0
Ф кадре Леонид Якубович и звукач настраивайут звук ф студии при помащи звонкай икоты. Вбигаит режиссер:
-Бляаааа! Дапрыгались пидарасы, уже премой эфир!!! Сабрались суки!!!
Ат испуга Якубовеч пиристает икать, а звукач падает галавой на дарагой кафель, прападая ис кадра. Все в паряде, можна наченать.
- Добрый вечир, дарагие телизритили, лупоглазики вы мои. Сиводне, вот тут мне ис зала патсказывайут, пятнеца, и в ифире как фсигда «Поле чудес», кстате, удалите этава умника за пацкаски ис зала. (за кадрам крики «Толька не па яйцам» и дружные апладисменты). Ага, кстате, нас пасетил президент, вон он сидит в третем реду, Толька мы иво типа не видем, он ат жены суда съебалсо.
( тишина в зале. Слышно как в Останкино не пускают Киркорова)
-Тема нашей нивротъебическай игры—«транспартные среццтва и прочие виласипеды с калесаме» бугага сам придумал! Прекольна?
(Из зала: «Заебал песдеть!»)
-Расслапься браза! Прицтавляйу первую тройку игракоф: Виктор Синехуев, фармацефт ис Бабруйска, Клавдия Петровна, пинсианерка с пианеркай гы-гы(Клавдия Петровна: Эта же Якубович! Эта же Якубоооович!!! Я вижу Якубовича!!!!!!), и вон тот хуй в ачках—эта прафессар филалогии Валерий Шмулинсон, типа умный.
Становимсо вот суда к барабану и начинаем дарить мне падарки.
Синехуев: Мы, бабруйские фармацефты, решиле штобы не баянить скинуца и припаднести музею «Поля Чудес» цысцерну мидицинскага спирта.
Якубович: Пиздец. (Бледнеет, ис пад усоф что-та сочицца. Громка глотает).
Синехуев: Леня, ты чо?
Клавдия Петровна: Якубоооовииииич!!!!
Якубович: Витек, ну зачем ты так?...
(Ис зала: «Заебали песдеть!»)
-Так, прадалжаим дальши. Клавдия Петровна, веселая старушка, что у нас там? Пирашки с какашкаме и парное малако ис старческой груди?
Клавдия Петровна: Якубовииииич!!!! (Трецца прамежнастью об барабан, задыхаясь от преданности. Якубович незаметно прячет в рукаф газовый балончик).
Шмулинсон: Я смотрю, у вас там на стине буквы не закрытыме аставили, правельный атвет—эта слова мопед?
Якубович: Ебааать! Не пали кантору, мудило.
(Тот же голас ис зала многозначительно: «Все песдим?...ну-ну»)
-Виктор, вращайте барабан, и кстате падарок в студию!
Са скрипам крутица паласатая хуйня, все пьют спирт. Якубович и Синехуев закуривают.
- Пака вращаица эта штука, Виктор, расскажыте а сибе, так уш у нас завидено.
Синехуев:Ая не знаю чо рассказывать, я дурак.
(Бурные несмалкающие апладисменты. Зрителям разносят спирт)
Якубович: Витяня, ты не перестаешь миня удивлять. Скока с табой не бухаем, такое отмачиваешь, я патом ниделю энурезам страдайу, бывет даже две.
Кстате об энурезе—у тибя два очка.
Синехуев: Паклеп!!!!
(Тишина в студии. Якубович в истерике сползает на пол. Зал аплодирует стоя)
Клавдия Петровна: Лионьаааааааааа!!!!!!!!
-Витя, букву, букву, сука просто назови, пака я не умир!!!
Синехуев: Да идите все впесду, уепки, я абиделся. Прикалисты блять.
Шмулинсон: И все-таки мне кажется, что слова загадано «мопед».
Якубович: Не факт. Клавдия Петровна, ваш хот.
(Клавдия Петровна бросаецо на звук любимого голаса и начинает душить Якубовича в абъятьях, папутна пытаясь найти йезыком что-то в густых усах ведущего. Ведущего абильно тошнит. Появляюца люди в серых кастюмах.
