Воспоминания чекиста - это было на самом деле.

[ Версия для печати ]
Добавить в Facebook Добавить в Twitter Добавить в Вконтакте Добавить в Одноклассники
Страницы: (2) [1] 2   К последнему непрочитанному [ ОТВЕТИТЬ ] [ НОВАЯ ТЕМА ]
xyxy
25.02.2018 - 17:50
Статус: Offline


Приколист

Регистрация: 25.01.13
Сообщений: 322
135
Замечательный человек, некто Михайлов М., - понятно, что это псевдоним, его настоящее имя - Михаил Михайлович М. - рассказал нам такую историю

" Михаил Михайлов. Операция «Краб»

Сержант Андреев и рядовой Кузнецов медленно продвигались вдоль контрольно-следовой полосы. Татарский пролив был спокойным, волны тихо накатывались на отлогий берег. Был третий час ночи — время, когда, казалось, природа крепко заснула после долгого летнего дня.

Дойдя до конечного пункта маршрута и не обнаружив признаков нарушения границы, пограничники доложили об этом на заставу и отправились в обратный путь, по-прежнему внимательно осматривая все по сторонам и до предела напрягая слух.

Вдруг Андреев остановился:

— Тихо! Смотри в море! Что-нибудь видишь? Бледный свет лунного серпа и холодное мерцание звезд

чуть-чуть освещали морскую гладь, но Кузнецов ничего пе заметил.

— Смотри правее! Видишь черное пятно на воде?

— Вижу, товарищ сержант.

— Доска или труп большой рыбы, а может… — проговорил Андреев.

Предмет медленно приближался к берегу.

«Нарушитель!» — уверенно подумал Андреев. По-пластунски он отполз назад, к камню, за которым залег Кузнецов.

К берегу приближался плотик, на котором лицом вниз лежал человек. Он греб миниатюрными веслами, похожими на ракетки для настольного тенниса. На голове его был надет островерхий капюшон.

— Слушай мою команду, — сказал Андреев. — Ничем не выдавать себя. Когда нарушитель выйдет на берег, я пойду на него, а ты прикрывай меня. Нарушителя надо взять живым!

— Так точно, товарищ сержант!

Менаду тем плотик достиг берега. Не заметив ничего подозрительного, человек соскользнул в воду. На нем был надет комбинезон.

— Стой, руки вверх! — резко крикнул Андреев и выскочил из-за камня.

Нарушитель нехотя поднял вверх руки. Андреев подошел к неизвестному:

— Кто такой?

— Я местный житель, из поселка…

— Что вы здесь делаете?

— Решил воспользоваться хорошей погодой и поплавать по морю.

— Почему вышли в море, пе поставив в известноеjb пограничников?

Неизвестный замешкался с ответом.

— Что прячете под комбинезоном?

— Ничего.

Андреев ощупал грудь ночного гостя и, расстегнув «молнию», извлек пистолет «ТТ».

— А это что?

— Я прошу вас отвести меня как можно скорее к вашему начальству, — взволнованно проговорил неизвестный. — Я хочу дать важные показания.

— У вас есть еще оружие?

— Есть газовый пистолет и охотничий нож, но они в рюкзаке.

Захватив рюкзак и резиновый надувной плотик, пограничники отконвоировали ночного гостя на заставу.

Позвонил начальник управления.

— Михаил Иванович, на берегу Сахалина задержан нарушитель границы. Имеет при себе портативную радиостанцию, шифроблокноты и оружие. При опросе назвал себя иностранным разведчиком, направленным на Сахалин со шпионским заданием. Поезжайте и разберитесь. С собой возьмите капитана Павлова. Он опытный радист и будет вам хорошим помощником.

Валуев положил телефонную трубку. Зоя с тревогой смотрела на него. Она привыкла к ночным звонкам, неожиданным отъездам мужа, но привычка не могла исключить тревогу.

— Уезжаешь? — спросила она только. — Прошу тебя, будь осторожнее.

— Не беспокойся, все будет хорошо. За окном раздался сигнал автомобиля.

В штабе пограничного отряда чекистов встретил дежурный офицер и проводил в кабинет начальника.

— Вот полюбуйтесь, — сказал начальник отряда полковник Богатов.

На столе было аккуратно разложено все снаряжение задержанного. Малогабаритная радиостанция, комплект сухих батарей, блокноты для зашифровки и расшифровки радиограмм, кодовая таблица. Рядом лежал пистолет «ТТ» и патроны. Банки с консервами, ложка, вилка и среднего размера охотничий нож. Бутылка московской водки. Какие-то таблетки. Карта южной половины острова Сахалина и газета «Правда» недельной давности. Пачка советских денег. Паспорт. На стуле висел водонепроницаемый комбинезон, а к стене был прислонен надувной матрац-плотик. Радиостанция не представляла никакого интереса — аналогичные довольно часто использовались в подобных случаях, а вот «авторучка» крупного размера оказалась не авторучкой, а газовым пистолетом, стреляющим слезоточивым газом. Вторая «авторучка» представляла собой миниатюрный электрический фонарик с лампочкой на конце. И только третья была обыкновенной.

Офицеры приступили к допросу задержанного.

2

Военнослужащий Сорокин случайно встретил довоенного знакомого. Когда-то они вместе ограбили ларек, и все закончилось благополучно. «Кореш» затащил к себе, выпили за встречу и за то, что не погибли в войну.

