Каникулы археологов

от автора - Второй том дипломки закончен, осталось только упросить администрацию упорядочить главы, а то читать неудобно. Кому надо ссылка тут - https://www.yaplakal.com/forum6/topic2889544.html?hl=

В честь лета и отпуска вот ещё одна история. Может кому даже зайдёт. Чисто поржать ни на какую графоманию не претендую.
---------------------

В купе вагона сидели и ждали отправки два молодых человека. Вернее, двое мужчин. «Молодыми людьми» их обозвала проводница, предложившая пассажирам чаю и бельё. При этом она кокетливо улыбнулась одному из них: брюнету с длинными волосами, собранными на затылке в небольшой конский хвост. На это тот ей подмигнул и уточнил время отправки. Интересный мужчина. Спортивный. А вот тот, второй, ей не понравился. Тот, который светленький, с грязными волосами. Скорбное лицо, разговаривает тихо, и очки на носу такие противные. Хоть бы голову помыл, что ли? И траурная кайма под ногтями... Фу! Убила бы, честное слово! Чем-то на Шурика похож из «Кавказской пленницы», но на такого, который неделю был в запое, а опосля спохватился и напялил на себя мятую, неглаженную одежду. И вот что странно — похож этот тип на ботаника или на другого какого человека умственного труда; из тех, которые женщину только из окна-то и видели, а в жизни не рискнут даже за титьку помять, но глаза, при этом, у него бляцкие. Уж такие бляцкие, что взглянуть тошно. Мерзкий тип. Маньяк вылитый! К такому лучше близко не подходить. Хорошо, что он не отсвечивает. Как место занял, так сразу в книжку какую-то и уставился. Рожи в неё так и корчит. Противно — аж спасу нет. А вот с брюнетом можно бы и перекинуться парой слов, мало ли? Ну ничего, время будет. Им вместе ехать двое суток в одном вагоне.

Пользуясь временной заминкой (некая семья, погрузившись в вагон в количестве дюжины человек, устроила затор и шумно ссорилась, обсуждая, кто в каком купе будет ехать), она изловчилась принести чай с печеньками молодым людям и с удовольствием выслушала слова благодарности от брюнета:

— Спасибо, мадам. Очень признательны.

— Мадмуазель, — старательно краснея, поправила его проводница и намекнула: — с прошлого года, как снова мадмуазель. Одна, одинокая, как берёзка в поле.

— Спасибо, учту, — также с явным намёком поклонился брюнет.

Едва проводница закрыла дверь, как улыбка его угасла. Он с тревогой посмотрел на своего соседа, который при появлении проводницы даже не соизволил поднять головы. Сидел и читал, судя по выражению лица, очень старательно.

— Может, чаю, Валерочка? — заботливо предложил брюнет.

— Тамбовский волк тебе Валерочка, — не поднимая глаз, спокойным голосом ответил очкарик.

— Да я ничего с ней не планировал. Я же вижу, что у неё сифилис. Просто поулыбались друг дружке. Мало ли? Обычная вежливость. Проводник — друг человека.

— Ха, ха, ха, — голосом робота Вертера засмеялся очкарик.

— Может, ещё антидепрессантов? — с тревогой в голосе предложил брюнет и, не дожидаясь ответа, засуетился. Вытащил из сумки, лежавшей от него справа, и поставил на стол бутылку газировки, а к ней добавил два пузырька с зелёными и красными пилюлями.

— Зелёные, чтобы полегче, а красные, чтобы уехать... Там какая дозировка? Не помнишь? Ладно, сыпану по горсточке разных, — размышлял вслух брюнет.

— Не надейся, я на отходняке тебя выхлестну. Радуйся, что я пока добрый и спокойный, — посоветовал очкарик тихим голосом и, отодвинув занавеску, задумчиво посмотрел в окно.

— Ой. Действительно, лучше бы ты кричал, как-то привычнее, что ли? — согласился брюнет. — А то, когда ты тихий, мне почему-то боязно. И из теней мерещится всякое. Мне кажется, за стенкой кого-то убивают?

