- Ну, эта Борисовна...- разочарованно протянул Денис. Толстяк, почти не дыша наблюдал за увлекательной сценой у бассейна. - На фига она влезла в самый неподходящий момент?!
- Сволочь, - подытожил Андрей и оторвался от бинокля, чтобы скрутить косячок. Сладковатый запах шмали окутал приятелей.
- Затянуться не хочешь? - предложил Андрей другу.
- Ты же прекрасно знаешь, что нет. Некурящие, к твоему сведенью, живут вдвое дольше заядлых курильщиков, - назидательно произнёс Денис.
- Типа, если бы я не курил, мне бы уже было пятьдесят? Да ты гонишь! - захохотал Андрей.
- Да ну тебя, - обиделся Денис, - лучше скажи как тебе моя Аленка, аппетитная, а?
- Точно! Аппетитная - как пончик, - саркастически ответил Андрей сосредоточенно рассматривая что-то в клубах дыма.
- Я имею в виду сексуальную аппетитность, - с досадой проворчал Денис и снова припал к трубе. - Блин, ей действительно нравиться сосаться Димоном!
- Да уж, если так пойдет и дальше, мне все же придется ставить ему ящик белой. Мы же с ним помазали на это дело, помнишь?
- Спрашиваешь! Я был свидетелем вашего пари, - не отрываясь от подзорной трубы сказал Денис, - Эй! Он ее куда-то потащил! Не может быть?! Бежим! Скорее!
- Куда? - удивился Андрей (травка уже начала действовать на скорость его соображения). Он вновь приставил бинокль к глазам и не хотел отрываться от открывшегося ему зрелища красивых ног.
- В ее спальню наверно, куда же еще! - воскликнул Денис и, схватив друга за руку, уверенно потащил его через погруженные в непроглядную тьму дебри сада.
- Тогда нам не туда надо! -- заметил Андрей.
- Ты думаешь, я не знаю собственного сада, да? - как можно более ироничнее усмехнулся сын хозяина дома.
Они пробирались сквозь густые кусты, между высокими деревьями. Андрей совсем перестал ориентироваться где они находятся - музыка доносилась откуда-то очень издалека, а в кустах стали мерещится чьи-то рогатые хари. Вдруг он наткнулся с разгона на остановившегося внезапно друга.
- Ты чего? - удивился Андрей.
- Тише! - зашипел толстяк и за руку заставил Андрей присесть на корточки.
Андрей расслышал впереди какие-то негромкие голоса, Денис уже осторожно пробирался туда.
Андрей подкрался к Денису и услышал тонкий девичий голос, произнесший со сладким придыханием:
- Liaukis (Перестань!)
- Kodėl? (Почему?) - раздался в ответ хрипловатый юношеский голос.
Разобрать, что происходит в густых кустах друзья не могли в сгустившихся сумерках, но слышно было отлично. Они переглянулись и тихонько хихикнули.
-Todėl! (Потому!) - безапелляционно заявил девичий голос.
- Kodėl - todėl? (Почему – потому?)- настаивал на ответе парень.
- Tiesiog aš nenoriu, kad tu man čia liestum. ( Я просто не хочу, чтобы ты меня тут трогал.)
- Kodėl? (Почему?)
- Todėl, kad aš taip pasakiau. (Потому, что я так сказала.)
- Galima aš tik ranką padėsiu? Ir nieko nedarysiu. (Можно я только руку положу? И ничего не сделаю.)
- Tikrai? (Точно?)
Prižadu. (Обещаю.)
- Na gerai... (Ну ладно...)
Друзья услышали девичье хихиканье и звуки поцелуев. И вдруг раздался возмущенный возглас девушки:
- Tu gi prižadėjai, kad nieko nedarysi! Kad tik ranką padėsi! (Ты же обещал, что ничего не будешь делать! Что только руку положишь!)
- Aš sumelavau, (Я соврал.) - хладнокровно признался парень.
- Bet vistiek, baik! (Но всё равно, хватит!)
- Kodėl? (Почему?)
- Todėl. (Потому.)
- Na pasakyk, kodėl? (Ну скажи, почему?)
- Todėl, kad aš nenoriu. (Потому что я не хочу.)
- Tau nepatinka? (Тебе не нравится?)