— Что-то наград не видно на твоей гимнастерке, — заметил «кореш», — не в штрафниках ли был?

— Нет, бог миловал, — усмехнулся Сорокин. — Я на передовой, так получилось, не был. После 1944 года в тылу шоферил.

При следующей встрече «кореш» познакомил Сорокина с друзьями. Разговор был откровенный — Сорокину предложили принять участие в ограблении квартиры командира части, в которой служил Сорокин. От него требовались «наводка» и уточнение распорядка рабочего дня полковника. Не раздумывая, Сорокин согласился. Это не составило для него особого труда — он, как шофер, неоднократно подвозил полковника домой.

Через несколько дней Сорокину предложили принять участие в ограблении церкви. Нужен был автомобиль, чтобы вывезти награбленное. Сорокин согласился. Ссылаясь на необходимость отвезти в деревню больную тетку, он получил разрешение на использование закрепленного за ним «студебеккера» и увольнительную до 24 часов. С дежурным по гаражу договорился, чтобы тот не поднимал шум, если задержится немного.

Ночью подъехали к деревне, остановились на окраине. Отмычками открыли церковную дверь и проникли в алтарь. Забрали серебряные кубки, пенную утварь, сложили все в мешки и отнесли в автомашину. Сорокин отвез все в город, на «хазу».

Эта кража благополучно не закончилась. Кто-то из жителей села видел стоявший на окраине военный «студебеккер». Проверка показала, что Сорокин вернулся на поездки не в 24, а в 3 часа ночи. На допросе Сорокин утверждал, что возил больную тетку в деревню, в другие села не заезжал. Объяснения Сорокина требовали проверки, а за опоздание из увольнения его посадили на гауптвахту, Сорокин понял, что ложь его будет раскрыта, суд неминуем. Воспользовавшись тем, что его вывели для хозяйственных работ во двор, он, улучив удобный момент, перемахнул через забор.

Дружки дали ему гражданскую одежду, снабдили деньгами и крадеными документами, и ночью он покинул город. Несколько дней он ездил из одного места в другое. Наконец, нервы не выдержали, и Сорокин решил бежать за границу. О том, что ждет его на чужбине, он не задумывался. Ему казалось, что профессия шофера позволит найти работу в любой стране.

Полиция задержала его километрах в десяти от границы. На допросе в жандармерии он назвался Журавлевым и утверждал, что дезертировал из Красной Армии, так как избил офицера, который в пьяном виде приставал к его подруге.

На свободу его не выпустили. Тюрьму сменил лагерь перемещенных лиц, здесь он встретил подобных себе изменников Родины, бежавших из СССР по разным причинам. Поговорив с ними, убедился, что это ничтожные, завистливые люди, готовые за кусок хлеба пойти на любое преступление. Он не стал раскрываться перед ними.

Через несколько лет его выпустили на волю. Голодный и обтрепанный, бродил он по городу в поисках заработка.

На городском базаре ему повезло: встретил выходца из России, владельца маленького магазина. Тот устроил его рабочим на базаре. Нашлась и крыша над головой— базарная ночлежка. Сорокин воспрянул духом. Спустя некоторое время эмигрант познакомил его с представителем иностранной торговой фирмы, с которой имел деловые отношения. Алекс — так звали иностранца — довольно сносно говорил по-русски.

В течение трех дней он расспрашивал Сорокина о его жизни в СССР. Сорокин твердо придерживался своей версии и врал Алексу не моргнув глазом. Он понимал, что им заинтересовалась какая-то разведка. Алекс предложил ему ехать в столицу. На следующий день, простившись с эмигрантом, Сорокин отправился в путь.

Алекс устроил Сорокина рабочим в частную авторемонтную мастерскую. Жил Сорокин при мастерской вместе с механиком. Тот был рослый, флегматичный, средних лет мужчина, немного говоривший по-русски и по-английски. Вскоре Сорокин понял, что он находится под наблюдением механика.

При встречах Алекс возвращался к жизни Сорокина в Советском Союзе и обстоятельствах его бегства за границу. Кроме устных бесед, требовал, чтобы Сорокин все изложил на бумаге.

Алекс ставил вопросы прямо: имел ли Сорокин связи с советской разведкой и не по ее ли заданию прибыл за кордон? Расспрашивал и требовал письменных подробностей о всех известных Сорокину офицерах Советской Армии, о личных знакомых. Помимо этого, Алекс давал задания по изучению некоторых лиц, с которыми встречался Сорокин в мастерской. Первым таким объектом изучения, к глубокому удивлению Сорокина, оказался механик.

Сорокин был неглупым человеком, обладал хорошей памятью, быстрой реакцией, физической силой и выносливостью. Умел неплохо рисовать, любил художественную литературу и шахматы. Оп умел скрывать то, что, по его мнению, не следовало знать Алексу.

На очередной встрече Алекс дружески хлопнул Сорокина по плечу.

— Ну, парень, как это по-русски… Кончай отдыхать. Мы хотим сделать тебе предложение работать в разведке. Согласен?

— Не знаю, сумею ли я?

— Ты будешь хорошо жить, будешь обеспеченным человеком, — продолжал Алекс. — Наша разведка работает во всех странах. И где бы ты ни был, на твой счет в банке ежемесячно будут поступать деньги. Мы убедились, что ты не связан с Советами и говоришь правду. Я уверен, что ты будешь хорошим разведчиком. Но сначала ты пройдешь курс обучения. Согласен?

