Поездка в геленджик. Поезд., На йуга, ога!

Август, офис.

Жарища градусаф под сорок, да еще и кондиционер сломался, вызвали мастеров, приехали гаварят «Он у вас не работаит таварищи», и сьебалесь. Работнечки тоже мне. В кабинете уже заппох аццкий такой начал скапливаться шопесдес, с улицы какой-то псиной иле ищо чем, химические производства по соседству стараются, кондиционер всё это подогревает. Хуле думаю тут жариться, паеду на юга, хоть море посмотрю, 17 лет не видел. 3 дня выпрашивал отпуск, всё-таки дали.

Сазванился с заядлыми туристами, типо «чо? каг?Я на две недели совершенно свободен.» спрашиваю, «паехале!» кричат.
Решили ехать поездом, патамушта на машине хоть и дёшыва кашмар каг, но вадитиль тожы чилавек и выпить ему не чуждо. Билеты как нистранно купили без праблем и набравши с сабой модных плавок и таблеток ат жывота отправились на вокзал ждать железный маршрут Самара-Новороссийск.

Я в поезде вообще ни разу не ездил почему-то, и как новичок всё узнавал да спрашивал у своих матёрых таварищей, двое кстате их было: Жынёк и Рустамчег. Первое что усвоил еще не сев в купе, что «в поезде надо пить!», чем собсно и занялся прямо на вокзале. До отправки еще 2 часа и пиво должно было влезть по моим расчетам литра 2-3 где-то, ну и вылезть естессна столько же. Кста кто ни знаит, за сортир привокзальный можна ни платить, а просто показывать билет и проходить бесплатно, это указано мелким шрифтом под жырной натпесью «10 рублей».

Прибыл состав. Купе канешна писдец, сарай-сараем, толе вагон токой хреновый, как сказали знатоки железных дорог, толи зэков в нём возят постоянно, риальна шконки какиито. И сидит ва всей этай красе мальчег, смарю таг, Рустамчег наш вылитый, а он мне «Йа Марат! Очинь приятна!», прям близнец ёпть, всю дорогу его путали, асобинна мальчек Женя. Напомнив мне што главное в поезде-это пить, Жынёк разлил всем па полтишку каких-та бирёзавых брунек. И тут кагта стала мне глубако похуй на атмасферу падвального памещения, рюмка за рюмкой и я смирился что ехать в этом андеграунде еще двое суток, «главное пить!»-постоянно повторял Жынёк. И я пил, хуле. Тут к нам зашла, очень хуёвой наружности девочка Женя, «Здрасте», гаварит, «пакажыте билет, вот вам тряпачки накрываца, пакупайте чай, кофэ!», ну чот я сдуру то и купил на сотку йаду порошкового, токо шоп её желтозубая улыбка исчезла из двери.

Йа решил отправиться на разведку и посмотреть где тут ссать, курить и мусорить. Ничо таг впалне, курить, мусорить… но я всё еще немог представить себя васседающем на шатающемся троне в конце вагона. Сигаретку то я взял, а вот спичег нет, и как раз около туалета я столкнулся с милым сазданием лет так двадцатипяти, с нимного лошадиной улыбкой, но ни сапчаг нихуя. «Дай зажигалку, добрая девачка, пажаласта.» гаварю. Она: «На канешна» и попиздела па дилам дальшы, в сваё купе. «Ну», думаю, «заепца! токо тронулись и уже есть повод зайти к мадам». Покурил, поссал. «Вот ваша зажыгалачка, спасиба балшое, йа ищо зайду!». В атвет типо «ыыыы» и улыпко, причом аш три штуки, мальчега лет читырёх и бабушки, пачемута бляцкава вида. По соседству с нами расположилась оригинальная компания из толстяка, толстухи и сильно высушенного парня наркаманской наружности. Два шарега и палачка, типо группа «Хуй»..ыыы..пасмиялсо нимнога и к себе. При подготовке места где я буду спать, нимнога сбило столку наличие двух простыней и отсутсвие наволочки для валасатого адияла. Но ведь главнае-то ПИТЬ! Пойло подходило к концу во всех смыслах и всех концах, через час ожидалась станция «Пугачевск», где и планировалось затариться очередной поллитрой и палтаралитрой иле даже 2.25литрой в необходимом количестве. Изрядно нажравшийся, ярый паклоннек футбола – Рустамчег, скандировал ПУ-ГА-ЧЁФСК!, што сильно радовало коллектив группы «Хуй», они его поддерживали в этом. По узкому коридору носилась пятерка отпрысков, во главе с мальчегом из купе где я спрашивал зажигалку. В попытках пообщаца с ним пару рас получил по яйцам, патамушта бить выше мальчегу не позволял рост. Выяснил што его зовут Вадег, а его маму то ли Даша толи Глаша, и то што «бабушка - милиционер, а дед – мент» и он сам когда вырастет будет ментом. Была канешна мыслишка выкинуть будущего блюдителя порядка за окно, но это блять каг та нигуманна, и я решил патом провести с ним разьяснительные беседы. С последними двумя бутылками пива я решил наведаться к маме 4-х летнего мальчега Вадега. Семья милиционеров встретила миня апять жы семейной лашадиной улыпкой и букваме «ыыы». Пригласив маму Вадега пакурить мы вышли в межвагонное прастранство.
Гаварю:
- Пиво бущь?
- Ога – заулыбалась пирацкая копия сапчага
- На канешна, - сказал йа и умело открыв бутылку её же зажигалкой протянул даме.