- Ne… Tiesiog nedaryk to. (Нет... Просто не делай этого.)
- Nedaryti ko? (Не делать чего?)
- Tu žinai apie ką aš. (Ты знаешь о чем я.)
- Ne, nežinau. (Нет, не знаю.)
- Na baik, nereikia. (Ну хватит, не надо.)
Друзьям надоело подслушивать эту мудотню, особенно на‑литовском, в котором, Денис был не очень силен. Они переглянулись, и Андрей кивнул. Денис поправил свои очки и, осторожно встав, вдруг кашлянул в кулак - громко и сердито, прямо как восставший из могилы Брежнев. И, грузно топая, направился к кустам.
Оттуда выскочила полуголая парочка и, натягивая штаны, сломя голову бросилась сквозь заросли кустарника в разные стороны. Андрей и Денис громко расхохотались и, в восторге, хлопнули друг друга по рукам.
В конце концов, они добрались до двухэтажного дома Дениса и подкрались к высоко расположенному окну комнаты Алены. Из окна лился теплый, ровный свет. Друзья, готовясь к задуманной шпионской акции, аккуратно сложили свою оптику у стены дома, чтобы не мешала.
- Давай, давай, становись! - Андрей уверенным движением взял друга за плечи и поставил раком, словно заправский гомик.
- А чего это ты первый?! - возмутился Денис, там же всё-таки моя сестра!
- Ну и что?! - удивился его приятель. - Там решается судьба моего ящика водки, должен же я проверить!
Денису пришлось смирился. Даже не сняв кроссовки, Андрей забрался на спину стоящего на четвереньках приятеля и дотянулся до подоконника.
- Ну что там? - нетерпеливо спросил снизу Денис.
- Ой... - только и смог произнести укуренный Андрей. - Ой, ты бля‑я‑я...
- Да что там? - чуть не крикнул Денис.
Ему было тяжело держать на спине своего дружка, к тому же мучило невыносимое любопытство. Перед глазами вставали эротические картины - одна заманчивее другой...
- Твоя Аленка... Она... - Андрей тяжело ворочая языком с трудом подбирал нужные слова, чтоб ненароком не обидеть друга.
Алена стояла посреди ярко освещенной комнаты перед Димой, и не отрывая от него влюбленного взгляда, медленно снимала мокрое, прилипшее к тугому белоснежному телу, тонкое праздничное платье.
- Что уже ебутся?! - Мелкие камешки впились в ладони и колени Дениса. Но боли он почти не ощущал - все мысли заслонило противоречивое желание приникнуть на мгновение к окну. Будучи знакомым, с женским телом лишь по Playboy'-евским фотографиям и неприличным японским картинкам Anime и Manga, его неудержимо тянуло увидеть таинство эротики и секса воочию.
- Она... - наконец горестно прошептал Андрей, - она раздевается... Прощай мой ящик...
Денис не выдержал накала страстей, и дрожа от возбуждения вскочил на ноги, забыв, что его друг едва держится за ненадежный подоконник, явно не рассчитанный на его вес. Андрей грохнулся на траву и застонал, потирая ушибленные ягодицы. Но Диня не стал заниматься страданиями приятеля, он торопливо поставил его на карачки и заглянул в манящее его заветное окно.
Действительность превзошла все его самые смелые ожидания. Розовые, почти просвечивающие трусики с игривой надписью в самом низу, где сходились ее полные ноги, и маленький пупок в центре выпуклого живота буквально ослепили его. Денис пошатнулся, чуть не свалившись со своего ненадежного постамента, и схватился за трубу, столь удачно проходящую прямо над окном.
Алена стянула, наконец, с головы, опостылевшее мокрое платье и шагнула навстречу дрожащему, то ли от купания в бассейне, то ли от страсти Димы, который тоже успел снять промокшую рубашку. Они были настолько поглощены друг другом, что ни малейшего внимания не обратили на странную возню за закрытым окном.
- Ну как тебе? - донесся до Дениса голос Андрея. - Здорово, видеть свою сестру голой, а?
- Надо же... - только и смог произнести Денис, широко распахнутыми глазами пожирая открывшуюся ему сцену: Дима подошел к Алене и стал стягивать с нее последний предмет ее абсолютно лишней сейчас одежды. Она обняла его двумя руками и нетерпеливо своими губами искала губы возлюбленного.