Сорокину не хотелось идти в разведывательную школу. Он понимал, что после обучения его забросят в Советский Союз, а это грозило большими неприятностями. Но если он откажется от предложения Алекса, его немедленно вышвырнут на улицу. Он хорошо помнил жизнь в лагере перемещенных лиц и мытарства до встречи с Алексом и отчетливо представлял ситуацию, в которую может попасть.

— Благодарю за предложение и доверие, — сказал Сорокин.

— О'кэй! Я так и думал. Теперь нам надо соблюсти некоторые формальности.

Алекс протянул Сорокину заранее заготовленное письменное обязательство, в котором говорилось, что он будет честно служить разведке. Сорокин подписал его.

— Вот и весь обряд, — засмеялся Алекс.

Алекс рассказал, что разведывательная школа находится в Западной Германии, близ Мюнхена. Там Сорокин будет не один, и никто не должен знать его настоящую фамилию. («А ее никто и не знает», — мелькнуло в сознании Сорокина.) В Мюнхен он полетит сегодня же вечером в сопровождении представителя школы.

В этот день они здорово выпили за будущие успехи Сорокина.

3

Школа разведки располагалась в семидесяти километрах от Мюнхена, в живописном городке Б. в большом трехэтажном особняке.

Ученики школы набирались из предателей, изменников и разного рода отщепенцев, оказавшихся после второй мировой войны на чужой территории. Среди них были полицаи, власовцы, перебежчики, воры и спекулянты. Преподаватели были под стать ученикам: предатели, власовцы. Руководители школы — кадровые разведчики.

В школе был установлен строгий режим. Каждому курсанту присваивалась кличка.

Прежде чем допустить Сорокина к занятиям, его подвергли проверке на «детекторе лжи» — специальном аппарате, регистрирующем самые незначительные изменения функций организма, которые возникают от волнения у испытуемых, если они лгут. Однако у Сорокина были крепкие нервы. Он твердо придерживался своей версии и уверенно отвечал «да» или «нет» на все поставленные вопросы.

Сорокину объявили, что после обучения он один или в составе группы будет заброшен в Советский Союз. Сорокин понял, что мосты сожжены и путей отступления у него теперь нет.

Срок обучения — год. Программа обширная. Методы сбора военной, политической и экономической информации. Диверсионная подготовка. Радиодело, фотографирование. Агентурная и следственная работа. Прыжки с парашютом. Стрельба из карабинов и пистолетов. Физическая подготовка. Политические занятия.

Весь день учеба с утра и до позднего вечера. По воскресеньям «курсантов» возили в Мюнхен развлекаться. Бары, женщины, пьянство и разврат — это тоже входило в программу.

Сорокин увлекся радиоделом. Работа на ключе у него спорилась. Он овладел искусством зашифровки и дешифровки радиограмм. Будучи физически сильным и ловким, успешно прыгал с парашютом и отлично стрелял. Кроме того, хорошо плавал и долго мог находиться под водой. Вскоре он стал одним из наиболее успевающих «курсантов».

Через шесть месяцев Сорокина вызвал начальник школы.

— Мы довольны вами, Кларк (такая кличка была присвоена Сорокину). Вы проявили похвальное прилежание и большие способности. Как себя чувствуете?

— Отлично, шеф!

— Дальнейшая ваша подготовка будет проходить по-иному, — продолжал начальник школы. — Вы отправляетесь за океан. Надеюсь, что жизнь там вам понравится больше. — Начальник школы изобразил улыбку.

— Благодарю, шеф, — ответил Сорокин.

— О нашем разговоре никто не должен знать.

Сорокин никому не сказал об отъезде из школы. Он знал, что его исчезновение не вызовет удивления среди «курсантов». К этому привыкли.

Перелет из Мюнхена прошел благополучно. Сорокина встретили радушно, как равного, поместили на вилле. Шефы и обслуживающий персонал ему понравились. Все они были молодые, крепкие ребята, с неизменной улыбкой на устах. Некоторые говорили по-русски, другие пользовались услугами переводчика.

Непосредственным шефом Сорокина был рослый, светловолосый парень лет тридцати по имени Билл. Он хорошо говорил по-русски, любил шутить и заразительно, громко хохотал. Сразу предложил Сорокину называть друг друга на «ты».

— Хелло, Кларк! — приветствовал он Сорокина при каждой встрече (эта кличка осталась за ним до конца). — Как ты спал? — При этом обязательно хлопал Сорокина по плечу и громко смеялся.

Через день после размещения па вилле Билл приехал с мужчиной средних лет.

— Хелло, Кларк! С тобой хочет познакомиться наш шеф. — Билл налил в высокие стаканы виски.

— За благополучное прибытие, — на ломаном русском языке сказал шеф.

Он закурил сигарету, глубоко затянулся.

— Мы хотим, чтобы вы чувствовали себя как дома. Кроле вас, на вилле только наши люди. Здесь вы будете продолжать занятия. Это надо, чтобы вы не теряли навыков в работе на ключе и физическую форму. — Шеф отхлебнул виски и продолжал — С вами будет Билл. Вместе поедете по стране и будете отдыхать. Что вам надо, он все сделает. Хорошо? — Чувствовалось, что шефу трудно произносить длинные фразы по-русски.

Шеф пробыл около получаса и уехал.

Всю неделю шли обычные занятия. На рации и в тире. Радиосеансы записывались па магнитофон и тщательно анализировались.