Клавдия Петровна (сдавленно): Якубовиииииич!!!!
Якубович: Гх..гх…хры…бля…гг..
Чилавек в сером кастюме: Нннаааа!!!
Клавдия Петровна: …
Синехуев: Опа! Красиво.
Чилавек в сером кастюме: Спасибо.
(Ис зала: «Можно продолжать»)
Фсе выпивайут после пережитога патрисения спирту.
-Прафесар, крути шарманку.
Шмулинсон: Я готов назвать слово.
Якубович (подозрительно): «хуй»?
Шмулинсон: Нет, это слово «мопед».
Якубович: Скушный ты какой-та, у тя баба есть?
Шмулинсон: Позвольте, какое это имеет отношение?!...
Якубович (перебивает): Понятно.
Шмулинсон: Я не позволю…
Якубович: Ха-ха, пирихот хода.
Фсе выпивайут спирт. Шмулинсон пьет валакардин.
-Витек, крути барабан.
Синехуев налегаит на рычаги, тиряит равнавесие и валицца на барабан, прадалжая вращение вместе с ним.
Якубович некаторае время наблюдаит за кругавыми движенияме игрока, глаза иво снова апасна мутнейут.
Якубович: Виктор, прикращай это бизабразие, кое-каво укачивает.
Синехуев, проезжая мимо: ыыыыЫЫЫЫыыыы!!! ыыыыЫЫЫЫыыыыы!!! ыыыыЫЫЫЫыыыыы!!!
Якубович: Этай буквы, па-моему нет в нашем слове, Шмулинсон, как вы щетаете?
Шмулинсон: Если это слово «мопед»…
Якубович: Зануда.
Клавдия Петровна из угла (слабым хрипом): Якубооооооовиииииич….
-Клавдия Петровна, вам дастаецца сектар «ПРИЗ»! Не вздумайте атказаца.
Клавдия Петровна: …овиии…
Якубович: Приз в студийу!!!!
Вносят черный ящег. В ящике явна што-то живое, и , судя па звукам это бешыная абезьяна.
Якубович: Я придлагаю вам читыре рубля за эту хиратень.
Клавдия Петровна: Нет, это паметь а Вас, Леанит Аркадьевич!!! Как вы магли падумать ваще!!!..
Якубович: Ладно, предлагайу пять рублей и пугавицу ат партков.
Клавдия Петровна: Чорную или красную?
Якубович: Зиленую. И ищо вот эту штуку с виревачкай, ее можна таскать за сабой или крутить нат галавой.
Клавдия Петровна: Нет!!!
Якубович: Фу какая ты гаткая! Ладна, тада ищо вот зажыгалку вот эту, ат нийо агонь зажигать можно. Опять нет?
Ладна, йа хател как лучче.
Аткрываит Чорный Ящег, оттуда выскакиваит бешеная абизьяна и кусает Клавдию Петровну за палец. Та падаит замиртво.
Синехуев с барабана: ыыыыыы!
Якубович: Да, нихарашо как-то палучилась…
Все пьют спирт, Шмулинсон щиплет сипя за руку, абизьяна палзет па пластунски в сторону зрительнаго зала и скрываица в районе третьега ряда.
Шмулинсон: Это какой-то бедлам! Я говорю вам, что правильный ответ «мопед»,и вообще у меня режим, мне уже спать пора!
Якубович: Сам ты мапет, параноик ванючий, иди вапще на хуй атсюда! Кто тибя звал вапще сюда, гандон с дыркай? Пришол, натварил тут я ебу чего, а патом размахиваит залупой шыршавай! Пиздуй в тень, фсе настроение мне испортел!!!
Шмулинсона вежлива уносят люди в серых кастюмах.
Знакомый Голас с третьега ряда: АААААА!!!!! Ана миня укусила!!!!!!!!!
В зали смитение и паника. Люди падайут штабеляме. Причину не видно за креслами.
Якубович (обреченно): тааааак….все на выборы, блять.
©Печ
Поле Чудес, проза
