Итак, новинка летнего сезона — эксклюзивный кабриолет Geiger Corvette Z06 Black Edition. 6 фот Европейцы позволяют себе приобретать заморский кар за сравнительно низкую цену — тачку на паром и в Европу. Дельце сделано. Хотите так катайтесь, а хотите загляните в «Гайгер», где вашего «америкоса» так накачают стеройдами, что любой коренной америкашка будет завидовать вам утирая слюни. Кстати — и это уже не в первый раз.
Само слово "фанеризм" родилось у меня спонтанно. Кто-то спросил: "Как называется всё это в рамочках?" Я и ответил: "Фанеризм". Когда интересуются, как я до этой фанеры докатился, приходится начинать издалека. Вот и начну издалека.
В далекие детские годы в каждом уважающем себя пионерском лагере был домик творчества "Умелые руки". А уважающие себя "Умелые руки" имели кружок выпиливания и выжигания. В паузах между пионерскими делами и футболом хаживал туда и я. Однако всерьёз этим не увлекся, а потом и вовсе забылось. А ещё раньше стены квартир красили, наносили валиком узор вместо обоев. Виньеточки, розеточки, цветочки, крапинки — всё это интересно было разглядывать стоя в углу или лежа в постели, например, с ангиной. Причудливо переплетаясь, детали узора объединялись в новые формы — фигуры животных, птиц, лица людей, какие то фантастические формы. И это было настолько интересно, что до сих пор с любопытством разглядываю узорчатые обои. Не поленитесь, гляньте. Тогда же, в щенячьем возрасте придумали с приятелем игру "Каля-маля": один рисует какую-нибудь невероятную фигуру, а другой, рассматривая эти каракули, пытается из них создать что-то удобоваримое... Кончилась преамбула.
Поэт Нибеланг чистил с утра зубы, когда ему в голову пришел очередной шедевр. «Мастилом мажу, Руки-чресла, Как никогда и никому… Которых есть, Которых будут, Ну и,которых – Не найду….» Поэт, как был, весь в зубной пасте, так и побежал к столу, записывать шедевр. Но, то ли клятая зубная паста, то ли утренняя неясность мозга, после слов «не найду» - шедевр остановился. Нибеланг расстроено дочистил зубы и пошел пить чай. За чашкой чая поэт понял, в чем проблема. Все просто – его талант слишком велик для виршей. Он же масштабно мыслит – тут стишочками не обойтись. Нибеланг быстро ,чтобы не терять драгоценного времени, допил чай, едва не поперхнувшись, и снова, второй раз за утро, понесся в комнату – к перу и бумаге. Перед ним стояла нелегкая задача: сперва надо было сменить никнейм (поэт Нибеланг не годился в прозаики-романисты). Да и какие там романы? Сразу надо писать межгалактический эпос! Через полчаса тяжких роздумий пол-дела было сделано: вновь испеченный прозаик-летописец определился с именем – Гордунг! С таким никнеймом – все девки наши! Гордунг бросился строчить нетленку: «В навязчивой пустоте их было всего двое. Они стояли в обнимку. Он обнимал её, она – его. И, вдруг, словно из ниоткуда, появился космический
История из жизни. В реале врядли кому расскажу! Место действия - город, в котором я учился. Время - когда квартиру в центре можно было купить за 10000 доляров, а заработок в стодоляров был несбыточной мечтой! У моего товарища была бабушка, которая работала сторожем в прекрасном спортивном комплексе. Большой спортзал, сауна, тренажерный зал, зал с боксерским рингом, биллиардная. В общем все по-честному! И вот бабушка, собравшись в гости к старинной подруге, предлагает моему товарищу подежурить за нее ночью. Отказался бы только ненормальный! И вот мы начинаем составлять план предстоящего вечера. Проблема только в деньгах, чтобы накрыть поляну. Для кого поляна? Для девушек, есно! Когда мы появились в общаге с предложением "девченки, а кто с нами в сауну???" от желающих отбоя не было! В итоге семь девченок в полотенечках (которые скрывают или верх или низ ) греются в сауне. ТОлько не нужно думать, что мы с другом половые гиганты! Для себя мы уже наметили троих девушек. Одна нравилась ему, одна мне, и еще одна решила остаться за компанию. Несмотря на врожденную наглость сказать девушке "ну пошли типа трахнемся" я не могу, если конечно это не проститутка. Решаем с другом оставить остальных, и показать нашей тройке о
- Да вы что себе позволяете! – возмутилась она до глубины души. – Как вам не стыдно! Я вам не уличная девка, чтобы предлагать мне такое!
И громко хлопнув дверью, она вышла из кабинета. Директор обиделся.
- Ка-кая! – говорил он в тот же день главбуху Тамаре Сергеевне. – Видите, что с дверью стало! - О ком это вы, Георгий Семёнович? – поинтересовалась главбух. - Нет, вы на дверь, на дверь посмотрите. Видите?
Тамара Сергеевна припала к двери. Ничего странного не обнаруживалось.
- Да на косяк вы, на косяк посмотрите. На сантиметр почти отошёл! - А господи! – всплеснула руками Тамара Сергеевна. – Кто ж это так? Что за варвар? - Варвар, верное слово, - кивал Георгий Семёнович. – Кто-кто, новенькая наша. - Катя? - Она самая. Вежливо, по-хорошему попросил её пизду показать, а она чего тут закатила! Истерика! Скандал! - Ай, до чего глупая! – качала головой главбух. - Нет, не скажите. Она не глупая.