Через неделю Билл объявил:

— Хелло, Кларк! Завтра отправляемся путешествовать. Тебе надо познакомиться с нашей страной.

Начались поездки. Останавливались в комфортабельных гостиницах, жили на широкую ногу. Вечером прохлаждались в барах, ночи проводили в обществе женщин.

Через два месяца «сладкой» жизни состоялась вторая встреча Сорокина с шефом. На этот раз шеф взял быка за рога. Он заявил, что настало время активных действий. В мире нет мира. Войну на полях сражений сменила «холодная война» между Западом и Востоком.

— Нам надо знать все, что происходит сейчас на советском Дальнем Востоке, — продолжал шеф. — В Приморском крае, Хабаровском крае и на острове Сахалин. Вы, Кларк, будете работать на Сахалине. Мы должны знать моральный дух солдат Советской Армии. Нас интересует отношение к войне населения Сахалина. И к «холодной», и к «горячей».

— Но я никогда не был на Дальнем Востоке и на Сахалине и не знаю условий жизни там. Это затруднит мне работу, — ответил Сорокин.

— Вы умница, Кларк. Сейчас вы начнете изучать Сахалин.

Наконец, подготовка была закончена. Уточнено задание. Проведен окончательный инструктаж. Находясь на Сахалине, Сорокин должен был добыть подлинные советские документы: паспорт, военный билет, комсомольский и, если представится возможным, партийные билеты. Переделанные затем на его имя, они будут необходимы для выполнения новых заданий при очередных забросках на Сахалин.

Рекомендовалось два способа добычи документов: первый — напасть на прохожего ночью на улице под видом грабителя; второй — попроситься на ночлег в отдельно стоящий дом на краю поселка, угостить хозяина и членов семьи водкой, бросив в бутылку сильнодействующие снотворные таблетки. После «ограбления» быстро уйти из дома. Помимо добычи документов, Сорокин обязывался изучить состояние пограничной охраны вдоль западного побережья южной части Сахалина. Это он должен был выяснить путем передвижения в дневное время по главной шоссейной дороге, идущей вдоль берега. Ночевать Сорокин должен был не в населенных пунктах, а в лесу, чтобы не вызвать излишних подозрений и не иметь «незапланированных» встреч с советскими людьми. Срок пребывания на Сахалине — три дня. Связь с «центром» — ежедневная, по радио.

Выброску на Сахалин шефы решили произвести морским путем, на рыболовной японской шхуне, какие сотнями бороздят воды Японского и Охотского морей. Шхуна ночью подойдет при потушенных огнях как можно ближе к берегу и спустит Сорокина на воду на надувном резиновом плотике. Аналогично должно было произойти возвращение. Сорокин по радиосигналу со шхуны должен быстро зарыть радиостанцию в песок и на плотике выходить в море. Судно с помощью радара обнаружит Сорокина в море и подберет его на борт. Сорокин должен «показывать» себя, делая движения вправо-влево специальным радарным зонтиком.

Серьезное внимание шефы уделили экипировке Сорокина. Ему предложили заурядный серенький костюм, неброскую рубашку, кепку и поношенные туфли. Все это советского производства, с сохранившимися клеймами и фабричными ярлыками. Даже рекомендовали Сорокину положить в карман пиджака сравнительно свежий номер газеты «Правда». В таком виде, по мнению «шефов», он нисколько не должен был отличаться от рядовых жителей Сахалина, и не будет вызывать подозрений у встречающихся людей.

Несмотря на то что Сорокин направляется на Сахалин за документами, в том числе за паспортом, было решено снабдить его «своим» паспортом. Это был настоящий советский паспорт, выданный и прописанный в одной из областей Союза ССР. По аналогии его «прописали» в Сахалинской области, но рекомендовали пользоваться паспортом только при вынужденных обстоятельствах. Вдобавок к паспорту Сорокина снабдили «липовыми» справками из различных организаций Сахалинской области (потом выяснилось, что таких организаций на Сахалине вовсе нет). По предложению Сорокина, паспорт и справки были оформлены на фамилию Галкина.

При инструктаяже не был упущен и вариант провала его на Сахалине. Органы госбезопасности в этом случае могут попытаться использовать его в проведении радиоигры с противником, заставив работать на ключе и передавать радиограммы под диктовку. Для того чтобы Сорокин мог дать знать о работе под контролем, были определены различные условности и знаки провала, которые он должен был включать в тексты радиограмм.

Перед вылетом в Японию Сорокина еще раз принял шеф. А вечером на вилле состоялся прощальный ужин.

На Хоккайдо прилетели вместе с неразлучным Биллом. Несколько дней сидели на конспиративной квартире в портовом городе, чтобы Сорокин мог акклиматизироваться. Выбрав темную ночь и штилевую погоду, навьюченный тяжелым рюкзаком, Сорокин взошел на палубу шхуны. Билл остался на берегу.

Когда до берега Сахалина оставалось около мили, капитан дал знак. Облачившись в комбинезон, Сорокин с помощью матросов спустил на воду плотик с привязанным к нему рюкзаком, бросил короткое «гуд бай» капитану и перешагнул через борт.

4

Показания нарушителя государственной границы Валуев докладывал по телефону в Управление госбезопасности по мере их получения.

— Как вы думаете, — спросил Валуева начальник управления, — можно верить показаниям Сорокина? Все ли он говорит нам правдиво?