Не успев сделать и глотка маме вадика пришлось атдать бутылку бабушке бляцкава вида, маме мамы Вадика. Туд мама мамы начала мне рассказывать што это ни гламурна угащать даму пивом в таком месте, а нада приглашать в ресторан, а не зажигалки стрилять и для убедительности своего рассказа ёбнула мне коленом между ног. Я так думаю у них это семейное, «харашо деда с нами ищо небыло» думаю. Патом видно стало жалко миня баушке, и она принялась меня обнимать и цылавать каг радного сына. От блять! Два в адном… и добрый палицейский и злой. Тандем типо. Цылавала в щёки и лоп, адин рас даже в губы папала. Чуть не вырвало ежле чесна, но знакомство с мамой мамы Вадега миня очинь радавало пачемуто. И йа почемуто чувствавал раз в семье такой парядаг што яйцы низнакомцу далжна абработать вся симья, то следующая на очереди сама Даша, иле Глаша.

Крики «ПУ-ГА-ЧОФСК!» приближали поезд к станции. Прибыли. И мы весело побежали к ларьку с суслом, но я начал отставать патамушта жутко захателось срать. Тётки с криками «Раки-раки, кукуруза, минералка, пиво халодное» преследовали меня до самых кустов. Лопухи, листеги, дело сделано, пиво куплено. Едем дальше. Пращай Пугачовск, помни миня.

И чот так йа харашо расслабилса што после пары бутылок лёг спать, предусмотрительно спрятав вотку и сок, патамушта Жынёг палюбому бы пашол дружить с ВИА из саседнего купе не без гостинца, а я чот ни привык штоб вотку на каторую скидывалса пили другие гаспада, тем более те.

Утро наступило в 6 часов, под грамагласный вапрос с верхней полки «Где баклажка?», «вот!» сказал Рустамчег сглатывая прохладное пиво и передавая его Женьку. Но я предложил выпить вотки вместа пива, патамушта утро и так типо надо. Потом были еще станции, ищо пиво. Кароче говоря, день пролетел низаметно.

И уже стемнело какта, иду курить, смарю, аццкая правадница уже с наркаманом из ВИА «Хуй» абнимаица, с ними рядам маи таварещи сидят уже. А напротив вместе с толстой вокалисткой седит мама Вадега с бабушкай и вотку пьют. Ну я типо «Здрасте, давайте дружить. Наливай!». Упитанный мущино налил мне полстакашки, выпили за «Довай», «Поехали», «Будим» и многа астальных глаголав. Пожаловался на избиения со стороны семьи Вадега, все посочувствовали и предложили мне поесть рыбки, а бабушка будущего мента предложила массаш ударенного места. И я решил ретироваться. Вслед за мной каг нистранна вышла сама мама Вадега и гаварит:

- Хэхэй!!! Ты куда?
- Ф туалед. Ща абасрус.
- Ухты!,-удивилась чиму-то.
- Да шучу, йайцы ахлажу ща пат вадичкой и вирнусь.
- Ога.- и к себе ф купе сьибла, прям около сортиру.

«Дура штоле какаята, ущербная кабута», - думаю. А сам сру сежу. Пиражка где-то несвежего сьел видно. Дело сделал, хер памыл зачемта, «вдруг чиво пирипадет седня» думаю, ну а ежле нет, хоть так, для гигиены. Выхажу, бегают блять дете всё, ниспица нихуйа штоле. Тут миня рр-рас и руки ис купе милиционеров тянут к сибе, вроде руке каг руке, женские токие. Тимно. Руки лезут в шыринко шорт. Долго копаются и хватают рукаме за яйцы. Мысль – 3 штуки - «всё, пиздец,оторвут». Нет, лижут. Сосут. Хуясе. Тут и я кой чего нащупал. Сисьге вроде. Голова. Харашо, глубоко глотает. Пачемуто представел лицо лошади, морда то вытянутая, мош паэтаму глубако. Чуть ирекцию ат мысли такой ни патирял нахер. Голову поднял, повернул, наклонил. Стянул трусы у чорного силуета, мокро, каг йа и люблю сопсна. Вагнал упыря, стаю снашаю, хлюпает весело каг всегда. Тут стук в дверь. «Атьибитись. Ни мишайте, йа переадиваюс», кричу, смиёца ктота. Да и мне ни скучна. Павирнул пару рас туловище, апять снашаю. Чую патходет белая армия уже к канцу. Голаву нащупал, и давай на ниё выжымать что в руках было (палавой хуй, кто не вкурсе).
Откинулся назад… натянул штаны.

- Пайдём пакурем? – спрашиваю.
- Пашли канешна, сынок.

Свет ... мама мамы вадега ... 56 лет ... ПАШШО … 23 года ... геронтофил хуеф.


© ПАШШО
Это сообщение отредактировал ПАШШО - 11 сен 2007 в 14:34