Если кто-нибудь исхитрился бы в этот момент сфотографировать лицо Дини, то потом, при разглядывании такой фотографии, тот долго смущался бы и сердился на самого себя: чуть не вывалившиеся из орбит жадно сверкающие глаза и широко раскрытый от восхищения рот - на редкость идиотский и глупый вид!
- Это еще что такое?! - вдруг донесся до поглощенного удивительным зрелищем Дениса строгий голос Янины Борисовны. - Денис!! Андрей!!!
Пьяная Янина стояла широко раздвинув ноги на присыпанной мелко битым кирпичом дорожке в позе полицая, заставшего вора на месте преступления.
Андрей, мгновенно протрезвев, вскочил, сразу забыв о друге и с криком "Шухер, менты!", бросился наутек, словно за ним гнались черти. Вспотевшие пальцы Дениса судорожно сжали предательски скользкий металл трубы, он повернул голову в сторону столь не во время появившейся их бывшей училки. Краем сознания Денис отметил звук поспешно удаляющихся прочь шагов Андрея.
- Как это понимать? - с металлом в голосе поинтересовалась учительница.
- А вам какое дело? - не скрывая своей злобы, спросил Денис.
Висеть на трубе, на фоне ярко освещенного окна было крайне неудобно, но он решил сыграть на наглости и не спрыгивать на землю. В конце концов школу он закончил, и даже сдал у этой дуры экзамен, так что даже при большом желании она не могла ему ничего сделать.
- Что... что ты тут делаешь? - немного растерявшись такой наглости, спросила училка.
"Ну и вопросик, - пронеслось в голове Дениса, - ничего глупее она придумать не могла?"
- Зарядкой занимаюсь, - издевательски ответил он и начал было подтягиваться на трубе, но так как весил он никак не меньше 90 кг, то труба жалобно скрипнула и оборвалась под его весом. Он повалился на землю и тут же встал на коленки, руками опершись о землю.
- Бедненький! - воскликнула учительница. - С тобой все в порядке?
Она оглянулась и заметила стоящую неподалеку изящную белую садовую скамеечку и повела пострадавшего к ней. "Ничего, все нормально," - простонал Денис. Янина Борисовна уселась на скамейку и совершенно случайно взгляд Дини уперся в ее далеко нестройные, волосатые ноги. После увиденного в окне это подействовало на него как холодный душ.
- Денис, ты подглядываешь за девочками в душе? -- неожиданно спросила учительница.
- Нет, нет, что вы - отрицательно замотал головой тот. -- Я сейчас только подтягивался!
Надо сказать, что Янина Борисовна была хуевым физиком, но хорошим педагогом, и несмотря на то что к своим пятидесяти двум она не смогла найти себе мужика, будучи не плохим психологом, с детьми она обращаться умела. Ее высоко ценили в школе и она прекрасно знала, сколько такта и терпения требуется для общения с такими вот вуайеристами - будь то мальчики, парни или старые педофилы вроде их учителя черчения.
- Я знаю, Денис, - мягко начала Борисовна воспитательную беседу, - это нормально для парней твоего возраста интересоваться девушками...
- Да... , - послушно сказал Денис, всем своим видом показывая, что воспринимает все сказанное ею, как слово Божье.
- Но ты, Денис, должен найти себе партнершу более подходящего тебе возраста. Как ты считаешь?
- Да... наверно...
Она встала и расправила ткань юбки. В неверном лунном свете и далеких отсветах светомузыки со своими растрепанными, для создания видимости большой шевелюры, волосами она показалась Денису воплощением ночной ведьмы-сукубба. Он встряхнул головой, чтобы прогнать нахлынувшее наваждение.
- Пойдем, - приглашающе сказала Янина Борисовна,- найдем какую-нибудь девушку, с которой ты сможешь потанцевать.
Денис выпрямился и попятился в противоположную сторону, чтобы не стать посмещищем всех присутствующих на вечеринке.
- Денис! - требовательно окликнула его Янина Борисовна.
Она сделала мягкий, но не терпящий пререканий жест, приглашающий его следовать за ней. Бедняга тяжко вздохнул и последовал за учительницей, словно все еще был ее учеником.