Без особых торжеств и длинных речей в Петербурге был установлен и открыт памятник выдающемуся актеру театра и кино Михаилу Боярскому. Инициаторами установки памятника и авторами монумента стали активисты Движения сопротивления имени Петра Алексеева.
Дураку известно, что один переезд равен двум пожарам. Это только на первый взгляд и в первый раз нам всем кажется, ну, сколько там в этой квартире вещей? Так, тряпки в сумку, и пошел. Дилетантское мнение. А на самом-то деле... Вернувшись из своего последнего флотского отпуска, я, как и положено воспитанному и дисциплинированному офицеру, сразу же прошелся по друзьям, вечером проставился в связи с окончанием отпуска, узнал в процессе все новости, и на утро выглаженный и выбритый прибыл в экипаж. «Каменный крейсер» был полупуст. Мой экипаж числился ушедшим в отпуск уже дней десять, но добрая треть экипажа до сих пор ошивалась в базе. Командиру временно доверили рулить штабом дивизии, чему он и предавался с видимым удовольствием. Десятка полтора офицеров и мичманов из-за все увеличивающегося дефицита кадров были раскомандированны по разным кораблям. В казарме слонялись по углам не растасканные по другим экипажам матросы, да угрюмый и обиженный жизнью помощник командира верстал недоделанные документы, из-за которых пока еще и не уехал в отпуск. Доложившись командиру, уютно расположившемуся в кабинете начальника штаба дивизии, я узнал, что из всех увольняемых в запас офицеров экипажа, я прибыл первым и в срок, и что меня по этой причине лишать в финансовом отношении ничего не бу
Один из офицеров г. Екатеринбург ехал в машине по городу. Машину останавливает ГАИшник и спрашивает: - Товарищ военный! Вы почему не пристегнуты? - На случай экстренной эвакуации при внезапном возгорании машины. - Тогда почему у Вас пассажир не пристегнут? - Дык это ж теща!!! ГАИшник не говоря ни слова отдал документы и отпустил.
В этот день Кир жестоко бухал. Не сильно, не жестко, а именно жестоко. Все накопившиеся жизненные неурядицы, апофеозом которых был разрыв со Светкой выплеснулись в виде четырех бутылок водки на дно допотопного граненого стакана, один Бог знает как сохранившегося еще с советских времен. Не хитрая закуска уже давно кончилась, а Кир всё пил и курил. Выпивал очередной «лобастый» и снова закуривал. Возможно он бы, в итоге откинул копыта от передозировки алкоголя в крови. Во всяком случае западные медики, если б они сейчас находились в квартире Кира, побросали бы к чертям свои медицинские дипломы, поскольку все они, в один голос, утверждают что человек не может столько выпить. Может. Еще как может… Может быть, Кир, в итоге, и загнулся бы, но случилось непредвиденное. У Кира кончились сигареты. Можно было бы дойти до круглосуточного киоска, но было в лом. «А как же заначка? – полумал парень – Ведь должна же быть заначка». Мысль сия упорно засела в одурманенной голове, и он стал переворачивать вверх дном все закутки квартиры. Дойдя наконец до кладовки, и перевернув в ней всю старую рухлядь Кир наткнулся на старый глиняный горшок, принадлежавший еще его бабке. Вот ей-то, старой стерве, как раз всегда везло в жизни, не то, что ему. И деньги у нее всегда били и, вот, краврт
Есть у меня тут пирсанаж один знакомый, которово почти вся окрестная песдобратия строго под пазывными «Гоша Бешеный» знает. И, чо примечательно, нихуя не патаму, што он натурально атмароженный – он па жизни наоборот вроде, распесдяй эталонный практически. Просто у него на весь манетор дваццать шесть часов в сутки лыба ебанутая натянута, над которой два выпученных окуляра моргают, с неподдающейся научной расшифровке очередностью. Такой, знаете, гибрид Чикатилы на прогулке и Микки Мауса из Битцевского парка культуры и сцуко отжыга. Он даже в солнечные дни когда у малознакомых людей закурить просит – они ему вместе с часами чуть ли не последние батинки всучить каждый раз норовят, и воняют потóм сильно.
Не апкуренным я видел Гошу всего один раз в жизни. И то – на чорно-белой фотографии, на которой молодая ещо тётя Соня одеяло с глазаме из роддома куда-то в сторону Кунсткамеры тащит. Хуйевознает, чо там не сложилось у неё тогда – то ли музейщеги на жалость бить начали, типа у них серце там слабое и вапще геморой, то ли просто забаррикадировалесь, но факт астаеца фактом: Гошу отволокли домой и оставили там жить. Хотя польза от этово вроде тоже присутствовала – ва всем доме не осталось ни одного торокана. Их паходу сильно нахлобучил тот факт, што мелкий токда ещо Гоша пытаец
Lightwriting (или если не по буржуйски - светопись) - это когда "рисуют" светом на длинной выдержке. И часто потом склеивают в покадровую анимацию. В общем-то, процесс не самый коммерческий, так не очень удобный в исполнении. Так же его легко заменить компьютерной графикой. Но всё же впечатляет порядочно. Два небольших, но прикольных ролика...
С каким бы уважением журнал «Unibrow uber» не относился к самой «раскрученной» части тела Джей Ло, но в его «Десятку самых горячих попок Голливуда», эта попка не попала. А чьи попали? Смотрите десяток небольших роликов под катом
В минувшую субботу в Москве состоялось ралли класических автомобилей "Открытие сезона" via besenok.livejournal.com 15 фот "старых коней, не портящих борозды". А я бы даже сказал - "конкретно эту борозду украшающих"!
ИНКУБАТОР
Реклама у нас