— В целом показания правдоподобны, товарищ полковник. Ряд моментов легко проверить.

— Мы успели навести некоторые справки. Нам сообщили, что в области, указанной нарушителем, действительно в 1946 году осуждена группа воров, обкрадывавших церкви. По показаниям осужденных, проходил как соучастник некто Сорокин, военнослужащий. В следственном деле имеется ордер на его арест и справка о том, что он скрылся в неизвестном направлении. Сорокин объявлен во всесоюзный розыск. Установочные данные и приметы разыскиваемого совпадают с личностью Сорокина. Мы вам направили циркуляр о розыске Сорокина. Там имеется его фотография. Сравните ее с личностью нарушителя и результаты доложите.

— Слушаюсь, товарищ полковник.

— По самое интересное заключается в том, — продолжал полковник, — что есть показания одного из задержанных на Украине нарушителей границы, парашютиста. Он проходил обучение в разведывательной школе близ Мюнхена, о которой рассказывал нам Сорокин. В числе «курсантов» школы он называл некоего Журавлева по кличке «Кларк». С ним он якобы был знаком еще по лагерю перемещенных лиц в той самой стране, куда бежал Сорокин. Поэтому он знает его по фамилии Журавлев. Надо будет тщательно допросить его о Кларке и провести опознание по фотографии Сорокина.

— Согласен, товарищ полковник. Есть предложение дать возможность Сорокину установить радиосвязь с иностранной разведкой.

— Какую задачу вы ставите перед собой? — подумав, спросил полковник.

— Если Сорокин сумеет убедить своих зарубежных шефов, что данное ему задание он успешно выполняет, благополучно достигнув берега, то за ним разведцентр должен прислать шхуну. В этом случае можно сделать попытку задержать ее. Моряки-пограничники уверены в положительном исходе операции. Сорокин настойчиво предлагает свои услуги для захвата шхуны. Уверяет, что будет добросовестно работать на радиостанции.

Через некоторое время начальник управления сообщил, что предложение принимается и Сорокину можно приступить к установлению радиосвязи.

Валуев прошел в комнату, где находился Сорокин.

— Ваша просьба об установлении радиосвязи с вашим разведцентром принята, — спокойно сказал Валуев.

— Благодарю. Я сделаю все, клянусь, я не допущу пи одной ошибки, — взволнованно ответил Сорокин.

5

Из штаба пограничного отряда выехали рано — надо было за три часа проехать свыше 100 километров, выбрать место для радиосеанса, развернуть радиостанцию.

Автомашины миновали город рыбаков, красиво раскинувшийся на склонах сопки, не останавливаясь, поехали дальше, на юг. По пути попадались небольшие рыбацкие поселки, расположенные в распадках сопок.

Кортеж остановился. На верхушке сопки нашли удобную полянку. Сорокин и Павлов приступили к развертыванию радиостанции: распаковали рацию, подключили батареи, раскинули на деревьях антенну. Без выхода в эфир опробовали радиостанцию — все в порядке. Теперь надо было сделать самое главное — подготовить радиограмму, которая могла бы объяснить причины молчания Сорокина за прошедший день.

— Федор Васильевич, какую бы вы направили радиограмму, если бы по разным причинам, не связанным с задержанием пограничниками, не смогли в течение суток связаться с «центром»? — спросил Валуев Сорокина.

— Я долго думал об этом. Я бы дал короткую и спокойную шифрограмму о том, что во время утреннего сеанса просто не смог выйти в эфир, не объясняя при этом, почему именно не сумел это сделать. Коротко объяснить трудно, а длинные объяснения вызовут подозрения.

— Мы согласны, — подумав и обменявшись мнением с Павловым, ответил Валуев. — Скажете, что наметили план добычи документов. Не надо создавать у ваших «друзей» впечатления, что все у вас получается просто.

Радиограмма получилась такая: «Утром связаться не мог. Вечером выходил на связь, но вас не услышал. Обдумал, как и где добыть документы. Все в порядке».

Вместе с Павловым зашифровали и в установленное время вышли в эфир. В течение 30 секунд — так было обусловлено — Сорокин посылал свои позывные, после чего переключил рацию на прием.

В эфире царило молчание. Через положенное время снова вышел с позывными — в ответ опять последовало молчание. Так повторяли несколько раз, и «центр» не дал в ответ никаких сигналов. В чем дело? Может быть, рация неисправна? Может быть, произошел обрыв антенны? Внимательно осмотрели рацию и антенну — все в полном порядке.

— Так что же происходит?

— Меня проверяют, — сказал Сорокин. — Очевидно, изучают мои позывные, ищут среди них сигнал провала.

— Пусть проверяют. Поскольку время сеанса истекло, — как вы нам рассказали, — выходить в эфир больше не следует. Надо свертывать рацию. Вечером выйдем на связь снова, с другим текстом. Не найдя сигнала провала, «центр» должен принять нашу радиограмму.

— Наверняка примут, — откликнулся Сорокин, — хотя проверка на этом не закончится.

Стали обдумывать вечернюю радиограмму. Решили, что Сорокин должен успокоить своих бывших шефов коротким сообщением о ходе выполнения задания по добыче документов. Главное — выдержать проверку. Надо быть предельно внимательным, не пропустить ни одного условного знака, нн одного требования «центра», показать, что Сорокин не находится под контролем. Нужно ответить на все вопросы так, чтобы рассеялись все подозрения.