Он шел за Янина Борисовна по аккуратной садовой дорожке на предельно возможном, по его мнению, отдалении. Он хотел избежать сомнительного удовольствия прослушать ее воспитательную речь на темы морали, если вдруг у нее возникнет подобное желание. К тому же взгляд его случайно упал на ее широкие ягодицы, плавно двигающиеся при ходьбе под тугой материей фиолетового костюма, и в голову ему полезли всякие неприличные мысли.
Они вышли к бассейну, веселье было в самом разгаре. Ритмичная музыка против воли звала пуститься в пляс, и на Дениса вновь нахлынуло ощущение праздника. Чужого праздника.
Янина Борисовна взяла его за руку и стала внимательно рассматривать окружающих людей, выискивая, наверное, ему подходящую партнершу, но все девчонки были заняты. Денис радостно вздохнул и облегченно произнес:
- Видите, никого нет. Может я пойду?
- Но ты же хочешь потанцевать? -- скорее более утвердительно, чем вопросительно сказала Борисовна.
- Ну... я... э-э...
- Тогда в чем же дело? -- она ловко обхватив его одной рукой за спину, а другой за плечи, закружила его в вальсе.
"Все это пиздец!" -- промелькнуло в голове у Дениса. Он живо представил, как будут смеяться над ним его друзья, и от стыда чуть не провалился сквозь землю. На его счастье никто не смотрел в их сторону, и он немного начал приходить в себя. Борисовна же продолжала, как ни в чем небывало извиваться (наверно так она представляла себе танцы) под музыку, словно случайно касаясь Дениса то грудью, то ногами.
Денис скосил глаза на училку. Верхняя пуговка ее белой рубашки под фиолетовым пиджаком была расстегнута, и он увидел тонкую бретельку бюстгальтера и белую, давно не видевшую солнечного света, плоть ее груди. Взгляд его скользнул по такой близкой от его лица ложбинке, и он мысленно попытался представить, что же там дальше, - причем воображение его помимо его воли расползалось сразу в обе стороны от ложбинки: и на правую грудь, и на левую, затем сходилось и стремительно сбегало вниз к животу...
Тем временем страсти в Аленкиной спальне нарастали. Никем не потревоженная молодежь, нестесненная нормами ханжеской морали занималась тем, чем и должны заниматься двое молодых и здоровых людей после хорошей вечеринки. Однако в решающий момент Алена струсила и решила остановиться, но было уже поздно: Дима абсолютно перестал себя контролировать. Он задыхался от возбуждения, то покусывал зубами сосок, то нежно лизал его, чувствуя проступившие мурашки на груди своей партнерши. Его левая рука незаметно скользнула вниз по ее телу.
- Радость, - прошептал он ей на ушко, - прошу тебя, возьми в кулачок мой член, сожми его... Вот так! Еще, только сильнее!... Раздвинь-ка ножки!…
- Я боюсь…
- Не бойся, я просто хочу найти одну твою прелесть и потеребить ее пальчиком. Тебе это будет приятно. Ну, давай же!
Но девочка упрямо сжимала ноги, не позволяя даже одному его пальцу протиснуться туда. "Вот дура, - нервно подумал Дима, - ну, ты что? Ты что?" Но она неожиданно начала вырываться. Тогда он с силой прижал ее тело к себе:
- Солнышко мое, уже поздно отступать. Я слишком сильно хочу тебя. Ты же понимаешь, что я не могу сейчас остановиться? Понимаешь, да?... Не бойся, я буду очень нежен, я знаю, что ты девственница.
Ему удалось просунуть руку между ее ног, его пальцы тут же отыскали клитор и принялись настойчиво теребить его. Он пытался ее расслабить. И это ему удалось, потому что руки девочки безвольно опустились ему на плечи. Его член требовал ласки, он взял ее руку и вновь положил на него. Его рука легла поверху. Он заставлял ее сжимать свой член, все ускоряя и ускоряя темп. "Кайф-ф-ф", - процедил Дима сквозь зубы, когда сперма выстрелила как шампанское из бутылки. Он приподнялся и устроился между ее ног.
- Теперь - моя очередь. - сказал он, и, чувствуя ее сопротивление, добавил: - глупая, у тебя очень большой клитор, почему же ты не позволяешь мне полизать его? Я же чувствую, как он напрягается под моими пальцами.