Он прислушался к громким крикам и визгам, доносившимся из соседнего купе.

— Нет. Это пассажиры с детьми. Будут тебя пинать ногами и угрожать через стеночку. Я очень рад. Если они ещё вилкой тебя ткнут и достанут, то я им шоколадок куплю, — тихо пообещал очкарик.

— Валер, ну не злись! — взмолился брюнет. — Я не специально. Купе оплачено. Гостиница тоже. Отдохнёшь, как человек, на пляже и придёшь в себя.

— Да я, Денисочка, совсем не злюсь. Подумаешь, машину разбил. Подумаешь, ерунда какая? Как вспомню, у меня до сих пор красные круги перед глазами... Проклял бы тебя, но ты слишком юркий. Потом... что-нибудь придумаю. Кстати, если номер мой будет без кондиционера, я тебе прямо там нож в спину... хорошо? — смиренно улыбнулся тот, которого брюнет называл Валерой.

— Я тебе клянусь! Номер люкс с кондиционером! — пообещал Денис. — Всё включено: СПА, массаж, конкурсы разные.

— Ох, чего-то моё сердце тебе не верит. Подвывает тихонечко и скулит. Я-то тебе верю, а оно нет. Я ведь помню одну твою гостиницу, где меня тараканы с дивана выгнали. Забыл, да? Как я всю ночь простынёй комаров убивал? Как у меня от борща с ветками, которые повара называли капустой, гастрит случился? Это у меня-то? М-да. Очень хотелось бы тебе верить, но пока сам не увижу, сам понимаешь, — тихо сказал Валера.

— Ты тогда сказал: «сэкономить». Вот я и взял три звезды, — как бы оправдываясь, отвечал брюнет.

— Деня, три звезды и три стены у гостиницы — это не одно и то же. Стен должно быть четыре! И это минимум, запомни, пожалуйста, — вздохнул Валера. Он понюхал чай, поморщился и снова углубился в чтение.

— Хорошо хоть в купе одни будем ехать. Не мог СВ заказать? — буркнул он через пару минут. — Верно люди говорят: пошли Дениску за двумя билетами, так он один и принесёт.

При этих словах вежливый брюнет занервничал ещё сильнее. Он вдруг вспомнил один момент, про который забыл рассказать своему другу. Открыл было рот, чтобы честно сознаться, но не успел. Этот момент сам ворвался в купе.

— О! Компания! А я переживал, что один поеду. Здорово, пацаны! Я — Леха! Чё застыли? Моя койка — верхняя!

Валера и Денис действительно застыли. Денис — от страха, а Валера — от лютой злобы. В купе зашёл... да просто вломился, толстый, лысый мужик с красным лицом и двумя чемоданами. Он был в серой, промокшей от пота майке с надписью «sex killer», в панаме и коротких малиновых шортах. По синим наколкам на его голых волосатых руках можно было легко прочитать всю его биографию: где служил, кого любил и всякие разные бытовые подвиги.

— Я только что с вахты, от своих отстал. Всё, думал — хана! А тут вы! — громким голосом рассказывал мужик, укладывая багаж. — Ну, ничё. Доедем. Не в первый раз. Ща, я... Там кто едет?

Он указал на другую верхнюю полку.

— Не знаем. У нас нижние, — ответил Денис.

— Вот и круто! Деньги есть, пацаны. Леха заработал. Ща я это место выкуплю и спокойненько поедем втроём. На троих лучше соображается, верно? Нате пока, понюхайте, а я щас!

Он бухнул на стол бутылку коньяка и куда-то убежал.

Валера шмыгнул носом и внимательно посмотрел на товарища. А тот, вместо ответа, сгрёб со стола все пилюли и быстренько проглотил. Валера всё так же молча подал Денису бутылку воды, а сам неторопливо изучил коньяк. Потом спросил:

— Ты понимаешь, что ты наделал?

— Я сейчас же от него избавлюсь, — поспешно ответил Денис, закашлялся и снова присосался к минералке. Антидепрессанты оказались очень горькими.