Время тянулось медленно. Наконец солнце пошло к горизонту. Павлов и Сорокин развернули радиостанцию, тщательно проверили ее. Сорокин настроился на Токио, сверил свои часы — график радиосеансов был составлен по токийскому времени. Точно по расписанию дал в эфир позывные и перешел на прием. Все услышали позывные «центра».

— Есть! Связь налажена! — почти крикнул Сорокин. Павлов молча положил руку на его плечо, призывая не горячиться.

— Нас плохо слышат, предлагают перейти на другую волну, — уже спокойно проговорил Сорокин. — Проверка началась.

Когда Сорокин перешел на запасную волну, показывая этим, что он не под контролем, «центр» потребовал вернуться на первую волну, затем снова на запасную. Только после этого «центр» дал сигнал к приему от Сорокина радиограммы.

Сорокин четко посылал в эфир цифру за цифрой азбуки Морзе. Лицо его было напряжено, но спокойно. Натренированные пальцы уверенно, без дрожи лежали на ключе передатчика. Валуев и Павлов с удовлетворением переглянулись. Наконец, Сорокин передал последнюю точку и оторвал взгляд от рации.

— Все, — сказал он и тут же весь превратился в слух, ожидая сообщения из разведцентра.

Радист приказал подождать двадцать минут. Этого времени достаточно, для расшифровки радиограммы и анализа сообщения.

— Сейчас на той стороне собрался, наверное, консилиум. Пытаются обнаружить в тексте знаки провала. — Сорокин закурил сигарету, глубоко затянулся и с шумом выдохнул из себя дым.

— Спокойствие и еще раз спокойствие, — сказал Валуев,

— Со мной должен держать связь Билл. Сейчас на ключе работал другой, незнакомый мне радист. Это тоже проверка. Если ответ передаст не Билл, значит, подозрение еще не снято. Чтобы доказать, что я не под контролем, в следующей радиограмме я обязательно должен попросить работать со мной Билла.

— Так и будем делать, — улыбнулся Валуев.

Через двадцать минут «центр» предложил принять ответную радиограмму. Но только Сорокин начал ее принимать, как тут же проговорил:

— Радиограмма ложная. В ней нет первоначальных цифр — это опять проверка. Я сразу же, не расшифровывая (она не поддается расшифровке), должен дать сигнал, что не понял.

— А кто передает ее? Билл?

— Нет, опять тот же радист.

После сигнала Сорокина «центр» предложил перейти на первую волну и только после этого передал вторую радиограмму.

Быстро расшифровали текст. «Центр» писал: «Обеспокоены молчанием. Завтра сообщите погоду местах снятия, есть ли около них аэродромы?»

— Кажется, этот раунд выиграли мы, не так ли? — спросил Валуев. — Мы заставили их поверить, что вы действуете один. Но это еще не конец.

— Да, проверка продолжается. Помимо того, что на связь не вышел Билл, текст радиограммы «центра» содержит ряд условностей проверочного характера. Я вам рассказывал, что при передачах сведений о погоде, высоту волны на море я должен указывать в футах, если нахожусь под контролем, то указывать ее в сантиметрах. А на вопрос: имеются ли аэродромы — я должен ответить так: «аэродромов и посадочных площадок нет». Отсутствие в ответе слов «посадочных площадок» будет означать, что я в руках органов государственной безопасности.

— Все идет так, как должно быть, — ответил Валуев. Положив телефонную трубку, Валуев стал обдумывать указания начальника управления.

Для съема Сорокина с берега его бывшие «шефы» определили три точки, находившиеся в одном-двух километрах друг от друга, но имевшие несколько различные береговые условия. Сорокин должен был назвать самую безопасную для него точку съема. Наиболее удобным для подхода к берегу было место у выступающей в море скалы, точка № 1. В то же время это место, по заключению штаба погранокруга, было наиболее благоприятным и для укрытия пограничных катеров, выделяемых для задержания катера, — вот почему начальник управления дал указание Валуеву добиться подхода катера противника к точке № 1.

Надо было тщательно продумать текст утренней радиограммы.

6

Утром следующего дня Сорокин направил в «центр» сообщение о том, что он сумел достать документы, а для того, чтобы катер подошел именно к точке № 1, Сорокин указал, что в других точках он наблюдал скопление автомашин и туман.

«Центр», приняв радиограмму, дал 30-минутный перерыв.

— Пусть теперь изучают нашу радиограмму и размышляют, — сказал Павлов. — Не поверить они не могут — сразу четыре условности дали. Плюс к этому уверенная работа на ключе. А если поверят и отбросят сомнения, то не могут не оценить оперативности своего разведчика при выполнении задания. Шутка ли! За двое суток достать документы! Кроме того, они должны понимать, что он мог «наследить», добывая документы, поэтому его необходимо срочно снимать с острова. И наконец, катер надо им посылать к точке один, так как на точке три — туман, а у точки два — скопление автомашин.

За тридцать минут втроем выкурили почти пачку сигарет. Каков будет ответ? Наконец, в эфире прозвучали позывные «центра», затем полились цифры.

— Работает Билл! — радостно объявил Сорокин.

Валуев и Павлов удовлетворенно переглянулись, приступили к расшифровке. Наконец, все готово:

«Мы беспокоились за вас. Рады, что все благополучно. Катер прибудет сегодня в точку один. Вечером сообщите обстановку в этой точке и погоду. Будьте осторожны».