Он уронил голову между ее ног и настойчиво засосал его, так, как младенец сосет соску.
- Приподними-ка попочку, моя радость, - Дима положил ей подушку под ягодицы, потом осторожно ввел палец во влагалище и чуть не вскрикнул от радости. Она - девственница! Девст‑вен‑ни‑ца! "Ты - прелесть!" - прошептал он, вновь нападая ртом на ее клитор, а руками разводя половинки ее сраки и отыскивая пальцем маленькую дырочку между ними, поглаживая и чуть надавливая на нее. Многим мужчинам стоило бы знать, что это тоже одна из эрогенных зон для многих женщин. Кто знает, как обстоят дела у этой девочки?... Он почувствовал, как ее анальное кольцо сжалось, а мягкая нежная попка невольно напряглась. Значит, ей нравится! Что ж, это заябись.
Подошло время, перейти к другой части дела.
- Будет немного больно, - прошептал он, целуя ее и не переставая теребить маленькую пуговку меж ее полных ляжек, - Ты потерпи, ладно?
- Я боюсь крови, - доверительно прошептала Алена.
- Но ведь не будет целого моря крови, нет. Будет только одна капелька. Я тебе обещаю. И немножко больно. Ты ведь потерпишь, да?... Я сделаю все очень осторожно.
Дима аккуратно развел ее половые губы, пытаясь протиснуть свой большой член между ними. Она судорожно оттолкнула его рукой и прогнула спинку:
- Больно!
- Ну, потерпи, потерпи, маленькая, - Димка больше не мог себя сдерживать, - не сжимайся, не надо, так будет еще хуже.
Он все сильнее и сильнее вращал задом, пытаясь пробить эту мешающее ему войти в нее перепонку, сдавливал руками ее ягодицы и уже не обращал внимания на ее протесты.
- Я уже сейчас кончу… Еще немножко потерпи… Еще чуть‑чуть!
Прорвался! Как хорошо! Он даже не успел вынуть член из её бедной пиздёнки. Он кончал, кончал!
- Мне больно! Больно! - вскрикнула Алена, и упав на него заплакала. Он вышел из нее:
- Уже все, моя милая, уже все, - и он нежно провел рукой по мокрым курчавым волосикам на ее лобке, - больно бывает только один раз. Дальше все будет хорошо. Ты только немного выжди, пока ранка заживет... Я пока не буду там трогать…
Он обнял её дрожащее тельце и прижал к себе, почувствовав, как она покорно обмякла в его объятиях. Спор был выигран.
Но ему хотелось большего. И он стал нежно гладить ее округлые плечи, вспотевшую от напряжения спину, и ласково шептать ей на ушко слова любви, пока уже‑не‑девочка не успокоилась после первоначального шока и не перестала плакать. Тогда он неожиданно спросил:
- Ты можешь мне сделать минет?
- А как это? - спростодушно ответила та.
- Я тебя научу, - с готовностью сказал Дима, не отрывая взгляда от ее пухлых и таких сладких губок, думая, как это должно быть прекрасно, когда они начнут поглощать его член в глубину ее теплого ротика, - ну, открой ротик! - и когда она открыла, тут же с готовностью запихал весь свой член по самые яйца ей в рот.
- Положи руку сюда на… на яички. Поласкай их, - Дима прикрыл глаза - язычком... головку..., - еле слышно выдавил он из себя, - Еще! Еще! - он стал ритмично вращать поросшим редкими волосами задом, не в силах больше себя сдерживать.
- Ну еще немножко глубже, - судорожно прохрипел он, доставая ей членом почти до глотки, - я уже скоро кончу... О-о-о-о! - вырвалось у него через несколько секунд и откинулся на спину перед этим напустив партнерше полный рот хуйной смятки. Толстушка послушно, хоть и с большими усилиями, проглотила густую сперму и расплывшись в смущенной улыбке ласково припала к партнеру. Свой экзамен она сдала на отлично.
Димой же овладело состояние полного блаженства и покоя. Не отвечая на больше на робкие ласки Алены он растянулся на смятой постели и провалиться в сон.
ПОСЛЕДНИЙ ЭКЗАМЕН., порно-псих рассказ з черным хумором