— Нет, ты его не тронешь. Я тебе запрещаю, а тебе самому проявлять инициативу — религия не позволяет, — тихо, но с угрозой в голосе сказал Валера.

— Но это же шумный, опасный попутчик, — возразил Денис.

— Вот именно, поэтому он и останется. Ты что, не слышал? Это же — Леха! С этого момента он — мой новый, лучший друг и твоё наказание на всю поездку. Ты не переживай, главное. За всё уплочено.

— Не понял?

— А чего тут понимать? Леха будет спать над тобой и часто бегать в туалет, создавая тебе всякие неудобства. Он будет часто и много пить пиво, да что там пиво? Водку, самогон, коньяк и на закуску спирт — вот как весело будет! А ещё самая жирная еда в вагоне-ресторане и закусывать её мы будем пирожками на каждой станции. Ты чуешь? Нет, ты ещё почуешь ветра перемен, которые он будет пускать, попёрдывая во сне с верхней полки. А храпеть он будет громче всех в поезде. Просто потрясающий друг, я всегда мечтал о такой компании.

— Бля! — простонал Денис, осознав масштабы проблемы.

— Но тем не менее, это мой лучший друг. А знаешь почему? — продолжал Валера. — Он во всём лучше тебя. Он выкупил место, которое должен был выкупить ты. Я тебе что, зараза, сказал? СВ! Две несчастные буквы не мог запомнить?

— СВ не было. Сказали: купе почти такое же, и нижние полки, — пискнул Денис.

— А зачем ты взял?

— Тебя побоялся.

— Правильно побоялся и неправильно поступил. Впрочем, Леха — прекрасный подарок для моего отдыха. Спасибо, Денис. Теперь не ты места выкупил, а он. Не ты сифилис на юга привезёшь, а он. Я отсюда слышу, как он чмокает проводницу в ухо, предлагает ей деньги и обещает показать ей небо в алмазах. Он по всем параметрам уделал тебя, Дениска. Проводница, песни, пьяные драки, блевать в окно будем хором. Я просто счастлив…

Последние слова Валера произнёс таким зловещим шёпотом, что даже у повидавшего всякое Дениса мороз пробежал по коже. Он представил себя мёртвым с торчащим топором в голове. Да нет, глупости. Какой топор? Тут не развернуться. Но лучше острые предметы всё-таки спрятать. Неизвестно, что опять звякнет в голове у этого психа.

И Валера снова подтвердил его опасения. Он открыл окно и, не раздумывая, выбросил чужую бутылку.

— Ты чего? — не на шутку испугался Денис.

— Мой друг Леха не будет пить эту гадость, купленную у молдаван, представившихся ему армянами, — объявил Валера и достал из своей сумки другую бутылку с кривым горлышком.

— Эй, кто там бухлом бросается? — крикнули за окном.

Валера промолчал. Пришлось отдуваться Денису.

— Извините! У нас больше нет! — крикнул он какому-то железнодорожнику в оранжевом жилете.

— Да без проблем Мы себе её заберём. Ладушки? — откликнулся железнодорожник и показал совершенно целую бутылку.

— Она не наша, — виновато сказал Денис.

— Была ваша — стала наша! Хорошей поездки! — не расслышав, махнул рукой железнодорожник.

Денис пожал плечами и закрыл окно.

— Вот, — тихо сказал Валера, — совершенно посторонние люди желают нам хорошей поездки, и какой из этого вывод? Всё кругом лучше тебя, Денис. Любой, даже самый незнакомый. А ведь я ему мог в лоб прицелиться.

— А тебя никто не просил все наши деньги в ремонт вбухивать! — неожиданно обиделся Денис. — Хватило бы и автосервиса. Зачем специалистов из Японии заказал? Чё они, лучше, что ли?

Валера посмотрел на него совершенно пустым взглядом, хотел было что-то сказать, но передумал и опустил глаза в книгу.

— Два миллиона на ремонт «Япоши» и плюс командировочные — почти три получается. Все деньги за год! — продолжал храбриться Денис.

— Антидепрессанты не действуют? — спокойным голосом поинтересовался Валера.

