрал меня на непосильный рабский труд в «Сельхозтехнику», где я изнывал по четыре часа в день над мытьём подшипников тряпочкой. За это издевательство над неокрепшей детской психикой я получил восемьдесят рублей за месяц. Честно говоря, было очень стыдно перед гэдээровскми тельманпионирами, которые писали мне в письмах, что отдыхают в построенных советскими оккупантами летних лагерях.
Четыре года после этого я благополучно избегал эксплуатации бесчеловечным режимом, скрываясь в выпускных классах примитивной и тоталитарной советской очччень сррредней школы.
Однако, по исполнению мною шестнадцати пламенных лет проклятый советский строй не преминул меня, как не поступившего в вуз, привлечь по полной программе. И бедный юный Антошка пошёл пахать дорожным рабочим за какие-то сраные сто пят
Читать дальше...
|
yaplakal.com