Наступило молчание. Каждый думал о том, как понимать эту радиограмму. Может быть, близится конец радиопереговоров? По как они закончатся? Ведь предстоит еще один радиосеанс, во время которого окончательно станет известно, намерены ли шефы Сорокина провести операцию по снятию его с берега. И куда, к какому месту они прикажут идти Сорокину, чтобы выплыть навстречу катеру? А может быть, это только начало игры с советской разведкой шпионского «центра», разгадавшего предательство агента?

На все эти вопросы мог дать ответ только вечерний радиосеанс. Он был коротким. Шефы поверили в правдивость Сорокина и не стали подвергать его дополнительной проверке. «Центр» подтвердил, что за Сорокиным направляется катер к точке один.

С наступлением темноты пограничники начали расставлять свои корабли. Все пришло в движение. За час до радиосвязи с катером погода изменилась: подул ветер, пошел сильный дождь. Эти минуты, проведенные под проливным дождем, на мокром песке, были самыми тревожными.

Ровно в час ночи Сорокин нажал ключ радиостанции. Понеслись условные сигналы на катер о том, что к берегу можно подходить. Катер сразу дал команду на выход в море, но не указал расстояние до берега. Валуев попросил поинтересоваться расстоянием (такая условность у Сорокина имелась). В ответ последовала нервная команда покинуть берег. Сорокин еще раз спросил расстояние — опять последовало категорическое указание выходить в море, после чего катер дал сигнал о прекращении радиосвязи.

Все замерли в напряжении.

Вдруг тишину разорвал мощный рев дизелей пограничных катеров. По звуку можно было определить, что сначала один катер, за ним — второй, третий рванулись с места укрытий навстречу морскому нарушителю. На берегу вспыхнули ослепительным светом мощные прожекторы, направляя свои лучи в сторону моря. Застигнутый врасплох, шедший к берегу с потушенными огнями, катер противника — он находился в нескольких кабельтовых от берега — чуть замешкался, затем резко повернул влево, пытаясь развернуться и уйти в нейтральные воды. Попытка оказалась тщетной. Пограничные катера перекрыли путь и дали предупредительные выстрелы. Видя бесполезность сопротивления, катер сдался пограничникам. Все это произошло в считанные минуты. Христофоров обнял Валуева и Павлова.

— Ну, я отправляюсь на борт задержанного нарушителя морской границы СССР. Не хотите ли прогуляться со мной? — предложил он Валуеву.

— Мы люди штатские, — пошутил тот, — на корабле среди офицеров в форме пограничных войск мы будем выглядеть слишком скромно. Мы встретимся с нарушителями попозже, в иных условиях, — уже серьезно закончил Валуев.
 
[^]
Yap
[x]



Продам слона

Регистрация: 10.12.04
Сообщений: 1488
 
[^]
xyxy
25.02.2018 - 17:56 [ показать ]
dimaspapuas
25.02.2018 - 18:01
37
Статус: Offline


Папуас

Регистрация: 1.04.14
Сообщений: 323
ТС, как в детстве побывал.
Начинаю транслировать сюда любимые книжки про шпионов.

Это сообщение отредактировал dimaspapuas - 25.02.2018 - 18:04
 
[^]
dimaspapuas
25.02.2018 - 18:06
19
Статус: Offline


Папуас

Регистрация: 1.04.14
Сообщений: 323
Пистолет должен быть "Вальтер" а про газовые в CССР вообще не знали.
 
[^]
xyxy
25.02.2018 - 18:13
29
Статус: Offline


Приколист

Регистрация: 25.01.13
Сообщений: 322
Цитата (dimaspapuas @ 25.02.2018 - 18:01)
ТС, как в детстве побывал.
Начинаю транслировать сюда любимые книжки про шпионов.

Это реальная история. Понятно, что редактор поработал, но описанные события - правда. Автор, М. М. М. - мой двоюродный дед.
 
[^]
alexvladi78
25.02.2018 - 18:15
6
Статус: Offline


Приколист

Регистрация: 19.10.13
Сообщений: 209
вымысел
Смысл задержания шхуны без вербовки.
 
[^]
vusov1957
25.02.2018 - 18:22
7
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 31.12.14
Сообщений: 1884
Цитата
Хэх, шпалометатель, прочитать-то успел? Думаю, за минуту - вряд ли.

Он тебя проверял, на кого ты работаешь! gigi.gif
Может не ЯПовец, переходи на свою волну rulez.gif
 
[^]
vusov1957
25.02.2018 - 18:25
8
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 31.12.14
Сообщений: 1884
В детстве зачитывался вот этой книгой. Что-то похожее. Помню не совсем хорошо

Воспоминания чекиста - это было на самом деле.
 
[^]
Bob54
25.02.2018 - 18:28
5
Статус: Offline


Шутник

Регистрация: 27.08.16
Сообщений: 51
СССР, граница на замке! +
 
[^]
moureev
25.02.2018 - 18:37
9
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 1.06.14
Сообщений: 1115
Судьба Резидента.
Места можно называть своими именами.
Город рыбаков-Холмск
Поселки в распадках это Горнозаводск и Шебунино
А так да, интересно.
 