— Да!

— Деня, «Япоша» — наш друг. Если бы ты помирал с оторванной жопой, я бы для тебя тоже два миллиона не пожалел. Ты лучше не провоцируй меня, а то так тебе по харе дать хочется, просто невыносимо, — пробормотал очкарик.

Денис тяжело вздохнул и, достав из всё той же сумки под ногами mp3-плеер, воткнул в уши наушники и попытался расслабиться под тяжёлый металл. Он успел послушать только один трек AC/DC. Загремела дверь, и в купе снова появился Лёха.

— А вот и я, дорогие мои детишечки! — громогласно объявил он. — Всё утрясено. За всё уплочено! Проводница, ца-ца, обещала шашлык. Ха-ха, шучу!

Он рухнул на нижнюю полку и панибратски толкнул плечом Дениса.

— Как звать?

— Денис.

— А ты? — Лёха кивнул Валере.

— Валерий Васильевич, — тихо ответил тот.

— Ого, какой серьёзный! Студенты?

— Археологи, — бесцветным голосом ответил Валера, — на раскопки едем.

— Да ладно? Выглядишь больно тощим. И как вам, щас, науке? Нормально башляют? Хватает на консервы?

— Хватает, мы не жалуемся.

— И сколько платят, если не секрет? — поинтересовался Лёха.

— В зависимости от того, какой грунт.

Валерин голос нагонял тоску и уныние. Вахтовик почувствовал себя не в своей тарелке. Ему показалось, что разговор не клеится.

— Да что ты такой грустный! Веселей! Чё читаем? — Лёха бесцеремонно перевернул Валерину книгу.

— «Молот ведьм»... Хм... Парнуха?

— В основном, но про шашлыки там тоже упоминается, — натянуто улыбнулся Валера и нехорошо глянул на своего товарища.

Лёха обнаружил пропажу своей бутылки и уставился на новую:

— Так, стопэ! А где мой бухич? Где бутылка?

— Она нечаянно разбилось, поэтому в качестве извинений предлагаем вам другое пойло. Подарок от нашего ректора, — ответил Валера.

Лёха недоверчиво покрутил бутылку в руках, прочитал этикетку.

— Ар…маньяк? Че за маньяк? Нормальный? Пацаны, я фуфло не уважаю!

— Необычайно вкусный и дорогой. Я вам больше скажу, уважаемый Лёха: ректор плакал, когда расставался с ним, — Валере было очень трудно улыбаться из-за лекарств, но он постарался изобразить самую душевную улыбку. От этой улыбки Денис едва не залез под стол, но их попутчик этого, кажется, не заметил.

— А, уважаю. Ну, тогда... Тогда чего? За знакомство попробуем?

— Разумеется, — кивнул Валера и уже более строгим голосом приказал: — Деня, чай нужно выпить!

Денис безропотно выпил весь чай — сначала из одного, а потом из другого стакана.

— Он пропустит, — как бы извиняясь за товарища, сообщил Валера, — а мы выпьем. Первую — по половинке.

Лёха разлил коньяк. Денис извинился и побежал за третьим стаканом. Не то чтобы он хотел пить вместе с ними, но коньяк действительно был дорогой. Валера собирался выпить его на пляже, созерцая закат. Если пустить всё на самотёк, эти двое выжрут такую вкусноту в две минуты. И так ясно, что Лёха не дурак выпить, и одной бутылкой дело не кончится. Тут надо держать ухо востро.

В этот момент поезд тронулся и медленно начал набирать скорость.

Лёха и Валера чокнулись стаканами и выпили.

— О! Вот это да. Какой мягкий! — удивился Лёха, разглядывая опустевший стакан. — Шоколадкой не пахнет, лимону не хочется... Чем бы закусить? Неудобно как-то.

— Неважно, — улыбнулся ему Валера, почувствовавший, как его потихоньку отпускает действие препаратов. — Всё это неважно. Любые неудобства можно запить коньяком. Главное, чтобы он был, а кончится — у меня в рюкзаке ещё есть бутылка.