Теория большого взрыва

Теория и практика преследовали меня с самого рождения. Тогда я и знать не знал, да и не особо хотелось, значение этих слов. Лишь по прошествии некоторого времени мне довелось понять их истинный смысл. Неоценимую помощь в постижении истины оказал двоюродный брат – генератор самых неожиданных идей.

У каждого теоретика должен быть свой практик. Иначе кто будет воплощать в жизнь самые причудливые игры разума? О братишка мой, братан! Каких только теорий не было в закромах твоего пытливого ума, практическое воплощение которых чудесным образом ложилось на плечи младшего брата. По велению судьбы младшим оказался я.

Но стоп. Давайте по порядку.

Брат появился на свет с шестилетним отрывом, что само по себе небыло критической форой, но существенно повышало его рейтинг в моих глазах. Пользовался он этим всегда виртуозно и без тени смущения. Не могу сказать, что практические опыты, рожденные причудливым мозгом моего гуру, доставляли мне удовольствие. Но выбора не было и я, словно стойкий оловянный, сносил все тяготы служения « мозгу злого гения».
Рука об руку мы проводили время в совместных праздниках, дачных поездках, пионерлагерях и других мероприятиях счастливого детства. Ни он, ни я не понимали значения слова « двоюродный», представляясь при знакомствах лишь гордым словом – брат. Чтобы подчеркнуть свою важность, он добавлял «мой младший».

Родители всегда назначали его ответственным главнокомандующим, и я каждый раз давал клятву слушаться старшего во всем. Беспрекословно.

Помню на какой-то семейный праздник, пока наши родители чинно восседали за столом, брат пнул меня в бок локтем и дал команду на выход. С загадочным видом, постоянно оглядываясь, он повел меня в ванную, включил воду как в фильме про шпионов ( чтобы никто не подслушал) и тихим шепотом сообщил :

- Совершенно случайно, по великому блату обменял на две жвачки чудо-эликсир , который даже из такого балбеса как ты сделает мечту всех девчонок и они прям штабелями будут падать к твоим ногам.
- Что, и даже Надька?! - затаив щенячий восторг спросил я
- Надька в первую очередь! - авторитетно заявил мой брат.

Тут уже мне было не до сомнений, потому что в моем детском сознании произошел переворот , как только я представил Надьку , падающую к моим ногам.
-А что нужно делать?- предательски пересохшим горлом прошептал я
-Не бзди малой, сейчас полью тебе на голову из пузырька!
-И все? А заклинания?
-Какие, нафиг, заклинания?! Не хочешь как хочешь!
Эта фраза, словно заклинание, словно убегающий поезд под названием Шанс ,всегда действовала безотказно. Я решительно подставил голову, отрезав коротко и сухо:
- Лей!

В теории два пузырька перекиси водорода смогли бы превратить меня в мечту всех девочек. На практике получилось не все так радужно. Вернее слишком радужно.
В этом я убедился очень скоро, когда с блаженной улыбкой предстал во всей красе пред онемевшей на миг родней. Взрослые по достоинству оценили пятна на моей преобразившейся шевелюре. Брат был вознагражден тут же, а я с триумфом отправлен к парикмахеру. Под ахи-вздохи мамы, пергидрольная (как я в тот момент) тетка привела меня в надлежащий вид. Бесцеремонно удалив все следы чудо–воды.

Теория брата подтвердилась: я стал центром внимания! Сколько новых прозвищ, от Фантомаса до Тифозного, приклеилось ко мне во дворе. Даже Надька, захлебываясь от смеха, назвала меня Шалтай–Болтаем. Брат не обманул – минута славы длилась вечность.

Продолжу о практике.
Моим первым домашним питомцем был хомяк Сеня. По теории брата этот пушистый набор щек и лап имел все шансы превратиться в цирковую звезду с помощью дрессировки. Мысль мне не очень нравилась, Семёну грезилось совсем другое будущее - полет в космос. Если есть космонавты собаки, то чем мой друг хуже? Брат моментально оценил все перспективы астронавтики. В его светлой голове теоретика тут же родился великолепный и обоснованный, как мне казалось, план.

Следуя ему Сеня, как все нормальные космонавты, должен был пройти предварительную подготовку на Земле. Не трудно представить какие муки и перегрузки испытал бедный кандидат в будущие герои страны. Одна только центрифуга маминой стиральной машинки стоила мне трехчасового изучения обоев. Я изнывал от нетерпения , пытаясь угадать: что сейчас происходит внутри ?
Когда программа предполётной подготовки подошла к концу, я с трепетом и дрожью в руках, открыл дверцу. Раньше, до мини – полета, Сеня был трудноуловим. Теперь курсант Хомушкин подозрительно равнодушно отнесся к приближению руки. Даже не пошевелился и не пытался меня укусить. Он просто лежал и не дышал.

Страшная догадка ударила голову и ощущение чего-то непоправимого заставило задрожать мой организм в рыданиях. Прибежавший брат сходу оценил ситуацию и не стал меня успокаивать, а отвесил подзатыльник и деловито сказал :
-Не бзди, малой ! Мы его спасем!
- Правда? - с надеждой пролепетал я, веря в своего гуру как никогда.
- Беги в сарай и тащи сюда насос!
-Зачем? Папка ругаться будет!
- Тащи!

Цепляя сандалиями все что можно, я мчал на всех парах к сараю, в котором хранились все отцовские сокровища: от резиновой лодки до непонятного механизма под брезентом. Мне был необходим насос-груша. Я нашел его в пять секунд и галопом помчался назад, к бездыханному телу «меньшего брата по разуму». Представшая передо мной картина повергла в еще более шоковое состояние : « гуру» в мамином халате , белой бабушкиной косынке , в огородных перчатках деда , и в папиных очках склонился над простыней, видимо сорванной с веревки , с серьёзным видом рассматривал тело хомо-космонавта.

-Давай сюда! - Трясущимися ручонками я передал ему насос, трубка от которого была немедленно вставлена в рот Сене.
-Качай!

Я качал стараясь изо всех сил! Понимая, что только от моих усилий зависит жизнь бедного животного. Брат придерживал шланг и отдавал четкие приказы :
- Еще! Давай! Жми, доходяга!
И я жал, жал , жал...Пока тельце несчастного хомяка не раздулось до размеров крупного апельсина.

Хлопка я не слышал. В один момент мамин халат и бабушкина косынка окрасились в красный цвет, а стекла папиных очков и мое лицо были забрызганы непонятными кусочками. Брата тошнило мне под ноги. Его выпученные глаза слезились, а руки дрожали. Я ясно увидел разницу между теорией и практикой «большого взрыва». Некий высший Разум отвесил мне подзатыльник и я понял, что потерял веру в своего теоретика.

© Айс
Это сообщение отредактировал ZM87 - 8 июл 2016 в 12:53

Рассказ мемориальный если что.