Мальчик Вася был совершеннейший дурак. Ему даже его отец не мог ничего объяснить, а Васин отец вообще-то очень понятно объяснял, потому что был учителем физкультуры в школе. Само собой, Василий в этой же школе и учился, хотя многие учителя от него мучались и плакали – но отец Васю любил и из школы прогнать не давал никому, даже завучу. Когда Вася повзрослел, его военный комат в армию забирать начал. Васин отец перепугался и собрал всех родственников на семсовет. - «Что ж такое! Вот заберут нашего Васеньку в армию, дадут ему автомат, а он тут же кого-нибудь из него застрелит, и хорошо, если сослуживца или там, командира, а если себя?» – волновалась Васина мама. - «Да, да, обязательно застрелит – на той неделе он в тире отличнику, Грише глаз ружьем выбил», – радостно согласился Васин дядя, преподаватель НВП. - Ну, вот! Видите? - Надо было девочку рожать, девочек в армию не берут,– сказал дядя военрук. - Ну, знаешь ли, мне в роддоме особо выбирать не приходилось – возмутился папа – что вынесли, то вынесли. - Хватит, - почему-то рассердилась мама. – От вас толку никакого, только ругаетесь постоянно. Мне придется задействовать свои связи. А мама у тупикового мальчика работала медсестрой в школьном кабинете и имела множество знакомств среди разных медицинских работников. И Васю повели к одному медицинскому светилу. Светило тупиковому Васе обрадовалось. – «У мен
В гробу картонном мы прожили года два. По чести сказать, ничего хорошего в нем нет, в гробу этом. Во-первых, тесно. Во-вторых, не видать ни хрена, кроме рубашки соседа, что под тобой. Или соседки. А тебе в рубашку тот, кто над тобой, пялится. Или та. Календарю только повезло, его сверху присобачивают, значит, никто в задницу не смотрит. Хотя вот убейте, не понимаем, ну на кой фарт на нас календарь кладут. Это все равно, что в коробку с леденцами презерватив засунуть. Ну да ладно, два года не двести двадцать, а наши, бывало, и поболе в гробах загибались да под стеклами в музеях истлевали. В общем, всякой дряни приходит конец, вот и мы, на этот самый конец, отмучались. Родились, значит. — Век козырной не бывать, — ахнула эмоциональная Двойка Пик. Она лежала в самом низу и поэтому первой увидела тех, кто помог нам родиться. — Ну и ряхи. В следующий момент нас развернули веером, и все убедились, что Двойка Пик не врала: ряхи на самом деле оказались те еще. — Хорошие карты, пластиковые, — сказал обладатель той ряхи, что помоложе, с длинным кривым носом, прилизанными бакенбардами и щербиной там, где у нормальных людей зубы. — Сносу им не будет, Карпыч, в бутике за полторы сотни взял. — Работы с ними много, — проворчал Карпыч, похожий на старую заслуженную лошадь. — Пластик бритвой не сработаешь, Севочка, красить придется. — Ну так крась, прорва старая, — проявил решительность Севочка и помянул сомнительную мать. — Денег стоить будет, — гнул свое Карпыч. — Работ
В тринклиационной кабинке было холодно как всегда. Тусклый свет, зелёные облупившиеся стены, исписанные иероглифами различных миров. Моя девушка пугливо прижалась ко мне, когда вход сросся за спиной. Что ж, ты сама этого хотела. Ты ведь такая независимая, успешная, так хочешь выделяться и пускать пыль в глаза подругам. Пусть. Я не фанат экзотики. Но ради тебя, почему бы не прыгнуть за сорок миллионов световых лет? Нет, конечно, ты тут не причем. Правда в том, что мне всегда хотелось попробовать вкуснейшее блюдо из доступных человеческому существу.
Мы были не одни. В кабине находилась ещё одна пара. Лысый толстячок в дорогом пальто и молодая вызывающе одетая дама. Конечно, не дочь, судя по тому, как они обжимаются. Моя девушка поёжилась, и я положил руку на её обнажённые плечи. В этот раз она не протестовала. Ещё бы – ведь мне пришлось выложить полмиллиона за этот фантастический ланч. По правде говоря, даже не, сколько за сам ланч – тот не стоил ничего – сколько за путешествие в такую даль.
- Когда начнётся? – спросила она. - Да сейчас, не волнуйся… вот только обсчитают наши тела. - Поскорей бы.. – нервно улыбнулась. Я знал, у них строгая фирма, и опоздания, даже на пять минут, не приветствуются. - Да ты успокойся, - посмотрел на часы, - у нас будет целых пятьдесят минут.
Мне не было страшно. Работа заставляет мотаться в другие миры едва ли не каждую неделю. Но это работа, а тут – романтика… и даст бог – волнующая ночь… Мы встречались уже больш
Акция «Челябинск улыбается миру» состоялась. Благодаря челябинцам, пришедшим на площадь Революции и, несмотря на все обстоятельства. Две ночи подряд организаторы наносили разметку, которую смывало дождем. Специально для этого дня впервые в Челябинске использовали технологию моделирования погоды. 7 позитивных, не смотря на дождь, фото
- Песенки про природу можно и дома петь! А на природе, товарищи, бухать надо...
- Алло, привет! Как дела, чем занят? - Да вот, сбрасываю лишние килограммы... - О! В спортзале? - В туалете...
- Что такое ЖЕНЩИНА? - Это смесь чистой слабости с нечистой силой!
Приехали три лыжника на соревнования в чужой город. Пришли в одну гостиницу - нет мест, в другую - опять нет. Нашли еще одну гостиницу, заходят и просят: - Дайте нам хоть какой-нибудь номер, только на один день хотя бы переночевать. - У нас остался только номер для молодоженов с одной большой кроватью. - Ничего, пойдет. Заходят в номер, ложатся спать. Наутро просыпаются. Лыжник, который спал с краю, говорит: - Вы представляете, мне такой классный сон снился, будто я всю ночь тр@х@л Скарлетт Йохансон! Лыжник с другого края: - А я всю ночь во сне имел Бритни Спирс, ещё не лысую! Лыжник посредине: - А мне какая-то чушь снилась: я на соревнованиях, бегу на лыжах, уже и финиш близко, вот передо мной финишная лента!... и вдруг палки становятся мягкими...
Истинное проявление уважения, это когда чтобы поздороваться с человеком, ты вынимаешь из ушей оба наушника.
Вoт интересно почему люди стесняются приходить с нечищенными зубами к стоматологу, с немытыми волосами к парикмахеру, а ко мне притащить просто набитый пылью комп - это нормально?
Американский оператор приехал на Мосфильм и ему показали по