[^]
Хариус
25.02.2018 - 20:24
38
Статус: Offline


Механический динозавр

Регистрация: 6.07.12
Сообщений: 692
Вся вот эта возня с довоенными преступлениями, иностранными разведшколами, шикарной жизнью в штатах и т.д. ради того, чтоб узнать о моральном духе солдат на Сахалине?! А потом взять и вместо двойной игры задержать лодку с одноразовым связным. Обе стороны выглядят донельзя глупыми.
ТС, ты прости, родной, но с некоторых пор МММ - синоним обмана. Вот и я почувствовал себя обманутым, потратив время на очень слабенькое сочинение твоего предка.
Песенка про пуговку и то сильнее, чесслово, чем эта жвачка ни о чем.

Это сообщение отредактировал Хариус - 25.02.2018 - 20:57
 
[^]
Girdas
25.02.2018 - 20:32
12
Статус: Offline


Похуист

Регистрация: 20.03.16
Сообщений: 1161
Бредятина в стиле шпион в колхозе пионеры разоблачили.
 
[^]
Gromoverzhec
25.02.2018 - 20:38
1
Статус: Offline


Весельчак

Регистрация: 4.09.12
Сообщений: 123
Мне понравилось, годные буквы!
 
[^]
FreemanSK
25.02.2018 - 20:44
11
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 11.12.15
Сообщений: 1763
Я то думал выхлоп будет более значимый чем какая то лодка. Концовка ни о чем
 
[^]
omnibus
25.02.2018 - 21:04
8
Статус: Offline


Шутник

Регистрация: 7.05.17
Сообщений: 34
Мухтара не хватает. Без кобеля граница не на замке.
 
[^]
kirr851
26.02.2018 - 13:00
4
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 10.01.16
Сообщений: 1071
Цитата (FreemanSK @ 25.02.2018 - 20:44)
Я то думал выхлоп будет более значимый чем какая то лодка. Концовка ни о чем

На самом деле на шхуне везли 800 тонн золота для свержения государственного строя и десять высших руководителей империалистических разведок, которые должны были руководить этим процессом на месте.

Это сообщение отредактировал kirr851 - 26.02.2018 - 13:00
 
[^]
antracit
26.02.2018 - 13:04
20
Статус: Online


Ядрила

Регистрация: 26.10.08
Сообщений: 1735
Катер задержали, а через день отпусиили, так как на борту оказались мирные заблудившиеся рыбаки, а мировая общественность подняла вой. Сорокин отсидел свои семь лет и теперь работает сторожем на консервном законе. Шикарная чекистская история
 
[^]
Гортоп
26.02.2018 - 13:27
4
Статус: Online


Ярила

Регистрация: 25.02.14
Сообщений: 2961
— Благодарю. Я сделаю все, клянусь, я не допущу пи одной ошибки, — взволнованно ответил Сорокин.
Тут я насторожился! gigi.gif
 
[^]
valterpiter
26.02.2018 - 13:30
0
Статус: Offline


ватник

Регистрация: 8.02.14
Сообщений: 550
На шпионский рассказ смахивает, ну очень художественно все описано, а так да интересно
 
[^]
steel420
26.02.2018 - 13:42
0
Статус: Offline


Шутник

Регистрация: 28.05.14
Сообщений: 26
В советское время в таких книжках иностранцы должны иметь фамилии: Снэйк, Стоун, Блэк и т.д.
 
[^]
Мirus
26.02.2018 - 13:53
1
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 4.03.11
Сообщений: 1544
Пенная утварь , это что ?
 
[^]
Dark78
26.02.2018 - 13:56
5
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 1.07.13
Сообщений: 2756
Разнылись как дети у которых погремушку отобрали. Правда скучнее проще, грязнее чем бондиада на ТВ. И дезертир вор сливший своих руководителей когда понял чем пахнет турне по Сахалину вполне себе вероятен. Позеленил.

Отправлено с мобильного клиента YAPik+

Это сообщение отредактировал Dark78 - 26.02.2018 - 13:57
 
[^]
kombrig68
26.02.2018 - 14:21
1
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 12.08.17
Сообщений: 4739
...И всё же чекисты узнали в простом дезертире врага ))

Но мне самому нравятся шпионские истории, скачиваю старые книжки, ищу и смотрю неизвестные фильмы - прикольно )
Дам две картинки:
к\ф "Высокая награда"
"Но пока не все враги известны
И пока хоть жив еще один,
Быть чекистом должен каждый честный
И простой советский гражданин.

Оттого лишь крепче оборона,
Оттого чекисты наших дней -
Это все сто семьдесят мильонов
Патриотов Родины моей!

Пусть враги не ждут от нас пощады,
Никому из них несдобровать!
Для чекиста выше нет награды,
Чем страны доверье оправдать.

Слава вам, железные чекисты,
Слава вам, и доблесть, и почет -
От озер и до тайги смолистой
От степей до северных широт!"

1939

Это сообщение отредактировал kombrig68 - 26.02.2018 - 14:22

Воспоминания чекиста - это было на самом деле.
 
[^]
vent2012i
26.02.2018 - 14:21
1
Статус: Offline


Юморист

Регистрация: 13.02.14
Сообщений: 492
И это всё ради задержания задрипанной шхуны? Хуйня какая-то.... dead.gif
 
[^]
kombrig68
26.02.2018 - 14:21
1
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 12.08.17
Сообщений: 4739
Вторая:
"Ошибка инженера Кочина"
))

Воспоминания чекиста - это было на самом деле.
 
[^]
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей) Просмотры темы: 25667
0 Пользователей:
Страницы: (2) [1] 2  [ ОТВЕТИТЬ ] [ НОВАЯ ТЕМА ]


 
 



Активные темы








Наверх